Иней

Страх, который небывалым ураганом бушевал в душе Коли, неожиданно исчез, и странно, — но Коля начал испытывать к этому водителю, чувство, какое может испытывать сильный человек, к человеку слабому, падшему. Всё вокруг теперь было точно таким же, каким было, когда Коля только очнулся здесь, в этой машине.

Этот небритый мужик, восседающий на водительском сидении, сейчас раздражал Колю. Раздражала его неряшливо торчащая из-за отворотов затёртой кожаной дублёнки, кофта с оленем. Раздражала такая же архаичная, ондатровая шапка с проплешинами. Раздражала потёртость на потолке. Раздражала и эта недельная щетина — ведь мог бы побриться, — сам Николай брился каждое утро, несмотря ни на что: — ни болезнь, ни похмелье, не могли бы поставить ему в этом деле преграду. Он снова посмотрел на часы — минутная стрелка не сдвинулась с места. «03:30». Всё раздражало в этом человеке, в этой машине, даже эти дурацкие часы, которые тикают, но не ходят. Лишь два чёрных угля, глубоко спрятавшихся в рачьих глазах, иногда опасно поблёскивали бритвенным блеском, при свете лампы.

Мужик хитро глянул на Колю, вроде бы даже подмигнул ему, дёрнул ручку двери, и неуклюже вылез из машины. Пространство, вокруг «Волги», подсвечивалось фарами. Передние фары были достаточно мощными, и освещали заснеженную дорогу, на несколько десятков метров вперёд. В их свете, падающие снежинки, были похожи на светящиеся в ночном небе звёзды, падающие каскадом. Пространство за автомобилем, освещалось тусклым красным светом габаритных огней. Облака подсвеченного, красного дыма, вырывающиеся из трубы глушителя, медленно поднимались вверх. Коля смотрел на этот подсвеченный габаритами красный дым, развернувшись вполоборота, сквозь обледеневшее по краям стекло. Дым поднимался вверх, но затем, как бы тяжелея, поднимался всё медленнее, пока наконец, не зависал в нескольких метрах от земли, и медленно, неохотно, опускался вниз. Туман, образовавшийся за машиной, плотной красной шторой занавешивал дорогу. Вдруг из тумана резко появилась голова. Это был волк. Его появление, было неожиданным для задумавшегося Коли, и он вздрогнул, увидев красную морду. Глаза волка блестели красными яркими светлячками, он несколько секунд смотрел на Колю, затем как бы в чём-то убедившись, деловито побежал вперёд. Коля проследил за волком. Повернувшись вслед за ним, он увидел стоящего перед «Волгой» мужика, которого окружила стая. Волков было много и, наверное, сейчас здесь собралась вся стая, кроме вожака. Волки обступили человека в дублёнке, окружив его полукольцом. Человек улыбался, и смотрел на Колю, дружески трепля своей большой рукой ближайшего волка по холке. Незнакомец громко рассмеялся, — его смех был хорошо слышен и здесь, в машине.

Николай вжался в сидение, его сердце сильно забилось в груди, отчего ему сразу стало жарко. Мужик, постояв немного в окружении хищников, безмолвно посовещавшись с ними о чём-то, направился к грузовику, и его широкая спина, мелькнув освещаемая фарами, растворилась во тьме. Дрожащей рукой, Николай последовательно вдавливал предохранители дверных замков. Словно сторожевые псы, волки окружили машину. Послышался хлопок — это грохнула дверь в кабину грузовика. Прошло ещё какое-то время, и тут неожиданно затарахтел двигатель тягача. Двигатель завёлся удивительно бодро, как будто вообще заводили другой грузовик. Поработав минут десять, дизель смолк, и Коля, напряжённо вглядывался в темноту, стирая ладонью с бокового стекла налипший иней. Дверь кабины тягача грохнула снова, и снова перед фарами «Волги» замелькала человеческая фигура. Мужик не спеша вернулся к своей машине, дёрнул дверь, которая открылась сразу, несмотря на то, что Коля заблокировал их все. Он сел на своё место, не закрывая двери. Сквозь проём, в машину проник холод и снег, задуваемый в тёплый салон ветром. Незнакомец чему-то усмехнулся, захлопнул дверь и проговорил:

— Ты хочешь меня спросить, зачем всё это? Я отвечу. Говорят, что после смерти, человек попадает или в рай, или в ад. И что душа, больше не может быть на земле. Но бывает такое, что некоторые души, тянут за собой тех, кто был рядом. Они как бы связаны между собой, и получается, что душа одного, не может покинуть землю, из-за земной привязанности к другому человеку. Вот здесь то, и появляюсь я! Я помогаю оставшемуся на земле человеку, отправиться в вечный путь, и не задерживать другие души! Я делаю то же, что делал перед собственной смертью — собираю души! Только раньше чтобы высвободить душу мне приходилось убивать человека — теперь же, я не могу этого делать. Зато, это может сделать сам человек, нужно ему в этом только немного помочь! Ну а если что-то не выйдет — то душе, покинуть тело, помогут мои друзья, которые помогали мне и раньше — это мои волки! Получается, что и волки сыты, и души отправлены туда, откуда для них нет возврата! Мои волки — любят вас, людишек, есть! Любят волки, вытаскивать из сплющенных кабин вас, полумёртвых водителей, — любят с вами поиграть!