Гоша

Но пока — ее никак не убить. Прибьешь — и снова возрождается. Уже пробовали. Даже за какой-то ляп на костре сжигали… Ее теперь даже Господин Инквизитор боится. Представляешь? Именно поэтому она сейчас хозяйка того борделя и своих девочек держит в стальных рукавицах. Говорят, раньше она птицефермой заведовала. А теперь — борделем. Говорит, ей все равно. Что там, что тут — курицы в подчинении.

— И?

— А теперь представь разъяренную женщину… Ну, почти женщину, которую боится даже сам Инквизитор. И которая взбешена, что два жуликоватых сантехника поставили ей лично какую-то туфту вместо дорогой и понтовой душевой кабины… Ты еще можешь куда-нибудь в лес сбежать, а меня этот каток переедет и не поморщится…

На утро у ворот высокого дома суетился Гоша, помогая загнать на широкий двор телегу. Мамо стояла на крыльце и с подозрением наблюдала за непонятной активностью.

Подскочив к ней гоблин затараторил:

— Мой косяк, признаю! Сейчас же все заберем и вывезем! Да! А завтра привезу образцы, сможете отобрать самое лучшее! Бесплатно заменим и год гарантии!

— Год? Чего это год? — недовольно фыркнула хозяйка борделя, но Гоша лишь продолжал суетиться:

— Так через год новинку какую можем поставить, на нее другая гарантия! А это — прямо сейчас, да…

— Во-во. На мусорку. И чтобы…

Гоблин хрюкнул:

— Какая мусорка! Вы что!… Подгорный престол за эту кабину золотом целый сундук отвалил! А я накладные перепутал… Так что — вам из новой коллекции…

— Че-го? За это?… — Огромная ручища ухватила зеленого крохотулю и подняла в воздух: — Гномы за это еще и платили?

— Так ведь винтаж! Даже у нас такого нет! Тройное резервирование! Четыре напорных соска с распылителями! Душ Шарко и массаж! Все регулируется и не гниет! Бронза высшей пробы!

Вернув гоблина на место, Мамо засомневалась:

— А чего баронесса тогда…

— Со всем уважением, но ваша баронесса в мужиках даже не разбирается, все никак мужа подобрать не может. А ее бадьи на складе валяются уже какой год, крысы даже не жрут. Вот и сует, куда попало… Так я забираю кабинку, а завтра…

— Хрен тебе, а не кабинка. Раз поставил, значит — мое.

И хозяйка борделя продемонстрировала огромный кулак.

— С меня же неустойку сдерут!… — пискнул Гоша. Но его уже не слушали, развернули и легким пинком отправили в полет на телегу.

— Зато бумажки путать не будешь.

Гоблин высунулся из-за бортика и заверещал:

— А гарантии на нее нет! Мы еще не оформили!

Хмыкнув, Мамо отмахнулась:

— Семеныч скидку даст. Договорюсь…

Еще через час Гоша вместе с боссом допили откупоренный бочонок и облегченно перевели дух.

— Но гномам что-то надо все же впарить. А то слухи пойдут, поймет, что мы ее за нос водим, — отирая пот прогудел Семеныч.

— У нас водолазный костюм лежит. Большой такой. Можно как переносную парилку продать.

— Это как? Это же для водолазов!

— И что? Трубки есть? Значит внутрь пар подать можно. Я думаю, гномы за него бороды друг другу пообрывают. Главное — не забыть слова правильные. Винтаж и скидка на гарантию…

15. Семантика

Из всех развлечений Крепости гоблин больше всего ненавидел игру в золотарики. Ненавидел и столь же страстно желал в нее выиграть. Потому что в нее играли полновесными золотыми монетами, ставки доходили иногда до нескольких сотен и требовалось всего лишь иметь верный глаз и твердую руку. К сожалению, Гошу периодически подводило то одно, то другое. Поэтому куш сорвать так и не получалось. А учитывая, что в золотарики рубились все обыватели, гвардейцы, патрульные и мотавшиеся по дальним станам купцы, конкуренция маленькому зеленому проходимцу была нешуточная. Орки и гномы участвовали намного реже. У первых золота было маловато для того, чтобы так азартно тратить. Вторые считали, что так бездарно растрачивать с трудом заработанное — удел глупых людей. Поэтому не-люди обычно звонкую монету спускали в кабаке или борделях. Там хотя бы результат получить можно сразу. А тут — кидай и надейся, повезет или нет.

Правила были предельно простыми. На краю поля ставили вертикально щит с небольшой дыркой, обведенной ярко-желтой краской. После чего с пяти шагов первый игрок кидал золотую монету, стремясь попасть в отверстие. Попал — проходишь дальше. После того, как все играющие отметились меткими бросками, линия 'стрельбы' сдвигалась на шаг-два дальше. И так, пока не останутся самые удачливые. В случае промаха можно было повторить попытку до десяти раз, каждый раз расходуя очередную монету. Если кто-то продержался и остался один — он сгребал приз. Если из последних счастливчиков промахнулись все — то все возвращались в начальную точку и по очереди пробовали удачу — до первого удачного броска. Казалось бы, что может быть проще.