Ушедшие однажды

Леша часто кидался на него с кулаками (непременно соседи об этом донесут), и убить грозился, но вот так… глядя на распластанное тело Виктора, на изуродованную голову, он понимал, что, скорее всего никогда бы не убил человека, сколько бы этот гад не заслуживал смерти. Для подобного убийства надо что-то в душе иметь… изуверское.

Жалко Виктора не было (получил по заслугам), больше беспокоили мысли о пропавшей сестре. Все указывало на то, что в момент совершения убийства она еще была в квартире. Неизвестно, куда она делась потом.

Бедолага вот страсти-то насмотрелась.

— И что вы думаете? — спросил следователь. После тщательного допроса у него, кажется, уже сложилось свое мнение относительно произошедшего, но он продолжал задавать вопросы, порой совершенно не связанные друг с другом.

— О чем? — переспросил Алеша, взглянув на Крюкова. Это был высокий, крепкий мужичок лет сорока с бегающим цепким взглядом, коротко стриженный, гладко выбритый, с виду спокойный и простодушный, но только с виду.

— О топоре.

Он пожал плечами. Что тут можно было сказать. Топор как топор. Большой тяжелый.

— Вы таким на рынке работаете?

Алеша поднял на него прямой враждебный взгляд. Следователь стал порядком его раздражать со своими двусмысленными вопросами. Обвинений в убийстве ему не выдвинули, держали за свидетеля (кто-то побежал разыскивать сторожа с кладбища, чтобы подтвердил алиби), но и подозрений не снимали.

— Я спрашиваю у вас как у человека работающего с топором, — тут же продолжил Крюков шуршать своим льющимся голоском. — Топор тяжелый. Много ли сил надо чтобы разрубить им голову?

— Нет, — буркнул Алеша.

— Нет, — размышляя дальше, повторил Крюков, почесывая подбородок. — Удар нанесен спереди, значит, убийца стоял перед убитым. Убитый видел убийцу и добровольно подставил свой лоб, пока тот размахивался топором.

— Я не видел.

— Но рассуждать-то можете?

— Вам тут рассуди все, а вы потом за эти рассуждения меня и посадите.

Крюков недоуменно вскинул бровями (молодец, соображаешь), и вроде бы оставил этот разговор. Продолжил придирчиво изучать кухню, особенно его вниманию удостоился полностью выкипевший чайник. Еще горячий. Но ни следов пара на стеклах, ни разлитого по кружкам кипятка. А конфорка-то была выключена. Ее выключили, до того как он выкипел или после? Что же не слышали, как он свистел? Вой наверняка был жуткий — это известно из личного опыта.

— Вы жене-то позвоните, а то волнуется, наверное, — отвлеченно предложил Крюков. Он потрогал решетку на плите. Холодная. А чайник горячий? Хм. Непонятно.

— Виктор не женат.

— Я не про убитого, — он указал на обручальное кольцо на руке Алеши. — Я про вашу жену.

— Она погибла.

— Давно?

— Год назад.

— Тоже убили?

— Водитель грузовика не справился с управлением, — покручивая на пальце кольцо, говорил Алеша. Хотя они так и не успели пожениться, но он все же купил кольца. Хотел, чтобы она осталась его женой. Одно надел на пальчик Жанны… когда она была уже мертва… а другое осталось напоминать ему о том, что счастье слишком быстротечно. — Водитель откупился. А мою жену закопали.

— Сожалею. А сегодня что за праздник?

— Годовщина ее смерти.

— Простите, — нисколько не сконфузился следователь. — Кто был приглашен?

— Я.

— И все?

— Все.

— И вы опоздали, потому что сидели на кладбище? — в очередной раз перефразировав, спросил Крюков. — Вы там сидели почти до двенадцати ночи, точно не припомните, потом вас провожал до ворот сторож, которого вы раньше никогда не видели, но долго с ним общались. Поймали такси, приехали к сестре, открыли своими ключами, и обнаружили труп. Вначале решив, что это сестра, но никак не ожидали увидеть ее любовника, поскольку еще днем она вам говорила, что он пропал на две недели и их отношениям настал конец.

— Месяц.

— Что? — он отвлекся от чайника, чтобы взглянуть на Алешу, который стоял у окна и курил.

— Он не появлялся месяц.

— Ну да месяц. Я где-то еще ошибся?

Похоже, что следователь просто играет с ним. Алешу его тактика бесила, но черт с ним. Сейчас главное найти Лили.

— Нет, не ошиблись, — профессионально ровным и бесстрастным голосом ответил Алеша.

— И что вы думаете об этом?

— О чем?

— Что Виктор высокий крепкий молодой мужчина не оказал сопротивления.

— Не знаю.

Закончив опрос свидетелей, на кухню зашел напарник Крюкова. Кажется, он представлялся как Жуков Павел Николаевич, звание Алеша не запомнил.

— А почему света в спальне нет? — спросил он.

Крюков взглянул на Алешу и после его недоуменно пожатия плечами, отправился проверять лично. Света в спальне и впрямь не было.