Зеркало отражало ужасную, неприглядную правду. Хоть в профиль, хоть в анфас, хоть обтяни майкой до сорванного дыхания… Нет, а если прижать? Нет, тогда больно.
Добавить в моё избранное
127 мин, 27 сек 8592
Деньги в семейном бюджете точно будут не лишние.
Мышка толком пришла в себя только на следующее утро — до того, еле просыпаясь, только ходила в туалет и пила бульон, которым ее поили мама и Львушка, а потом снова засыпала. Папа под вечер снова вернулся в часть, объяснив, что увольнительная, увы, штука приятная, но не бесконечная.
— Мне снился такой странный сон, — зашептала сестра, оставшись наедине со Львушкой, — как будто Командор — огромный жук-мертвоед и жрет нас. И что Оберег и Альтаир оба проросли этими жуками, фу, такая мерзость… И что Лидку сожрали, помнишь, которая в реке стирает вечно?
Львушка бомжиху отлично помнила… но в последние дни и вправду не видела. Впрочем, когда бы? Она и в тот район-то ходила всего раза три после изгнания.
— Это просто бред был, Мыша, ты отравилась. Правда, я сама с тобой в больнице сидела… Помнишь, тебя Оберег привел?
Львушка говорила, а сама почему-то вспоминала разговор с Джилли. Жук-мертвоед. Какой жуткий образ! Неудивительно — сестра до истерики боялась насекомых.
Мышка, сидя в постели, кивнула, мол, помню, и продолжала:
— Мне вроде как продолжение снилось. Оберег наши спины прикрыл, а я вывела Диня и Призрака. И там было чудовище, сотканное из детской кожи, — она всем телом содрогнулась. — И еще тварь, которая как бы проросла сквозь Сапсана. Ой, я ж не говорила. В последний раз, когда я принимала сигнал, я спросила Звездного Оператора, кто он. Говорит, Сапсан. Странно, да? Это в реальности было! Еще до того, как я выпила лекарство!
Львушка тяжело сглотнула.
— Так. Слушай, Мышка, у меня к тебе просьба будет. Я возьму маячок у Джилли… ну, у Жижи. И я тебя очень очень буду просить его при себе держать и из кармана не выкладывать, ладно? Вообще никогда, пока ты не дома. Я тоже буду носить такой, ты не думай, просто мне чего-то эта вся история не просто не нравится, а вообще совсем какая-то гадость редкая. Если Сапсан и прочие где-то живые сидят, то там у них родные с ума сходят. А если они все-таки умерли, я так-то покойников опасаюсь. Особенно таких, которые с живыми общаются.
Мышка кивнула после выразительной паузы. Согласна. Львушка видела по ее лицу ту же самую мысль, что подумала сама: следилку, о которой знаешь, можно обмануть, а вот если откажешься, могут и тайком вшить в подкладку жучок. Нехорошо так делать, но не когда пропадают товарищи, а в реке плещется неизвестно какая гадость. Когда вокруг опасность, Мышке даже сложно будет спорить с тем, что это нужно. Хорошо, что она не стала упираться.
— Можно мне два маячка? — шепотом спросила Мышка. — И покажи, как с ними обращаться. Сейчас день?
Львушка кивнула.
— Давай послушаем сигналы. Я никак не могу забыть этот сон, там было… — Мышка сделала неловкий жест, едва не завалившись на спину. — Не хочу говорить, просто давай послушаем сигналы.
— Давай попробуем.
Со всей этой больницей и откровениями Джильки впридачу Львушка совершенно забыла про выигранный «Грюндиг» и сейчас, доставая его, даже немного растерялась. Нет, серьезно, если сигналы отбивает откуда-нибудь Сапсан, следует ли о них говорить Генриетте… как ее там? Или лучше промолчать?
Наверное, следовало хоть немного разобраться. Если капитанша узнает, она ж отряд с лица земли сотрет, а поможет ли это Сапсану — неизвестно. Если он хотя бы жив…
Мышка принялась искать звук на редких частотах. Приемник послушно гудел, принимая пустой эфир.
Тихо. Никто не отбивает сигнал.
— Давай я принесу водички, нормальной, из бутылки, — предложила Львушка.
Мышка кивнула, продолжая искать сигнал, и Львушка вышла. Вернувшись с полной кружкой, она обнаружила сестру, что-то судорожно записывающую на краю газеты. Вместо свиста и треска радиоприемник выдавал знакомый бодрый стук морзянки.
— Только что началось, — Мышка подняла отсутствующий взгляд. — Не могу пока ответить, у меня только прием, без передачи. Да и как я насвистывать буду?
— А у него точно есть прием?
— Да, я в штабе спросила, кто это, и он ответил, что Сапсан, сам лично ответил. И это было до хлороформа!
— Я поняла. Тут должно быть, — Львушка закопалась в инструкцию и через пять минут была вынуждена признать: современные радиостанции для морзянки не приспособлены. — Значит, сейчас что-нибудь изобразим. Не может так быть, что из-за такой фигни мы все провалим. В конце концов, стучи по микрофону!
Мышка кивнула, принимаясь передавать стуком — довольно медленно, но все же. Львушка разобрала первые символы: сокращение «я передаю, молчите», а потом уже не успевала — Мышка теперь набивала бодро и уверенно.
Эфир затих. Несколько минут было слышно только ее щелканье по пластику.
— Вот, я сказала, что теперь его очередь.
Недолгая тишина — и снова стук.
— Передает, что слышит меня и что продолжает передачу, внимание на…
Мышка толком пришла в себя только на следующее утро — до того, еле просыпаясь, только ходила в туалет и пила бульон, которым ее поили мама и Львушка, а потом снова засыпала. Папа под вечер снова вернулся в часть, объяснив, что увольнительная, увы, штука приятная, но не бесконечная.
— Мне снился такой странный сон, — зашептала сестра, оставшись наедине со Львушкой, — как будто Командор — огромный жук-мертвоед и жрет нас. И что Оберег и Альтаир оба проросли этими жуками, фу, такая мерзость… И что Лидку сожрали, помнишь, которая в реке стирает вечно?
Львушка бомжиху отлично помнила… но в последние дни и вправду не видела. Впрочем, когда бы? Она и в тот район-то ходила всего раза три после изгнания.
— Это просто бред был, Мыша, ты отравилась. Правда, я сама с тобой в больнице сидела… Помнишь, тебя Оберег привел?
Львушка говорила, а сама почему-то вспоминала разговор с Джилли. Жук-мертвоед. Какой жуткий образ! Неудивительно — сестра до истерики боялась насекомых.
Мышка, сидя в постели, кивнула, мол, помню, и продолжала:
— Мне вроде как продолжение снилось. Оберег наши спины прикрыл, а я вывела Диня и Призрака. И там было чудовище, сотканное из детской кожи, — она всем телом содрогнулась. — И еще тварь, которая как бы проросла сквозь Сапсана. Ой, я ж не говорила. В последний раз, когда я принимала сигнал, я спросила Звездного Оператора, кто он. Говорит, Сапсан. Странно, да? Это в реальности было! Еще до того, как я выпила лекарство!
Львушка тяжело сглотнула.
— Так. Слушай, Мышка, у меня к тебе просьба будет. Я возьму маячок у Джилли… ну, у Жижи. И я тебя очень очень буду просить его при себе держать и из кармана не выкладывать, ладно? Вообще никогда, пока ты не дома. Я тоже буду носить такой, ты не думай, просто мне чего-то эта вся история не просто не нравится, а вообще совсем какая-то гадость редкая. Если Сапсан и прочие где-то живые сидят, то там у них родные с ума сходят. А если они все-таки умерли, я так-то покойников опасаюсь. Особенно таких, которые с живыми общаются.
Мышка кивнула после выразительной паузы. Согласна. Львушка видела по ее лицу ту же самую мысль, что подумала сама: следилку, о которой знаешь, можно обмануть, а вот если откажешься, могут и тайком вшить в подкладку жучок. Нехорошо так делать, но не когда пропадают товарищи, а в реке плещется неизвестно какая гадость. Когда вокруг опасность, Мышке даже сложно будет спорить с тем, что это нужно. Хорошо, что она не стала упираться.
— Можно мне два маячка? — шепотом спросила Мышка. — И покажи, как с ними обращаться. Сейчас день?
Львушка кивнула.
— Давай послушаем сигналы. Я никак не могу забыть этот сон, там было… — Мышка сделала неловкий жест, едва не завалившись на спину. — Не хочу говорить, просто давай послушаем сигналы.
— Давай попробуем.
Со всей этой больницей и откровениями Джильки впридачу Львушка совершенно забыла про выигранный «Грюндиг» и сейчас, доставая его, даже немного растерялась. Нет, серьезно, если сигналы отбивает откуда-нибудь Сапсан, следует ли о них говорить Генриетте… как ее там? Или лучше промолчать?
Наверное, следовало хоть немного разобраться. Если капитанша узнает, она ж отряд с лица земли сотрет, а поможет ли это Сапсану — неизвестно. Если он хотя бы жив…
Мышка принялась искать звук на редких частотах. Приемник послушно гудел, принимая пустой эфир.
Тихо. Никто не отбивает сигнал.
— Давай я принесу водички, нормальной, из бутылки, — предложила Львушка.
Мышка кивнула, продолжая искать сигнал, и Львушка вышла. Вернувшись с полной кружкой, она обнаружила сестру, что-то судорожно записывающую на краю газеты. Вместо свиста и треска радиоприемник выдавал знакомый бодрый стук морзянки.
— Только что началось, — Мышка подняла отсутствующий взгляд. — Не могу пока ответить, у меня только прием, без передачи. Да и как я насвистывать буду?
— А у него точно есть прием?
— Да, я в штабе спросила, кто это, и он ответил, что Сапсан, сам лично ответил. И это было до хлороформа!
— Я поняла. Тут должно быть, — Львушка закопалась в инструкцию и через пять минут была вынуждена признать: современные радиостанции для морзянки не приспособлены. — Значит, сейчас что-нибудь изобразим. Не может так быть, что из-за такой фигни мы все провалим. В конце концов, стучи по микрофону!
Мышка кивнула, принимаясь передавать стуком — довольно медленно, но все же. Львушка разобрала первые символы: сокращение «я передаю, молчите», а потом уже не успевала — Мышка теперь набивала бодро и уверенно.
Эфир затих. Несколько минут было слышно только ее щелканье по пластику.
— Вот, я сказала, что теперь его очередь.
Недолгая тишина — и снова стук.
— Передает, что слышит меня и что продолжает передачу, внимание на…
Страница 22 из 36
