Синдром отчуждения (или психического автоматизма) — одна из разновидностей галлюцинаторно-параноидного синдрома; включает в себя псевдогаллюцинации, бредовые идеи воздействия (психологического и физического характера) и явления психического автоматизма (чувство отчуждённости, неестественности, «сделанности» собственных движений, поступков и мышления)…
Добавить в моё избранное
125 мин, 27 сек 12254
какого-то декабря местную железнодорожную станцию начинают использовать в качестве перевалочного пункта для оправки заключенных. Пятнадцатого января прибывает последняя партия, которой уже не суждено отбыть в колонию. Вечером или в ночь с пятнадцатого на шестнадцатое, а может, и раньше, начинают ухудшаться погодные условия. Люди не выходят на улицу — возрастает нагрузка на местную электросеть, и в определенный момент она отказывает. Ремонтникам не удается восстановить подачу электричества. Город накрывает снежная буря, и начальство решает просить помощи для эвакуации жителей. Но, по какой-то причине, вероятно, из-за все той же бури связь на большие расстояния не работает. Тогда они собирают отряд и отправляют его в ближайший населенный пункт. Параллельно удается запустить генератор в детском доме. Это значит, что там есть свет и тепло — всех жителей начинают переводить туда. В городе остается лишь смена радистов, которые поддерживают связь с посланным отрядом и сами пытаются достучаться до внешнего мира. Почему они тоже не пошли в детский дом? Ведь прибор связи можно взять с собой. Или здесь была какая-то стационарная антенна?»
Господи, а в детском доме знали, что отряд, посланный за помощью, пропал? Или в итоге людей спасли? Или они там и остались? И лежат по сей день в этом приюте«.»
Лили передернуло.
«Надо прекращать думать об этом».
Пришла в себя она от холода. И, несмотря туман во взоре, поняла, что лежит на мокром асфальте и не помнит абсолютно, как сюда попала.
«Когда же тошнить перестанет?»
Над головой хмурилось небо, затянутое саваном чернильных, так похожих на свежие синяки облаков. Ветер стонал в разломах стен, бросал в лицо облака режущей пыли.
«Черное небо, лужи из крови,»
Мы больше не увидимся с тобою«…»
Улица, на которой лежала девушка, проходила мимо арки во двор. Она мельком взглянула в ту сторону и заметила блеск воды. Река? Если верить карте, до нее еще несколько кварталов.
Лили кое-как поднялась и направилась через арку.
Раньше здесь был обычный двор с песочницами и качелями, но сейчас разлившаяся река занимала все видимое пространство между домами, достигая окон первого этажа.
Посреди — возвышались ржавые качели с таящимся где-то в глубине воды сиденьем. Крыши автомобилей торчали, как грибы, около домов, лениво перекатывались через них волны.
Лили вздрогнула — она вдруг живо представила, что квартиры, где раньше жили люди, теперь полностью заполнены водой. Вместе с мебелью, посудой, одеждой, что покрыты илом и медленно разрушаются под действием стихии.
Тишину надорвал кашель — девушка сжала грудь, морщась от боли, и часто-часто задышала. Сплюнула кровяной сгусток, от которого в воде потянулась паутинка бордовых нитей.
«Как при чахотке… Нет, скорее у меня пневмония. Сколько это дней без лечения? Один-два? Или я уже умерла, и это чистилище»…
Что-то на дне привлекло ее внимание, и девушка наклонилась ниже.
«Боже»… — как куча сломанных манекенов лежали там тела. Раздувшиеся, бледные…
Она моргнула, и видение исчезло. Кроме занесенной песком детской площадки, ничегошеньки под водой не было.
Девушка развернулась и вышла в арку. И не знала уже, существует ли город на самом деле. Существует ли она?
«Или все это лишь горячечный бред?»
— Лили?
— Да.
— Поболтаем?
— Говори. Разве я могу тебе помешать? Ты — мой внутренний голос.
— Лили, мы, вроде как, умираем.
— Да.
— И? Ты ничего не будешь делать?
— А что ты хочешь? Я пытаюсь.
— Этого мало.
— Какая же ты зануда! Знаешь, сколько известных личностей скончалось от бронхита. Пруст, например.
— Скорее он скончался от тоски, потому что всю жизнь писал один и тот же роман.
— Ой, зато какой у него опус про печеньки! Мадлены… кажется, это была единственная вещь, которую я сама испекла.
— Все люди, которых ты подразумеваешь, сделали что-то значительное. А ты?
— Черт… — Лили захлебнулась от внезапно налетевшего кашля.
— Не слышу ответа.
— Извини, я тут пытаюсь не выплюнуть наши легкие.
— Это не оправдание.
— Вот ты стерва! Я тоже много чего сделала, пускай и не то же, что они…
— Вот именно. Ключевое слово «много». Какой тут смысл?
— Как там у Саган… «Чтобы двадцать три часа быть свободной и полчасика чувствовать одиночество». Или нет. Либо что-то у меня с памятью, либо у Франсуазы с арифметикой. Кстати она тоже умерла от какой-то ерунды с легкими.
— Мост.
— Сама ты! А…
Мост и правда был — точнее сквозь толщу воды угадывались очертания бетонных плит. Очевидно, строители никак не рассчитывали, что со временем река выйдет из берегов и почти полностью поглотит его.
Господи, а в детском доме знали, что отряд, посланный за помощью, пропал? Или в итоге людей спасли? Или они там и остались? И лежат по сей день в этом приюте«.»
Лили передернуло.
«Надо прекращать думать об этом».
Пришла в себя она от холода. И, несмотря туман во взоре, поняла, что лежит на мокром асфальте и не помнит абсолютно, как сюда попала.
«Когда же тошнить перестанет?»
Над головой хмурилось небо, затянутое саваном чернильных, так похожих на свежие синяки облаков. Ветер стонал в разломах стен, бросал в лицо облака режущей пыли.
«Черное небо, лужи из крови,»
Мы больше не увидимся с тобою«…»
Улица, на которой лежала девушка, проходила мимо арки во двор. Она мельком взглянула в ту сторону и заметила блеск воды. Река? Если верить карте, до нее еще несколько кварталов.
Лили кое-как поднялась и направилась через арку.
Раньше здесь был обычный двор с песочницами и качелями, но сейчас разлившаяся река занимала все видимое пространство между домами, достигая окон первого этажа.
Посреди — возвышались ржавые качели с таящимся где-то в глубине воды сиденьем. Крыши автомобилей торчали, как грибы, около домов, лениво перекатывались через них волны.
Лили вздрогнула — она вдруг живо представила, что квартиры, где раньше жили люди, теперь полностью заполнены водой. Вместе с мебелью, посудой, одеждой, что покрыты илом и медленно разрушаются под действием стихии.
Тишину надорвал кашель — девушка сжала грудь, морщась от боли, и часто-часто задышала. Сплюнула кровяной сгусток, от которого в воде потянулась паутинка бордовых нитей.
«Как при чахотке… Нет, скорее у меня пневмония. Сколько это дней без лечения? Один-два? Или я уже умерла, и это чистилище»…
Что-то на дне привлекло ее внимание, и девушка наклонилась ниже.
«Боже»… — как куча сломанных манекенов лежали там тела. Раздувшиеся, бледные…
Она моргнула, и видение исчезло. Кроме занесенной песком детской площадки, ничегошеньки под водой не было.
Девушка развернулась и вышла в арку. И не знала уже, существует ли город на самом деле. Существует ли она?
«Или все это лишь горячечный бред?»
— Лили?
— Да.
— Поболтаем?
— Говори. Разве я могу тебе помешать? Ты — мой внутренний голос.
— Лили, мы, вроде как, умираем.
— Да.
— И? Ты ничего не будешь делать?
— А что ты хочешь? Я пытаюсь.
— Этого мало.
— Какая же ты зануда! Знаешь, сколько известных личностей скончалось от бронхита. Пруст, например.
— Скорее он скончался от тоски, потому что всю жизнь писал один и тот же роман.
— Ой, зато какой у него опус про печеньки! Мадлены… кажется, это была единственная вещь, которую я сама испекла.
— Все люди, которых ты подразумеваешь, сделали что-то значительное. А ты?
— Черт… — Лили захлебнулась от внезапно налетевшего кашля.
— Не слышу ответа.
— Извини, я тут пытаюсь не выплюнуть наши легкие.
— Это не оправдание.
— Вот ты стерва! Я тоже много чего сделала, пускай и не то же, что они…
— Вот именно. Ключевое слово «много». Какой тут смысл?
— Как там у Саган… «Чтобы двадцать три часа быть свободной и полчасика чувствовать одиночество». Или нет. Либо что-то у меня с памятью, либо у Франсуазы с арифметикой. Кстати она тоже умерла от какой-то ерунды с легкими.
— Мост.
— Сама ты! А…
Мост и правда был — точнее сквозь толщу воды угадывались очертания бетонных плит. Очевидно, строители никак не рассчитывали, что со временем река выйдет из берегов и почти полностью поглотит его.
Страница 26 из 37
