Мания убийства

В голове его, как он и сам уже успел убедиться, процветала какая-то невообразимая кутерьма, в следствии которой, ему начинало казаться, что он переселяется в какой-то другой мир… где самый сумасшедший кошмар всех кошмаров ещё только начинает проявлять свою гнетущую силу. А он, между прочим, был действительно прав.

Откуда-то взялась духота и, помимо всего прочего, как-то внезапно вспыхнула огромная гряда свечей, усеявшая почти все стены, что окружали беспомощного Питера. А он сам так и лежал на каменном полу, не в состоянии пошевелить ни единой частью тела (точно душа его из-за своей неопытности никак не могла выбраться из трупа… (но это даже хорошо, ведь у неё есть прекрасный повод для развития — подрасти в кое-каких свойствах и, не только научиться управлять собой, но и… бренными останками своего бывшего владельца… (но, наверно, не у всех это получается… без особого-то желания))), словно маньяк этот оказался обыкновенным вампиром, высосавшим из своей очередной жертвы чуть ли не всю энергию, и уже приготовившимся сосать и его жизнь… Сам же Питер (не чья-то посторонняя частица души) чувствовал кое-что другое. Чувствовал всем своим телом, как каменный пол в результате адской духоты постепенно нагревается.

Он ещё раз попытался встать. Но, естественно, ничего не вышло. А пол нагревался ещё сильнее, да так, что ещё кое-какие мгновения и он уже начнёт грозить превратиться в свежую лаву, или во что-нибудь ещё погорячее.

Кругом распространялась гробовая тишина, если не обращать внимание на звук, изредка издаваемый сгораемыми свечами, и… ещё на кое-что… постороннее (тоже неопределённые звуки).

Сначала ему показалось, как кто-то шагает… Он в общем-то и не сомневался, кто это, потому как одна нога ступала значительно мягче своей напарницы, что издавала глухой стук, будто вместо неё кто-то намеренно постукивал деревянным молотком, стараясь произвести какое-то впечатление. Только Питеру эти замысловатые шаги почему-то показались несколько зловещими.

И вот из-за угла вышла та самая женщина, и с необычайным трудом, переваливаясь с ноги на изуродованную от долгой ходьбы костяшку, не спеша (но стремительно, судя по выражению её лица) двигалась прямо на изведённого отчаянием Питера. А он ещё и успел обратить внимание на её взгляд… Насколько он себя помнит, то ещё ни разу не видел во взгляде женщины столько убийственной ненависти. Такое, наверно, даже в самом передовом фильме ужасов не отважились бы показать.

— Ну и духота, — выдохнула она, подойдя к своему «спасителю» немного поближе. Взгляд её в это мгновение моментально изменился… то есть, сделался ещё страшнее.

— Ну и как же вы мне прикажете сейчас с вами поступать? — поинтересовалась она с какой-то жуткой снисходительностью, — сразу прикончить, или на потом оставить?

— Лучше сразу, — выдавил Питер в ответ, — чего зря мучиться?

— Зря мучиться, — повторила она, нервно хихикнув. — Полебезить немного решил?! Думает, что я вот так вот просто взяла, да и попалась на этот тупой крючок! А я, может, тебя даже и не собираюсь трогать. Сам подохнешь, если надо будет.

Пит всё так и не мог понять происходящее, он только чувствовал, как всё тело его постепенно немеет ещё более прежнего, словно его уже полностью парализовало. А зловещая дамочка молча стояла над ним, как надгробие над погребённым телом. Взгляд её опять изменился. Это был уже не взгляд какого-то разъярённого подонка — себе на уме, по которому без особых усилий можно было определить, что «подонок» этот кое-что затеял; оставалось только догадываться, что именно.

— Ну как, — внезапно полюбопытствовала она, — встать не хочешь?

— А дальше что? — спросил он как-то безразлично.

— Тебе хочется узнать, что будет дальше? — удивилась она с этакой дьявольской усмешкой. — Скоро ты это узнаешь.

— Я о другом спрашиваю, — пояснил он, — что ты дальше со мной намереваешься делать?

— Намереваюсь с тобой делать, — мечтательно повторила она, и ответила в том же духе:

— Для начала… я отрежу тебе… ногу! Ну, как у меня. И тогда мы сыграем с тобой в одну интересную игру… В прятки играл когда-нибудь?

— Что? — не понял он, к чему она, взглянув на неё как на идиотку.

— Чего ты уставился на меня так? — взвизгнула она. — Ты от меня спрятался, хорошо притом спрятался, а я тебя нашла, сейчас моя очередь. Только сделаем всё по честному, чтоб оба были без одной ноги… отрезанной, как у меня! — Судя по нервозному поведению, она явно недовольна была своей участью, но вот перед ней выход, и чувство собственного достоинства не позволяет ей приостановиться хоть на секунду, да хорошенько подумать.

Пит заметил, что правая рука находится у неё за спиной… Он уже догадывался, что она там прячет.

— Я надеюсь, ты не воспринял мои слова всерьёз, — проговорила она таким добродушным голосом, что Питеру стало ещё страшнее.