637 год IV эры, Месяц Второго Урожая, Княжество Тиходолье, северо-западная окраина Объединенных Государств Атномара.
Добавить в моё избранное
185 мин, 32 сек 4679
И сразу же ткнул острием меча, целясь прямо в большой желтый глаз, но монстр пригнул колени и нырнул головой под клинок, в свою очередь метя зубами в ногу рейнджера. Тогда Гвэйен отскочил, пригибаясь на передней ноге, и кресанул его по морде ребром щита. И сразу же сверху со всей силы рубанул мечом по голове; острие рассекло кожу на черепе до самой кости, по голове потекла темная кровь. Монстр завыл, подхватился на ноги. Гвэйен рубанул его сбоку наотмашь, оставляя глубокое рассечение также на его правой щеке. А потом щитом напер на его морду и воткнул клинок в раненную ногу.
Монстр завыл и мотнул головой с такой силой, что руку рейнджера вместе со щитом отбросило в сторону. Он почти повалился на землю от приданного ему импульса, но все же смог удержаться на ногах и отступил на безопасное расстояние. Меч остался торчать в ноге чудовища. Пес отчаянно бросился на паладина, но его израненная конечность с воткнутым в нее клинком бессильно волочилась; переводя весь упор на здоровую ногу, монстр двигался неуклюже и медленно…
Гвэйен мельком оглянулся. Четыре стражника возле ратуши обступили поваленную тварь и безбожно секли ее алебардами. Под их ногами кровь месилась с грязью. Вокруг валялись разорванные тела их сотоварищей. Раненные солдаты стонали, отползая в сторону, оставляя на земле красные полосы.
В это время возле храма силы распределились по-другому. Одно чудище лежало окровавленное как сам ужас, с его боков свисала изрубленная в клочья плоть, вокруг него расплылась лужа темной как помои крови. Однако второй пес расправлялся с остатком стражи; он как раз наскочил на одного из солдат, придавив его передними лапами, и яростным рывком оторвал ему руку. Стражник завыл пронзительно и ужасающе, а затем, после еще нескольких исступленных рывков чудовища, — полностью умолк. Остальные два солдата отчаянно бросились на утек, пес ринулся за ними.
Хотя и ужасно хромая, монстр неуклюже атаковал рейнджера раскрытой пастью. Гвэйен отскакивал, закрывался щитом, и время от времени со всего размаха бил его тем же щитом прямо в морду; монстр отшатывался и напирал снова. Наконец, ему удалось ухватить зубами окованный край щита; он начал бешено вырывать снаряжение, мотая головой из бока в бок и Гвэйен пустил щит, который чудище отбросило далеко в сторону.
Рейнджер остался без оружия. Он отступал назад. Чудище наступало, подпрыгивая на передней ноге; вторая передняя, покрытая потеками темной крови, бесконтрольно волочилась по земле. Монстр качал окровавленной головой, вытаращив на Гвэйена большие желтые глаза, и рычал хрипло и приглушенно; слюна и кровь капали на землю. Гвэйена утомил этот бой, он чувствовал усталость; его тело и разум нуждались в отдыхе еще тогда, когда они с Арианной только въехали в деревню. Теперь он остался без оружия. Он не хотел отступать и не мог броситься в бой… Не мог броситься на чудовище с кулаками… Он отошел на несколько шагов назад и присел, коснувшись руками земли; жаркое солнце уже успело высушить ее. Конские копыта и сапоги жителей там и здесь распушили ее, выбив из слежавшегося пласта куски почвы. Гвэйен взял в каждую руку по несколько комков и размял их в ладонях. Теплый серый сухой порошок… Рейнджер поднялся, когда зверь доковылял до него. Затем резко из обеих рук выбросил землю, метя чудовищу в глаза. А когда пес заскулил, потупив голову, Гвэйен скочил к нему и вырвал меч из его ноги с противным звуком разрезаемой плоти, а затем ловко вращательным движением ушел назад и, не теряя импульса, тут же со всего плеча рубанул, отсекая полностью раненную ногу чудовища.
Монстр завыл и завалился на бок, а Гвэйен, ухватив меч обеими руками, с силой вбил его в глаз чудовища. Монстр судорожно задергал ногами, головой и всем телом, а Гвэй вырвал острие из глазницы и всадил его в шею зверя — раз, второй, третий…
Чудище обмякло — не дергалось больше и не дышало. Тем временем, на четырех солдат возле ратуши налетел последний пес, который, вероятно, догнал без труда поджавших хвосты стражников и растерзал их несчастные тела в каком-нибудь переулке, а сейчас вернулся покончить с остальными.
Одного он повалил с наскоку, прижав лапами к земле. Второй занес алебарду над головой и ударил, однако пес резко отпрянул и убийственное оружие стражника с хрустом проломило грудь его побратиму. Несчастный горе-помощник застыл в безнадежном оцепенении и пес, тут же бросившись обратно в атаку, был бы растерзал его, но два остальных сослуживца оттеснили монстра, яростно напирая алебардами.
Рейнджер поспешно осмотрелся в поисках отброшенного щита, но тут услышал крик…
— Гвэйен!
Он обернулся и увидел Арианну, летящую к нему со всех ног с его пневмострелом, сумкой патронов и мечем.
— Держи, Гвэйен! — подала ему оружие, тяжело дыша.
— Арианна! Спасибо тебе, умница! Моя хорошая! А теперь спрячься где-нибудь.
Он присел на одно колено, сдвинул рычаг предохранителя и приложил приклад к плечу.
Монстр завыл и мотнул головой с такой силой, что руку рейнджера вместе со щитом отбросило в сторону. Он почти повалился на землю от приданного ему импульса, но все же смог удержаться на ногах и отступил на безопасное расстояние. Меч остался торчать в ноге чудовища. Пес отчаянно бросился на паладина, но его израненная конечность с воткнутым в нее клинком бессильно волочилась; переводя весь упор на здоровую ногу, монстр двигался неуклюже и медленно…
Гвэйен мельком оглянулся. Четыре стражника возле ратуши обступили поваленную тварь и безбожно секли ее алебардами. Под их ногами кровь месилась с грязью. Вокруг валялись разорванные тела их сотоварищей. Раненные солдаты стонали, отползая в сторону, оставляя на земле красные полосы.
В это время возле храма силы распределились по-другому. Одно чудище лежало окровавленное как сам ужас, с его боков свисала изрубленная в клочья плоть, вокруг него расплылась лужа темной как помои крови. Однако второй пес расправлялся с остатком стражи; он как раз наскочил на одного из солдат, придавив его передними лапами, и яростным рывком оторвал ему руку. Стражник завыл пронзительно и ужасающе, а затем, после еще нескольких исступленных рывков чудовища, — полностью умолк. Остальные два солдата отчаянно бросились на утек, пес ринулся за ними.
Хотя и ужасно хромая, монстр неуклюже атаковал рейнджера раскрытой пастью. Гвэйен отскакивал, закрывался щитом, и время от времени со всего размаха бил его тем же щитом прямо в морду; монстр отшатывался и напирал снова. Наконец, ему удалось ухватить зубами окованный край щита; он начал бешено вырывать снаряжение, мотая головой из бока в бок и Гвэйен пустил щит, который чудище отбросило далеко в сторону.
Рейнджер остался без оружия. Он отступал назад. Чудище наступало, подпрыгивая на передней ноге; вторая передняя, покрытая потеками темной крови, бесконтрольно волочилась по земле. Монстр качал окровавленной головой, вытаращив на Гвэйена большие желтые глаза, и рычал хрипло и приглушенно; слюна и кровь капали на землю. Гвэйена утомил этот бой, он чувствовал усталость; его тело и разум нуждались в отдыхе еще тогда, когда они с Арианной только въехали в деревню. Теперь он остался без оружия. Он не хотел отступать и не мог броситься в бой… Не мог броситься на чудовище с кулаками… Он отошел на несколько шагов назад и присел, коснувшись руками земли; жаркое солнце уже успело высушить ее. Конские копыта и сапоги жителей там и здесь распушили ее, выбив из слежавшегося пласта куски почвы. Гвэйен взял в каждую руку по несколько комков и размял их в ладонях. Теплый серый сухой порошок… Рейнджер поднялся, когда зверь доковылял до него. Затем резко из обеих рук выбросил землю, метя чудовищу в глаза. А когда пес заскулил, потупив голову, Гвэйен скочил к нему и вырвал меч из его ноги с противным звуком разрезаемой плоти, а затем ловко вращательным движением ушел назад и, не теряя импульса, тут же со всего плеча рубанул, отсекая полностью раненную ногу чудовища.
Монстр завыл и завалился на бок, а Гвэйен, ухватив меч обеими руками, с силой вбил его в глаз чудовища. Монстр судорожно задергал ногами, головой и всем телом, а Гвэй вырвал острие из глазницы и всадил его в шею зверя — раз, второй, третий…
Чудище обмякло — не дергалось больше и не дышало. Тем временем, на четырех солдат возле ратуши налетел последний пес, который, вероятно, догнал без труда поджавших хвосты стражников и растерзал их несчастные тела в каком-нибудь переулке, а сейчас вернулся покончить с остальными.
Одного он повалил с наскоку, прижав лапами к земле. Второй занес алебарду над головой и ударил, однако пес резко отпрянул и убийственное оружие стражника с хрустом проломило грудь его побратиму. Несчастный горе-помощник застыл в безнадежном оцепенении и пес, тут же бросившись обратно в атаку, был бы растерзал его, но два остальных сослуживца оттеснили монстра, яростно напирая алебардами.
Рейнджер поспешно осмотрелся в поисках отброшенного щита, но тут услышал крик…
— Гвэйен!
Он обернулся и увидел Арианну, летящую к нему со всех ног с его пневмострелом, сумкой патронов и мечем.
— Держи, Гвэйен! — подала ему оружие, тяжело дыша.
— Арианна! Спасибо тебе, умница! Моя хорошая! А теперь спрячься где-нибудь.
Он присел на одно колено, сдвинул рычаг предохранителя и приложил приклад к плечу.
Страница 26 из 52
