Небо сохраняется через сны когда Бога нет дома

Он сказал, что не имеет дела с детьми, что ему 25 и что я слишком уж соплив для него.

Он первый кто отказался, после того богатенького чувака, который поспорил с Рином на пять сотен, что Рин меня не трахнет. После него и вплоть до этого никто ни то что не отказывался, они даже моим возрастом не интересовались.

— Зачем ты это делаешь?

— Мм… — а я опускаю голову и задумываюсь — это для одного человека.

— Для этого Рина? Он заставляет тебя это делать?

— Эмм… типа того… он говорит чтоб я был послушным, в противном случае он не будет меня любить.

— Хах… — он искренне улыбается, но его глаза по-прежнему выглядят жестоко — тебе 15?

— Мне уже 16! — с гордостью говорю.

— Зачем тебе надо, чтоб он тебя любил?

— Потому что я люблю его.

Он мило ухмыляется, делает вид, будто всё это ерунда. Потом он мне и говорит о том… О том, что любовь это ерунда, что это нечто абстрактное, тонкое и недолговечное, что это всё иллюзия, анриал. Что это скоротечное состояние, что любовь это что-то относительно прекрасное и относительно ужасное. Что сегодня она с тобой, а завтра против тебя.

— Это кончится?

— Я думаю, такие вещи лучше прерывать до того, как они начнутся — снова эта милая улыбка и жестокий взгляд угольно-чёрных глаз.

Я смотрю на него и не могу понять кто он, что из себя представляет. Зачем говорит мне это и о чём думает. Я не имел о нём никакого представления. Сам не понимал, почему мне хотелось его узнать.

— Что будет, если ты, к примеру, будешь заниматься ни тем, чем он просит тебя заниматься, а чем-то другим?

— Я думаю, он был бы рад за меня. Уверен, он бы смог мной гордиться если бы я стал чуть самостоятельнее — раздумываю, мысленно представляю. Я никогда не думал о том, что бы Рин сказал, устройся я сам на какую-то работу или если бы я начал самостоятельно зарабатывать, но я думаю, он бы меня похвалил.

— А сейчас ты не самостоятельный?

— Я никогда не был самостоятельным. Всегда от кого-то зависел — вспоминаю — от своей матери… от Рина.

Рин говорил мне, что со своими клиентами лучше вообще не знаться. Что не нужно спрашивать их о именах и другую личную информацию, потому что тогда ты начинаешь их воспринимать иначе и относиться к ним не так как требует того твоя работа. В противном случае в один момент, к одному из них ты начнёшь питать чувства, которых быть не должно. Влюбишься и не сможешь работать. А это недопустимо. Нельзя забивать свою голову клиентами, информацией и чувствами, потому что это дико мешает. И тогда, всё летит к чертям. Так же не нужно снабжать их информацией о себе, не нужно называть своих имён, а ещё лучше если эти имена будут фальшивыми, не нужно рассказывать о себе, не нужно делиться свои мнением или вести с ними светские беседы, потому что тогда, они могут узнать тебя ближе и начать питать к тебе какие-либо чувства, что так же недопустимо, потому что это вредит и мешает работе. Так говорил Рин.

В общем, я не сразу об этом вспомнил и теперь не знал, зачем я говорил ему всё это. Про себя, свой возраст и самостоятельность, про чувства к Рину и даже свою мать.

А он не прерывает меня, дослушивает, после чего буквально закладывает в моей голове мысль о том, что Рину на руку моя беспомощность.

— Что это значит? — смотрю на него с удивлением, каким-то непониманием. Я не понимаю как Рину может быть на руку моя беспомощность, ведь сам Рин постоянно глумится над тем, что я такой не самостоятельный, что пользы от меня нет и толку ноль.

А этот парень говорит, что тому возможно нравится, что я такой беспомощный, потому что это как гарантия того, что я навсегда останусь с Рином, никуда не уйду, не оставлю его, не брошу, ведь в противном случае я без него не справлюсь, а Рину это на руку, он может быть уверен, что я всегда буду с ним, потому что без него я пропаду, поэтому может обращаться со мной так и делать все эти мерзкие вещи и знать, что я никуда не денусь.

— Но… — смотрю в кружку, никогда не смотрел на ситуацию с Такой стороны — но он ведь всё равно хочет, чтоб я был с ним! Так или иначе… чтоб оставался с ним…

Я смотрю на него в надежде на то, что он скажет, что «Да, он хочет чтоб ты был с ним и это главное», но нет, он лишь продолжает приводить мне доводы о том, что это не так. А если и так, то всё основано только на голом эгоизме.

Он говорит, что может ему удобно так. Рину удобно, чтоб я оставался беспомощным, чтоб был с ним. Что я в таком случае вроде развлечения или игрушки. Как красивое дополнение. Что я остаюсь с ним и позволяю ему обходиться с собой так только в долг тому, что Рин заботится обо мне, а он пользуется этим. Пользуется мной, а я согласен потому что беспомощен. А он поступает как эгоист и всех всё устраивает. Но это не правильно.

— Почему не правильно?

— Один не может быть полноправным хозяином другого — поводит бровями, улыбается.