Гоша

Но после трех массовых драк стенка на стенку Господин Инквизитор даже издал приказ, чтобы подобного рода развлечения проходили под присмотром стражников. А если кто вздумает жульничать или кулаки в ход пускать — то мигом алебардой по загривку. Ордунг, однако.

Король пытался тоже поучаствовать в свое время, но никто в здравом уме не пытался у него выиграть, поэтому многочисленные чиновники просто стали каждую неделю передавать вместо себя кошельки с проигрышем и венценосный турнир заглох сам собой.

К удивлению Гоши, Семеныч не участвовал в этом всеобщем физкультурном безумии. Гоблин несколько раз пытался узнать, почему начальство с пренебрежением относится к такой быстрой возможности озолотиться, но сантехник лишь отшучивался.

Но однажды под вечер большой ярмарки в перестроенный склад заглянул гвардейский десятник. Передав крохотную записку бравый вояка отсалютовал и ушел, гремя сапогами. А Семеныч посмотрел на бумажку и мрачно поинтересовался у Гоши:

— Ты все спрашивал, почему я в золотарики не играю. А потому что Его Святейшество мне запретил.

— Запретил?

— Ага. Говорит, неспортивное поведение. Я в золотарики почти всегда выигрываю.

— …?! — гоблин пытался найти хотя бы следы улыбки на лице начальства. — Но как?!

— Пошли, покажу…

Уже подходя к рыночной площади Семеныч тихо сказал:

— Иногда приезжают к нам очень наглые купцы. Берегов не знают. Шумят лишнего, золотом хвастают, в сторону короля беспардонно пальцами тычут. А если играют — так с куражом, да насмешками. И что обидно, руку набили в своих поездках по дальним странам, почти всегда куш срывают. Вот тогда Господин Инквизитор и снимает запрет. И просит объяснить идиотам, что не все так просто, как им кажется.

На утоптанной площади уже шумела толпа. Похоже, любимое развлечение привлекло не только заезжих купцов, но и местных профессионалов. Ставки росли, брякали золотые, отскакивая от иссеченных досок, на сдвинутых столах и крышах лавок сидели и орали зрители.

Посмотрев на груду монет, валявшихся рядом с мишенью, Семеныч оценил расстояние и проревел во всю глотку:

— Эй, гости дорогие, а меня не возьмете в игру? По двадцатке за каждый пропущенный шаг выкладываю!

Быстро посоветовавшись, купцы согласились. Для таких любителей попробовать сорвать банк существовало даже специальное имя: 'Богатый дядюшка'. Обычно все выложенные деньги так и доставались более благоразумным и уверенным в себе игрокам. Хочет человек рискнуть — да без проблем. Сообщество не возражает. Особенно купеческое, которое и не таких идиотов видело.

Сантехник дождался своей очереди на бросок и с восьмого раза все же смог поразить дырку, проорав при этом довольно:

— Кто за мною, тот козел!

Стоявший следом дородный детина с красным от выпитого лицом аж подавился воздухом, зажав свою монету в кулаке.

— Что ты сказал?!

— Я говорю, тот козел! — довольно повторил Семеныч и полетел кубарем от удара.

— Мерзавец! Да я тебя!

Восторженные зрители начали кидать в разгорающуюся драку яблочные огрызки и куски ободранных крыш, а затем влились в побоище. Всеобщий погром лишь через час с огромным трудом смогли растащить вызванные городские стражники вместе с изрядно помятыми гвардейцами инквизиции. Получившие свою долю оплеух судьи признали, что раз за Семенычем никто не решился ловить удачу, то он получает весь банк. На этом игра закончилась.

Поздно вечером сантехник закончил проставляться обиженным местным горожанам, кто надеялся подзаработать на золотариках, выплатил положенную половину в казну и пересчитывал все еще немалую гору монет, изредка покряхтывая и прикладывая свинцовые примочки к распухшему носу. Сидевший рядом Гоша завистливо провожал взглядом каждую монетку, раздираемый одновременно любопытством:

— А при чем тут козел?

— Это нам от эльфов досталось.

— Как так?

— Ну, был у них сто лет тому назад неурожай в виноградниках. Поэтому вино стали покупать у соседей. Скидывались толпой, закупали огромный кувшин. Так какие-то умники повадились плевать туда, когда пробу снимали. Родственники брезговали после такого вино пить, а хитрецы этим пользовались. Ну и считалось, что пить такое другим — это удачу потерять.

— А козел?

— Так же подло могли поступать лишь сатиры. Они вечно в лесу окружающим гадят. Вот и стали эльфы плюющих родичей козлами называть. А от них и к нам пришло. Если где какую штуку первым хапнул, то объяви своим, а других закозли. И будет тебе счастье. Если не прибьют за это.

Гоша сообразил:

— Значит, ты на игре специально ждешь, как другие потратятся и потом козлишь!… Ловко… Понятно, почему Господин Инквизитор тебя к золотарикам не подпускает… А чего другие так не делают?

— Обычно забывают, что я люблю такой фокус выкидывать, — проворчал Семеныч, заканчивая подсчеты.