Проснувшись и открыв глаза, Альфред, прежде всего, увидел своё отражение в зеркале, которое стояло напротив его кровати. Почему-то он этого отражения испугался; показалось ему, что какой-то другой, незнакомый человек смотрит на него.
Добавить в моё избранное
150 мин, 21 сек 19617
Может, именно из-за этого и погиб мой создатель, с которым надеюсь вскоре встретиться…
— Ну а так ты уверен, что этот монстр тебя не проглотит, если ты в яйце будешь? — спросила Елена.
— Конечно, не уверен. В чём я вообще могу быть уверен? А меньше всего я уверен в том, что мне ещё хотя бы раз доведётся увидеть свет солнца, — молвил Альфред. — И всё же, я продолжаю двигаться вперёд… И рассчитываю на твою помощь…
Елена подошла к оставленным змеем яйцам, но тут покачнулась, медленно провела свободной рукой по лбу.
— Что случилось? — спросила голова Альфреда.
— Ах, ничего… Просто надо немного отдохнуть…
И она опустилась на берег. Брызги лавы с моря часто попадали на её ноги, но она, кажется, вовсе не замечала этого.
— Сейчас… сейчас…, — шептала она. — Дело в том, что я очень устала. Надо немного отдохнуть.
И тут, впервые за долгое время Баронесса соскочила с её плеча. Кошка подлежала к лежащему яйцу и ударила по нижней его части своими острыми когтями. В результате этого яйцо порвалось и содержащаяся в нём слизь начала вваливаться на берег, и дальше — в огненное море.
Не прошло и минуты, как яйцо стало полым. Тогда Баронесса расширила образовавшееся отверстие когтями, словно бы приглашая положить туда голову Альфреда.
— Ну вот и всё, — сказала его голова. — Сделай то, что я говорил тебе до этого, и дожидайся меня здесь.
— Но почему же ты не хочешь, чтобы я с тобой отправилась? — спросила Елена.
— Потому что это невероятно опасно.
— Но ведь и всё путешествие в ад, от самого начала — невероятно опасно. Но я почти всё время шла рядом с тобой…
— Да. Правильно. Но я должен отправиться туда, в недра ада один. Понимаешь то, что происходит — касается только моей души. Внутри меня, и внутри моего создателя происходит борьба. А ты высоко, ты в свете, среди звёзд и ангелов летаешь, Елена. Сделай же то, что я у тебя просил.
И вот Елена уложила его голову внутрь яйца, а яйцо перебросило через поступающие к берегу камни.
Вниз, под уклон, покатилось яйцо. Из-за скорости вращения, Альфред почти ничего не видел. Разве что мельтешили ноги обречённых на поглощение грешников, да приближался железный трон.
Но тот, кто сидел на троне, как и ожидалось, не схватил катящееся яйцо, и Альфред полетел вниз, в ледяную, тёмную бездну.
И вновь очутился Альфред на берегу ледяного озера, окружённого непреступными, безжизненными скалами. Вновь увидел что-то стальное — неизмеримой тяжестью нависавшее над ним.
Он чувствовал и цепи незримые, которые не позволяли ему это место покинуть, и свою вторую половинку, своего создателя, который был вморожен в лёд.
И Альфред проговорил:
— Ну что ж. Я и не собираюсь никуда уходить отсюда. Это было бы по меньше мере неразумно. Ведь я именно сюда и стремился. И вот я здесь. И это уже не сон, а реальность. Что же дальше?…
И тут ему послышался шёпот, со стороны озера. Юноша бросился на его ледяную поверхность и, заметив трещину, приблизился к ней губами, и сказал:
— Эй, Альфред, то есть — я сам. Какая же Цель, привела тебя в Ад? Скажи, наконец.
И припал к трещине ухом, не особо надеясь получить ответ.
Но ответ пришёл:
— Это Любовь.
Альфред аж поперхнулся, и ещё раз спросил:
— Что? Так просто, так банально?
— Нет. Не просто. Сейчас ты вспомнишь.
И Альфред увидел своего создателя, то есть самого себя — стоящим в тёмном, старинном, из камня выстроенном доме.
Ни разу до этого он, созданный из маски, двойник, копия души, не вспоминал об этом доме. Всегда думал, что и жил, и родился в том же городе, что и Елена…
Но это было не так. Его создатель Альфред родился давным-давно, ещё когда тот старинный каменный дом только построили. Он изучал чёрную магию, жаждал найти секрет Философского камня, и однажды поплатился за это. Проведя магический обряд, он вызвал демона из ада, и тот предложил ему философский камень, в обмен… нет, не на душу, а только на Любовь, в душе заключённую. И Альфред согласился.
Философский камень оказался в его руках, а Любовь была унесена демоном в ад.
Поначалу Альфред радовался, получал из свинца золото, тратил его; потом начал тосковать. Его тело оставалось вполне здоровым телом юноши, но любить духовно он не мог.
И это было страшно!
Он чувствовал пустоту в своей душе. Пытаясь заполнить эту пустоту, он соблазнял молоденьких, глупых девушек, те были рады даже не ему, а его богатству; но то, что они называли любовью — лишённое души, торгашеское, быстро опротивело ему.
Он подался было в монастырь, но и оттуда быстро бежал, так как и Бога не мог любить…
Шли годы, десятилетия — Альфред не старел. Он только терзался, чувствуя никчемность, ненужность своего бытия.
— Ну а так ты уверен, что этот монстр тебя не проглотит, если ты в яйце будешь? — спросила Елена.
— Конечно, не уверен. В чём я вообще могу быть уверен? А меньше всего я уверен в том, что мне ещё хотя бы раз доведётся увидеть свет солнца, — молвил Альфред. — И всё же, я продолжаю двигаться вперёд… И рассчитываю на твою помощь…
Елена подошла к оставленным змеем яйцам, но тут покачнулась, медленно провела свободной рукой по лбу.
— Что случилось? — спросила голова Альфреда.
— Ах, ничего… Просто надо немного отдохнуть…
И она опустилась на берег. Брызги лавы с моря часто попадали на её ноги, но она, кажется, вовсе не замечала этого.
— Сейчас… сейчас…, — шептала она. — Дело в том, что я очень устала. Надо немного отдохнуть.
И тут, впервые за долгое время Баронесса соскочила с её плеча. Кошка подлежала к лежащему яйцу и ударила по нижней его части своими острыми когтями. В результате этого яйцо порвалось и содержащаяся в нём слизь начала вваливаться на берег, и дальше — в огненное море.
Не прошло и минуты, как яйцо стало полым. Тогда Баронесса расширила образовавшееся отверстие когтями, словно бы приглашая положить туда голову Альфреда.
— Ну вот и всё, — сказала его голова. — Сделай то, что я говорил тебе до этого, и дожидайся меня здесь.
— Но почему же ты не хочешь, чтобы я с тобой отправилась? — спросила Елена.
— Потому что это невероятно опасно.
— Но ведь и всё путешествие в ад, от самого начала — невероятно опасно. Но я почти всё время шла рядом с тобой…
— Да. Правильно. Но я должен отправиться туда, в недра ада один. Понимаешь то, что происходит — касается только моей души. Внутри меня, и внутри моего создателя происходит борьба. А ты высоко, ты в свете, среди звёзд и ангелов летаешь, Елена. Сделай же то, что я у тебя просил.
И вот Елена уложила его голову внутрь яйца, а яйцо перебросило через поступающие к берегу камни.
Вниз, под уклон, покатилось яйцо. Из-за скорости вращения, Альфред почти ничего не видел. Разве что мельтешили ноги обречённых на поглощение грешников, да приближался железный трон.
Но тот, кто сидел на троне, как и ожидалось, не схватил катящееся яйцо, и Альфред полетел вниз, в ледяную, тёмную бездну.
И вновь очутился Альфред на берегу ледяного озера, окружённого непреступными, безжизненными скалами. Вновь увидел что-то стальное — неизмеримой тяжестью нависавшее над ним.
Он чувствовал и цепи незримые, которые не позволяли ему это место покинуть, и свою вторую половинку, своего создателя, который был вморожен в лёд.
И Альфред проговорил:
— Ну что ж. Я и не собираюсь никуда уходить отсюда. Это было бы по меньше мере неразумно. Ведь я именно сюда и стремился. И вот я здесь. И это уже не сон, а реальность. Что же дальше?…
И тут ему послышался шёпот, со стороны озера. Юноша бросился на его ледяную поверхность и, заметив трещину, приблизился к ней губами, и сказал:
— Эй, Альфред, то есть — я сам. Какая же Цель, привела тебя в Ад? Скажи, наконец.
И припал к трещине ухом, не особо надеясь получить ответ.
Но ответ пришёл:
— Это Любовь.
Альфред аж поперхнулся, и ещё раз спросил:
— Что? Так просто, так банально?
— Нет. Не просто. Сейчас ты вспомнишь.
И Альфред увидел своего создателя, то есть самого себя — стоящим в тёмном, старинном, из камня выстроенном доме.
Ни разу до этого он, созданный из маски, двойник, копия души, не вспоминал об этом доме. Всегда думал, что и жил, и родился в том же городе, что и Елена…
Но это было не так. Его создатель Альфред родился давным-давно, ещё когда тот старинный каменный дом только построили. Он изучал чёрную магию, жаждал найти секрет Философского камня, и однажды поплатился за это. Проведя магический обряд, он вызвал демона из ада, и тот предложил ему философский камень, в обмен… нет, не на душу, а только на Любовь, в душе заключённую. И Альфред согласился.
Философский камень оказался в его руках, а Любовь была унесена демоном в ад.
Поначалу Альфред радовался, получал из свинца золото, тратил его; потом начал тосковать. Его тело оставалось вполне здоровым телом юноши, но любить духовно он не мог.
И это было страшно!
Он чувствовал пустоту в своей душе. Пытаясь заполнить эту пустоту, он соблазнял молоденьких, глупых девушек, те были рады даже не ему, а его богатству; но то, что они называли любовью — лишённое души, торгашеское, быстро опротивело ему.
Он подался было в монастырь, но и оттуда быстро бежал, так как и Бога не мог любить…
Шли годы, десятилетия — Альфред не старел. Он только терзался, чувствуя никчемность, ненужность своего бытия.
Страница 41 из 42
