Погода, как на заказ стояла чудесная: на свежем весеннем небе ни облачка, темнеющий запад уже поблёскивал крохотными точками звёзд и дышал ароматной прохладой — точно звал за собой в просторные объятья улиц. Солнце жгуче-золотым потоком скользнуло по оконным стёклам, пока ещё холодное, но уже многообещающее, и вдруг скрылось за крышей соседнего дома, оставив прыгать в глазах зелёные точки…
Добавить в моё избранное
145 мин, 42 сек 18469
И я поверил! А вы бы не поверили?! Вы видели его?! Эта печать на лице, он же весь просвечивался насквозь! Мой сын, мой Воржик!
Старик отчаянно разрыдался на полу, а Раду стоял и не шелохнулся. Наконец-то, наконец какая-то твёрдая почва! Он действительно был прав, ему не почудилось, и не привиделось. Он во всём оказался прав.
Стряхнув накатившее оцепенение, Раду смерил холодным взглядом рыдающего на полу Пшемека и рявкнул:
— Хватит! Поднимайся, бери свои документы и иди за мной!
Пшемек, казалось, не слышал. Тогда юноша схватил его за плечо и хорошенько тряхнул:
— Я сказал, собирайся! Ты должен мне помочь пробраться в секту.
— Слишком поздно!— взвизгнул старик, заливаясь слезами, но Раду был неумолим. Звонкая пощёчина привела Пшемека в чувство и заставила выполнять чёткие приказы. Пшемек собрался за десять минут; не говоря больше ни слова, они отправились на вокзал.
Дорога оказалась на редкость утомительной: не из-за длины — из-за напряжения. Раду больше времени проводил в тамбуре с сигаретой, чем в отдельном купе, которое заказал для себя и Пшемека. Старик выглядел убитым, но больше не впадал в истерику и не ныл, за что Раду был ему благодарен. На самом деле, у детектива не было никакого плана, он попросту не представлял, что будет делать, когда окажется внутри секты! На помощь полиции рассчитывать не приходилось, от Пшемека в его состоянии толку было мало… Единственным преимуществом Лебовски мог стать его пистолет — но просто защитить Геворга было недостаточно! Не он, так другой парнишка ляжет на жертвенный алтарь, и всё это продолжится, как отрепетированная театральная постановка! Выход был, но Раду сомневался, что сумеет достать всё необходимое достаточно быстро, чтобы успеть предотвратить жертвоприношение.
События закручивалось на ось этого мерзкого действа: Раду не мог вступить в игру раньше, чтобы не спугнуть осторожных адептов и их верных «жрецов». Но он также не имел права опоздать…
Поезд прибыл в Ворцлав ранним утром. Хотя с момента отбытия Раду прошли всего сутки, от жары не осталось и следа! Пассажирам пришлось буквально пробираться на ощупь в тумане, который накрыл город плотным покровом. На улице стало зябко и влажно, солнце, попытавшееся пробиться сквозь густой туман, тут же оказалось в окружении заунывно серых облаков и кануло в лету. Пшемек расценил это, как недобрый знак, и принялся перебирать крестики на своём браслете, пока шёл за Раду, петляя в бестолково движущейся к выходу толпе. Заметив это, Раду со злостью дёрнул его браслет, и бусины с деревянными крестами посыпались на мостовую.
— Забудьте про эту чушь! Вам всё время лгали — так кому же вы молитесь?! Лучше выполняйте мои указания, и тогда мы спасём вашего сына. Мы — а не чудо!
Пшемек растерянно глянул себе под ноги, но собрался с духом и кивнул детективу.
— Хорошо. Мне нужно отлучиться по очень важному делу. Я изучил расписание работы секты — собрания обычно проходят поздним вечером, так что ещё есть время подготовиться. Вы будете ждать меня в гостинице. Когда я вернусь — объясню план наших действий. А пока идите в гостиницу Лаволь и ждите меня там. Вам всё понятно?
Пшемек кивнул и повернулся идти, но Раду окрикнул его:
— Господин Сирумем! Если вы передумаете и позвоните в секту, или своим друзьям в приход — вы погубите сына. Помните об этом.
Пшемек ничего не ответил, и почему-то Лебовски ощутил странную тревогу в сердце, как будто должно было случиться что-то плохое. Нет, Пшемеку он верил! По глазам видел, как сильно отец боялся потерять сына… Но всё равно назревало что-то скверное. Даже погода выкидывала непонятные финты — затевала какую-то свою игру, неизвестно в чью пользу…
Достать всю необходимую аппаратуру оказалось не так просто, хотя Раду знал нужных людей и уже выходил на них раньше. Пришлось выложить кругленькую сумму за «шпионский набор»: несколько хороших мини-камер, вставленных в пуговицы, крошечные записывающие устройства с дистанционным выходом в интернет, датчики автоматического включения на звуки голоса, фильтры шума… И ещё много такого, с чем Раду приходилось работать, но в чём он мало соображал.
План Лебовски был давно избит фильмами, книгами и детективными сериалами, но он был прост и в каком-то смысле надёжен. По крайней мере, Раду не приходилось привлекать дополнительных людей — важный фактор, учитывая, сколько сторонников среди полиции насчитывала в своих рядах «Секта э Морти Апостолулуй». Детективу нужно было только получить хорошие кадры, подтверждающие намерения адептов убить юношу на жертвенном алтаре. Тогда — при хорошей игре — он сумел бы спасти мальчика, и разоблачить адептов… План, основанный на куче неизвестных и переменных, но у Раду не было другого, поэтому он полагался на удачу и на чудо. Да! Пусть Пшемек верит в их план — детективу, знающему все его слабые места, оставалось только чудо…
Старик отчаянно разрыдался на полу, а Раду стоял и не шелохнулся. Наконец-то, наконец какая-то твёрдая почва! Он действительно был прав, ему не почудилось, и не привиделось. Он во всём оказался прав.
Стряхнув накатившее оцепенение, Раду смерил холодным взглядом рыдающего на полу Пшемека и рявкнул:
— Хватит! Поднимайся, бери свои документы и иди за мной!
Пшемек, казалось, не слышал. Тогда юноша схватил его за плечо и хорошенько тряхнул:
— Я сказал, собирайся! Ты должен мне помочь пробраться в секту.
— Слишком поздно!— взвизгнул старик, заливаясь слезами, но Раду был неумолим. Звонкая пощёчина привела Пшемека в чувство и заставила выполнять чёткие приказы. Пшемек собрался за десять минут; не говоря больше ни слова, они отправились на вокзал.
Дорога оказалась на редкость утомительной: не из-за длины — из-за напряжения. Раду больше времени проводил в тамбуре с сигаретой, чем в отдельном купе, которое заказал для себя и Пшемека. Старик выглядел убитым, но больше не впадал в истерику и не ныл, за что Раду был ему благодарен. На самом деле, у детектива не было никакого плана, он попросту не представлял, что будет делать, когда окажется внутри секты! На помощь полиции рассчитывать не приходилось, от Пшемека в его состоянии толку было мало… Единственным преимуществом Лебовски мог стать его пистолет — но просто защитить Геворга было недостаточно! Не он, так другой парнишка ляжет на жертвенный алтарь, и всё это продолжится, как отрепетированная театральная постановка! Выход был, но Раду сомневался, что сумеет достать всё необходимое достаточно быстро, чтобы успеть предотвратить жертвоприношение.
События закручивалось на ось этого мерзкого действа: Раду не мог вступить в игру раньше, чтобы не спугнуть осторожных адептов и их верных «жрецов». Но он также не имел права опоздать…
Поезд прибыл в Ворцлав ранним утром. Хотя с момента отбытия Раду прошли всего сутки, от жары не осталось и следа! Пассажирам пришлось буквально пробираться на ощупь в тумане, который накрыл город плотным покровом. На улице стало зябко и влажно, солнце, попытавшееся пробиться сквозь густой туман, тут же оказалось в окружении заунывно серых облаков и кануло в лету. Пшемек расценил это, как недобрый знак, и принялся перебирать крестики на своём браслете, пока шёл за Раду, петляя в бестолково движущейся к выходу толпе. Заметив это, Раду со злостью дёрнул его браслет, и бусины с деревянными крестами посыпались на мостовую.
— Забудьте про эту чушь! Вам всё время лгали — так кому же вы молитесь?! Лучше выполняйте мои указания, и тогда мы спасём вашего сына. Мы — а не чудо!
Пшемек растерянно глянул себе под ноги, но собрался с духом и кивнул детективу.
— Хорошо. Мне нужно отлучиться по очень важному делу. Я изучил расписание работы секты — собрания обычно проходят поздним вечером, так что ещё есть время подготовиться. Вы будете ждать меня в гостинице. Когда я вернусь — объясню план наших действий. А пока идите в гостиницу Лаволь и ждите меня там. Вам всё понятно?
Пшемек кивнул и повернулся идти, но Раду окрикнул его:
— Господин Сирумем! Если вы передумаете и позвоните в секту, или своим друзьям в приход — вы погубите сына. Помните об этом.
Пшемек ничего не ответил, и почему-то Лебовски ощутил странную тревогу в сердце, как будто должно было случиться что-то плохое. Нет, Пшемеку он верил! По глазам видел, как сильно отец боялся потерять сына… Но всё равно назревало что-то скверное. Даже погода выкидывала непонятные финты — затевала какую-то свою игру, неизвестно в чью пользу…
Достать всю необходимую аппаратуру оказалось не так просто, хотя Раду знал нужных людей и уже выходил на них раньше. Пришлось выложить кругленькую сумму за «шпионский набор»: несколько хороших мини-камер, вставленных в пуговицы, крошечные записывающие устройства с дистанционным выходом в интернет, датчики автоматического включения на звуки голоса, фильтры шума… И ещё много такого, с чем Раду приходилось работать, но в чём он мало соображал.
План Лебовски был давно избит фильмами, книгами и детективными сериалами, но он был прост и в каком-то смысле надёжен. По крайней мере, Раду не приходилось привлекать дополнительных людей — важный фактор, учитывая, сколько сторонников среди полиции насчитывала в своих рядах «Секта э Морти Апостолулуй». Детективу нужно было только получить хорошие кадры, подтверждающие намерения адептов убить юношу на жертвенном алтаре. Тогда — при хорошей игре — он сумел бы спасти мальчика, и разоблачить адептов… План, основанный на куче неизвестных и переменных, но у Раду не было другого, поэтому он полагался на удачу и на чудо. Да! Пусть Пшемек верит в их план — детективу, знающему все его слабые места, оставалось только чудо…
Страница 36 из 41
