Две маленькие фигуры, закутанные в хламиды, брели по пустыне, медленно переставляя ноги. Высоко поднявшееся над землей солнце удлиняло их угловатые четко очерченные тени. Белое, с красноватым пятном в середине, небесное светило, уподобляясь внимательному чуткому оку неведомого огромного существа, пристально следило за людьми…
Добавить в моё избранное
126 мин, 23 сек 17775
— С того самого момента, как увидела свой собственный кошмар, — подтянув колени к подбородку и обхватив их руками, девушка начала медленно раскачиваться из стороны в сторону. С виду это выглядело пугающе, если учесть, каким тоном она говорила. — Поначалу не придала особого значения появлению того монстра или самолета. Для меня самым главным было выжить после встречи с ними. А теперь, после появления этого озера всё поняла. До этого были чьи-то другие кошмары, и вот теперь настала моя очередь, — она подняла взгляд и настороженно посмотрела на своего друга. — А ты случайно пауков или там самолетов не боишься?
— Это не те страхи, — покачав головой, внимательно вгляделся вдаль, пытаясь отыскать полосу берега. Но, увы, она уже пропала из виду, и теперь вокруг нас простиралось лишь идеальное иссиня-чёрное пространство, граничащее с серым вечерним небом на полосе горизонта.
— Дети?
Кивнул, слабо улыбнувшись. В ответ она одарила меня мрачным взглядом и отвернулась. Тоже, по всей видимости, искала взглядом берег. Калачик развалился между нами с таким видом, как если бы для него путешествие по этим ужасающим тёмным местам являлось расслабляющей увеселительной прогулкой. Иным словом, этот странный пёс выглядел так, будто плывет не в жалкой хлипкой лодчонке, а в шикарной дорогостоящей яхте. Однако не долго ему оставалось наслаждаться жизнью. Пустая тишина, холодный воздух и унылая атмосфера начали постепенно убаюкивать бдительность, и я слишком поздно заметил, что лодка, вдруг обретя разум, поплыла быстрей и решительней. Вероятно, она направлялась к самому центру страшного озера.
Неожиданно лодку тряхнуло, и она, неистово зашатавшись на воде, угрожающе накренилась на бок. Вцепившись пальцами в борта плавучего средства, девушка таким взглядом посмотрела на меня, что я невольно втянул голову в плечи, с трудом сдерживаясь, чтобы не зажмуриться или не отвернуться. Пугал этот взгляд. Причём сильнее того монстра-паука или падающего авиалайнера. И того, что мы определённо вляпались в очередную историю. Во всяком случае, потому, что цель страхов оставалась кристально ясна. А в этом взгляде сквозила неопределённость и… угроза. К тому же, неизвестно, когда эта угроза будет воплощена в жизнь.
Калачик, до того спокойно сидевший на своем месте, вдруг повёл новом, забеспокоился, затем заметался, раскачивая треклятую посудину всё сильнее.
Это нисколько не упрощало дело, и поэтому пришлось зло шикнуть на пса, давая ему знак утихомириться. Мне и самому не нравилась создавшаяся между нами атмосфера, а толчок в лодке только подстёгивал опасения.
И тут появились они.
Не знаю, сколько именно их вынырнуло. Возможно два, три или десять. Ничего хорошего не стоило и ждать.
Испуганный, тонкий, до ужаса сильный крик Инеи — первое, что я услышал перед тем, как тишину поглотили десятки разномастных звуков, совершенно не схожих друг с другом. За одну секунду тишина разлетелась вдребезги, как зеркало, сброшенное с крыши высотного дома. И осколки безвозвратно обратились в пыль, развеянную по ветру.
Калачик, до того спокойный, вдруг зашёлся хриплым басовитым лаем, одновременно смотря на меня во все глаза и пятясь в направлении своей няньки. Сквозь суматоху, визг, гам и странные, учащающиеся шлепки по воде, оставался слышен тихий скрежет — кто-то невидимый, находящийся совсем рядом, скрипел огромным, кухонным ножом по борту лодки. Резко развернувшись, буквально остолбенел от того, что увидел. Не успел засечь его полностью, однако руку — разбухшую, сморщенную, руку, усеянную трупными пятнами, узрел во всей красе. Спустя мгновение она торопливо скрылась под водой.
Схватив весло, подскочил в лодке. Посудина опасно зашаталась. До меня вновь донёсся визг девушки. Резко развернувшись, со всей силы приложил веслом странное существо, на секунду робко и нерешительно вылезшее из воды. Зеленоватая, рыхлая харя, вся в язвах и волдырях, подобно старой, многократно использованной губке, щерясь остовами гнилых зубов, словила удар и отлетела в сторону, запрокинув голову. Сквозь плеск, крики, лай, ясно услышал хруст хрупких, ломающихся костей.
Тем временем лодка уверенно, самостоятельно продолжала двигаться вперёд. Мельком взглянув за борт, сразу понял, что именно двигало треклятое каноэ.
Спустя мгновение передышки, десятки рук не скрываясь, возникли из воды, схватившись за борт. Лодка просев, стала идти ко дну. Я остервенело, без разбору принялся дубасить веслом по тварям, которые в открытую лезли в лодку, с целью потопить оную. Однако старания оказались бесполезны. Мы были одни против десятков, сотен, а может быть и тысяч этих существ. Теперь я понял, чего — или точнее кого — боялась Инея.
Эти нелюди, смердящие твари в оборванных лоскутах, с рыбьими глазами неумолимо прибывали и постепенно всей толпой взгромоздились на лодку, утаскивая ко дну. Мы стали сардинами, плотно запечатанными в железной банке.
— Это не те страхи, — покачав головой, внимательно вгляделся вдаль, пытаясь отыскать полосу берега. Но, увы, она уже пропала из виду, и теперь вокруг нас простиралось лишь идеальное иссиня-чёрное пространство, граничащее с серым вечерним небом на полосе горизонта.
— Дети?
Кивнул, слабо улыбнувшись. В ответ она одарила меня мрачным взглядом и отвернулась. Тоже, по всей видимости, искала взглядом берег. Калачик развалился между нами с таким видом, как если бы для него путешествие по этим ужасающим тёмным местам являлось расслабляющей увеселительной прогулкой. Иным словом, этот странный пёс выглядел так, будто плывет не в жалкой хлипкой лодчонке, а в шикарной дорогостоящей яхте. Однако не долго ему оставалось наслаждаться жизнью. Пустая тишина, холодный воздух и унылая атмосфера начали постепенно убаюкивать бдительность, и я слишком поздно заметил, что лодка, вдруг обретя разум, поплыла быстрей и решительней. Вероятно, она направлялась к самому центру страшного озера.
Неожиданно лодку тряхнуло, и она, неистово зашатавшись на воде, угрожающе накренилась на бок. Вцепившись пальцами в борта плавучего средства, девушка таким взглядом посмотрела на меня, что я невольно втянул голову в плечи, с трудом сдерживаясь, чтобы не зажмуриться или не отвернуться. Пугал этот взгляд. Причём сильнее того монстра-паука или падающего авиалайнера. И того, что мы определённо вляпались в очередную историю. Во всяком случае, потому, что цель страхов оставалась кристально ясна. А в этом взгляде сквозила неопределённость и… угроза. К тому же, неизвестно, когда эта угроза будет воплощена в жизнь.
Калачик, до того спокойно сидевший на своем месте, вдруг повёл новом, забеспокоился, затем заметался, раскачивая треклятую посудину всё сильнее.
Это нисколько не упрощало дело, и поэтому пришлось зло шикнуть на пса, давая ему знак утихомириться. Мне и самому не нравилась создавшаяся между нами атмосфера, а толчок в лодке только подстёгивал опасения.
И тут появились они.
Не знаю, сколько именно их вынырнуло. Возможно два, три или десять. Ничего хорошего не стоило и ждать.
Испуганный, тонкий, до ужаса сильный крик Инеи — первое, что я услышал перед тем, как тишину поглотили десятки разномастных звуков, совершенно не схожих друг с другом. За одну секунду тишина разлетелась вдребезги, как зеркало, сброшенное с крыши высотного дома. И осколки безвозвратно обратились в пыль, развеянную по ветру.
Калачик, до того спокойный, вдруг зашёлся хриплым басовитым лаем, одновременно смотря на меня во все глаза и пятясь в направлении своей няньки. Сквозь суматоху, визг, гам и странные, учащающиеся шлепки по воде, оставался слышен тихий скрежет — кто-то невидимый, находящийся совсем рядом, скрипел огромным, кухонным ножом по борту лодки. Резко развернувшись, буквально остолбенел от того, что увидел. Не успел засечь его полностью, однако руку — разбухшую, сморщенную, руку, усеянную трупными пятнами, узрел во всей красе. Спустя мгновение она торопливо скрылась под водой.
Схватив весло, подскочил в лодке. Посудина опасно зашаталась. До меня вновь донёсся визг девушки. Резко развернувшись, со всей силы приложил веслом странное существо, на секунду робко и нерешительно вылезшее из воды. Зеленоватая, рыхлая харя, вся в язвах и волдырях, подобно старой, многократно использованной губке, щерясь остовами гнилых зубов, словила удар и отлетела в сторону, запрокинув голову. Сквозь плеск, крики, лай, ясно услышал хруст хрупких, ломающихся костей.
Тем временем лодка уверенно, самостоятельно продолжала двигаться вперёд. Мельком взглянув за борт, сразу понял, что именно двигало треклятое каноэ.
Спустя мгновение передышки, десятки рук не скрываясь, возникли из воды, схватившись за борт. Лодка просев, стала идти ко дну. Я остервенело, без разбору принялся дубасить веслом по тварям, которые в открытую лезли в лодку, с целью потопить оную. Однако старания оказались бесполезны. Мы были одни против десятков, сотен, а может быть и тысяч этих существ. Теперь я понял, чего — или точнее кого — боялась Инея.
Эти нелюди, смердящие твари в оборванных лоскутах, с рыбьими глазами неумолимо прибывали и постепенно всей толпой взгромоздились на лодку, утаскивая ко дну. Мы стали сардинами, плотно запечатанными в железной банке.
Страница 24 из 36
