40 миниатюр

А то мне некогда с тобой ляля-тополя про твои скрытые таймеры.

— Камеры, — поправил тот.

— Какая разница. Я тебе скажу, что делать, а ты решайся. А мне разговаривать некогда. Добряк?

— Ну, добряк. А чё делать-то? Убивать кого-то? — слегка усмехнулся он (он знал, что голос его очень резко излучает иронию).

— Нет. Воды попить. Понял?

— Много?

— МНОГО.

— Так, это, я ж знаю, что морская-то вода крышу нахер сносит…

— В общем, так, — диктовал голос условия. — Ничего не ешь. Понял? Пока пить не захочешь, не ешь ничего. А потом, когда будет так плохо, что будешь чуять, будто подыхаешь, вот тогда морскую воду и пей. Всё понял? Потом тебе будут сниться сны. Внимательно их смотри. Всё понял?

— Дак чё я, овощ совсем?! Понял, не мудак. Мудак бы не понял.

— Поэтому, с тех пор, срать в море больше не смей. Усёк? В унитаз, как ты догадываешься, тоже нельзя; он…

— В море ведёт, — продолжил Ваня. — Не хрен! Врубаюсь, чё базаришь. Ну, пока, море…

— Слышь? — остановил его голос.

— Да? — вернулся Ванёк.

— Ты знаешь, что вся твоя жизнь — и не только твоя — морю снится?

— Да?

— Море — это спящий инопланетянин. Понимаешь? Ты понимаешь, вообще, с чем имеешь дело?

— Я ж тебе сказал: не хуй — понимаю. Чё ты повторяешь мне всё время: понимаешь — понимаешь, как будто я козёл полный!

— Ты отнесись серьёзнее к тому, что тебе предлагают. Если не хочешь так и продолжать ползать на брюхе и страдать от безработицы, подумай. Больше я уговаривать тебя не стану. Это первый и последний раз.

— Лады, моряк! Ну чё, я пошёл. Да?

— Ты можешь стать совершенным человеком. Человек — это бесконечность. Понимаешь?

— Нет, не понимаешь! Опять ты заладил, твою мать!

На этот раз голос уже больше не раздавался.

И Ваня мог орать в это море, пока язык не вылетел бы…

Вообще, он пробовал заниматься голоданием, чтоб хоть как-то улучшить своё здоровье. Но: голодание кончилось и — чревоугодие тут как тут. Переел, значит, спортом надо заниматься; восстанавливать баланс. И — пробежка по лесу. По «пьяным дорогам». И всё бы нормально, но вот только психическое состояние: именно оно позволяет Ване выделяться среди людей. Все смотрят на него и понимают: дурак. Юродивый, как это называется не на жестоком — детском — языке. Блаженный, как это называется на языке более возвышенном. Поэтому Ивану ясно одно: идею голос этот ему предложил не то что неплохую, а… лично ему от неё невозможно отказаться. Продолжать жить так, как тянулось очень долго и, казалось, конца этому не будет, нельзя. Иван знал, что так просто дело не поправится и дальше будет всё хуже и хуже; всё больнее и больнее выходить из этого тяжёлого психического состояния. Поэтому, пусть клин вышибает клином. Будет он пить морскую воду. Никуда не денется.

Сказка про петуха

Жил-был петух. Глупый-глупый! Сначала он орал по-тупому (орал часто, ГРОМКО, и голос у него такой… противный был! Хотелось кинуть в него чем-нибудь, но петух поднимался и начинал орать ещё громче и противнее. Его ногой пытаешься растоптать, отдерёшь крыло или лапку от туловища, но петух всё равно… Как-то поднимется, приведёт себя в порядок и… ОР-РЁТ), но потом начал подлетать к каждому и кричать в самое ухо. Ну, так слышнее было. В смысле, понятнее. Петух заботился в первую очередь о том, чтоб окружающим был понятен смысл его воплей. Да это даже не вопли были, просто петуху думалось типо его никто не слышит (следовательно, не врубается; все тупые и тормознутые). Короче, петух конкретно был ненормальный. Нормальные петухи не пытаются ни до кого доораться, а если им чё-то не нравится, они подскакивают к человеку и гасят его (подпрыгивают, заскакивают на самые плечи).

Я не буду рассказывать подробности идиотских выходок этого тупого петуха (если со стороны наблюдать за этим придурком, то можно сразу — резко падать себе под ноги и кататься, задыхаясь от смеху. А вот если быть жертвой петуха… врагу такое не пожелаешь). Выходок очень много, они связаны друг между другом, как будто главы романа, но всё время ничем не заканчивались… В смысле, главы не заканчивались. Выходки-то очень удачно заканчивались! Поэтому рассказать нечего. Скажу только, что пришёл однажды в село некий бродяга. Петух на него быстренько набросился, а бродяга ему так говорит: «О, сколько в тебе радости, петух! Пришёл новый человек и ты на него набросился? — имел он в виду себя» нового человека«. — А почему ты не выйдешь на дорогу? У вас за селом дорога. Там очень много новых людей!» Петух, не зная себя от счастья, стремглав понёсся в сторону шумящей трассы. По ней денно и нощно пролетали грузовики фирмы«Оринко», а неподалёку находилась тропинка, она вела на игрушечное кладбище, устроенное маленькими детьми.

Петух подскакивал, подлетал, но его ветром относило назад.