Был Свет и была Тьма. И сошлись посреди Великой Паутины, разделив Мироздание на Светлое и на Темное. И те, что вышли из Света, служили Белому Престолу. И те, что вышли из Тьмы, служили Престолу Черному…
Добавить в моё избранное
127 мин, 52 сек 20672
Я знал ее очень хорошо. Но никогда прежде мне не доводилось видеть ее такой взволнованной.
— Черт возьми! — машина выехала на проезжую часть. Изящные руки Яны нервно барабанили по рулю. — Серж…
— Да?
— Тебя подставили.
Я улыбнулся краешком рта.
— Я знаю, Ян.
— Знаешь?! — девушка повернулась ко мне, удивленно блеснув глазами.
— Да, знаю. Шеф решил разыграть замечательную комбинацию. И моей тройке приготовил очень интересную роль.
— Два часа назад… — голос девушки предательски дрожал. — Черт, у меня это все в голове не укладывается! Короче говоря, мне в руки попала запись совещания шефа с рядом высокопоставленных чинов КБСК. Ты же знаешь его паранойю, тягу к тайным записям и последующим проверкам. в общем, на этом заседании обсуждалась операция, получившая кодовое название «Игра по правилам». Именно там Высший вампир Петр Макеев, прибывший к нам из Забайкальского региона, получил приказ шефа положить начало цепочке Обращений.
Я кивнул. Примерно так я себе все и представлял. Закрутить интригу, в которой ключевой фигурой будет новый, незасветившийся персонаж.
— Приказ, вступающий в противоречие с Конвенциями. — сказал я.
— И там же ведущий специалист Комитета по диверсионным акциям, известный как Денвер, и личный помощник шефа, известный как Шатун, получили указание осуществлять личный контроль за проведением операции.
— Снайпер. — покачав головой, я затянулся сигаретой и выставил локоть в открытое окно. — Как же я сразу не догадался? Когда мы пытались отбить у Управления того студентишку, и он получил пулю в лоб… Как же я сразу не распознал почерк Денвера? Красиво…
— Я прослушала эту запись. — продолжала Яна. — Не знала что делать. Такая циничная провокация. И Орден, они пошли у него на поводу.
«Ауди» притормозила возле мигающего красным светофора.
— Прошу прощения. — я элегантно пригнулся.
Рядом притормозил бело-синий милицейский перехватчик с включенным проблесковым маячком.
— Шеф поставит на уши весь город. — негромко сказала Яна. — Они будут искать тебя.
— Неважно. — перехватчик свернул в сторону, и я вновь принял вертикальное положение. — Запись у тебя?
Яна кивнула.
— Я должен забрать ее. Пока она у тебя — ты в опасности. Не волнуйся, я найду ей применение. — я щелчком выбросил окурок в окно. Рассыпая искры, он полетел во тьму. — И еще… мне пока непонятно, что шеф собирается делать дальше.
— Он собирается ликвидировать все, что может помешать претворению в жизнь его плана.
— Проклятье! Отдел Внутреннего Надзора? Оппозиция в КБСК. Кто-нибудь из них есть в Москве?
Девушка пожала плечами. Висящий у нее на шее телефон выдал веселенькую полифоническую мелодию.
— Алло? — Яна бросила на меня многозначительный взгляд. — Я? Еду домой… Что? Да, поняла. Ясно… Еду.
— Что случилось?
— Звонили из офиса. Несколько минут назад в резиденции Совета Кланов получили официальную ноту. Семьи Тореадор, Гангрел и Малкавиан официально выразили недоверие шефу Комитета Безопасности и потребовали внеочередного заседания Совета.
Я откинулся на спинку и закрыл глаза. Звуки ночного города, влетающие в открытые окна машины, отдавались в голове ноющей болью. В горле пересохло. Организм требовал утолить Жажду.
Шеф устроил провокацию против вампиров. И Семьи немедленно откликнулись на нее — выступили против Вампира-лишенного-имени, предавшего свой род во имя единства Кланов и закрепляющего его Совета.
Да, он, конечно же, всегда смотрел на два шага вперед, мой бывший шеф, вот только забыл он нечто важное — ничто не оправдывает предательства. Даже забота о единстве и сплоченности перед лицом врага.
— Похоже, Ян, намечается крупная мясорубка, — устало сказал я.
«Ауди» свернул с дороги и, нырнув во двор многоэтажного жилого дома, затормозил возле тротуара. Яна повернулась ко мне.
— До утра тебе лучше не появляться в городе. А завтра будет видно.
Наши взгляды встретились.
Я потянулся к колдунье. Наши губы встретились. Я никогда не задумывался, о том, что это может произойти. Может быть, даже не видел в ней красивую девушку. Теперь же, впиваясь в ее губы, жадно целуя, чувствуя нарастающий жар во всем теле, теряя голову и забывая обо всем на свете, задыхаясь, уже понимал — по-другому не могло быть. Все правильно.
Я на мгновение оторвался от нее, чтобы глотнуть ночного воздуха, и услышал шепот Яны:
— Пойдем ко мне.
Все было понятно без слов.
Чистые пруды. Москва. 27 марта. 10: 17.
Я шел по скверу, глядя на веселые лица редких прохожих.
Сегодня над Москвой наконец-то выглянуло солнце. Оно играло на лицах редких прохожих и на окнах домов. Не стесняясь талого снега и холодного ветра, солнце говорило о наступлении весны, скором и неизбежном.
— Черт возьми! — машина выехала на проезжую часть. Изящные руки Яны нервно барабанили по рулю. — Серж…
— Да?
— Тебя подставили.
Я улыбнулся краешком рта.
— Я знаю, Ян.
— Знаешь?! — девушка повернулась ко мне, удивленно блеснув глазами.
— Да, знаю. Шеф решил разыграть замечательную комбинацию. И моей тройке приготовил очень интересную роль.
— Два часа назад… — голос девушки предательски дрожал. — Черт, у меня это все в голове не укладывается! Короче говоря, мне в руки попала запись совещания шефа с рядом высокопоставленных чинов КБСК. Ты же знаешь его паранойю, тягу к тайным записям и последующим проверкам. в общем, на этом заседании обсуждалась операция, получившая кодовое название «Игра по правилам». Именно там Высший вампир Петр Макеев, прибывший к нам из Забайкальского региона, получил приказ шефа положить начало цепочке Обращений.
Я кивнул. Примерно так я себе все и представлял. Закрутить интригу, в которой ключевой фигурой будет новый, незасветившийся персонаж.
— Приказ, вступающий в противоречие с Конвенциями. — сказал я.
— И там же ведущий специалист Комитета по диверсионным акциям, известный как Денвер, и личный помощник шефа, известный как Шатун, получили указание осуществлять личный контроль за проведением операции.
— Снайпер. — покачав головой, я затянулся сигаретой и выставил локоть в открытое окно. — Как же я сразу не догадался? Когда мы пытались отбить у Управления того студентишку, и он получил пулю в лоб… Как же я сразу не распознал почерк Денвера? Красиво…
— Я прослушала эту запись. — продолжала Яна. — Не знала что делать. Такая циничная провокация. И Орден, они пошли у него на поводу.
«Ауди» притормозила возле мигающего красным светофора.
— Прошу прощения. — я элегантно пригнулся.
Рядом притормозил бело-синий милицейский перехватчик с включенным проблесковым маячком.
— Шеф поставит на уши весь город. — негромко сказала Яна. — Они будут искать тебя.
— Неважно. — перехватчик свернул в сторону, и я вновь принял вертикальное положение. — Запись у тебя?
Яна кивнула.
— Я должен забрать ее. Пока она у тебя — ты в опасности. Не волнуйся, я найду ей применение. — я щелчком выбросил окурок в окно. Рассыпая искры, он полетел во тьму. — И еще… мне пока непонятно, что шеф собирается делать дальше.
— Он собирается ликвидировать все, что может помешать претворению в жизнь его плана.
— Проклятье! Отдел Внутреннего Надзора? Оппозиция в КБСК. Кто-нибудь из них есть в Москве?
Девушка пожала плечами. Висящий у нее на шее телефон выдал веселенькую полифоническую мелодию.
— Алло? — Яна бросила на меня многозначительный взгляд. — Я? Еду домой… Что? Да, поняла. Ясно… Еду.
— Что случилось?
— Звонили из офиса. Несколько минут назад в резиденции Совета Кланов получили официальную ноту. Семьи Тореадор, Гангрел и Малкавиан официально выразили недоверие шефу Комитета Безопасности и потребовали внеочередного заседания Совета.
Я откинулся на спинку и закрыл глаза. Звуки ночного города, влетающие в открытые окна машины, отдавались в голове ноющей болью. В горле пересохло. Организм требовал утолить Жажду.
Шеф устроил провокацию против вампиров. И Семьи немедленно откликнулись на нее — выступили против Вампира-лишенного-имени, предавшего свой род во имя единства Кланов и закрепляющего его Совета.
Да, он, конечно же, всегда смотрел на два шага вперед, мой бывший шеф, вот только забыл он нечто важное — ничто не оправдывает предательства. Даже забота о единстве и сплоченности перед лицом врага.
— Похоже, Ян, намечается крупная мясорубка, — устало сказал я.
«Ауди» свернул с дороги и, нырнув во двор многоэтажного жилого дома, затормозил возле тротуара. Яна повернулась ко мне.
— До утра тебе лучше не появляться в городе. А завтра будет видно.
Наши взгляды встретились.
Я потянулся к колдунье. Наши губы встретились. Я никогда не задумывался, о том, что это может произойти. Может быть, даже не видел в ней красивую девушку. Теперь же, впиваясь в ее губы, жадно целуя, чувствуя нарастающий жар во всем теле, теряя голову и забывая обо всем на свете, задыхаясь, уже понимал — по-другому не могло быть. Все правильно.
Я на мгновение оторвался от нее, чтобы глотнуть ночного воздуха, и услышал шепот Яны:
— Пойдем ко мне.
Все было понятно без слов.
Чистые пруды. Москва. 27 марта. 10: 17.
Я шел по скверу, глядя на веселые лица редких прохожих.
Сегодня над Москвой наконец-то выглянуло солнце. Оно играло на лицах редких прохожих и на окнах домов. Не стесняясь талого снега и холодного ветра, солнце говорило о наступлении весны, скором и неизбежном.
Страница 29 из 40
