Студия правды

Поверь мне, я искал, бродил по жутким коридорам огромного полусгнившего дома, где стены давят на тебя, а дверей нет вообще, бывает, что из анфилады чудовищных казематов ты попадаешь в коридор, где горит свет, а по обеим сторонам — уютные комнаты, огромный ряд душевых, стены которых выложены старой синей плиткой, чуть дальше — большая ванна с горячей водой, в нее так хочется залезть, чтобы согреться, но я не мог себе этого позволить, вдруг вернется хозяин.

— Какой хозяин?

— Всего этого… Не знаю, какой. Я всегда понимал, что времени, чтобы отыскать выход, у меня в обрез, поэтому пытался найти хотя бы щелочку, хоть окошко, чтобы выпрыгнуть и убежать.

— А клетка на голове? Что ты с ней делал?

— Снимал. Это было так же просто, как избавиться от кандалов.

Дон нервно передернул плечами: ему было трудно представить, каково это — проснуться голой женщиной с клеткой на голове и кандалами на руках. Трудно… но Мэту он сочувствовал.

— Знаешь, — продолжал рассказ Мэт, — мне поначалу это казалось забавным, даже слегка эротично, но, уж поверь, когда тебе такая пакость снится много ночей подряд, да еще и сон заканчивается одинаково: хозяин дома ловит меня… Подходит сзади, бьет чем-то тяжелым по голове, и я просыпаюсь с кляпом во рту, плотно примотанным к кровати скотчем, причем голышом… И как тебе все это, а?

— Это… его рук дело?

— Видли? Возможно, да, а, возможно, и нет, не могу точно сказать…

— Хей, Дон! Что ты делаешь здесь в столь поздний час и что это за плащ такой дурацкий на тебе? Я его раньше не видел, — сегодня Ларс Дрюер пришел в бар один, но лучше от этого никому не стало.

— Чего тебе? — недовольно буркнул Дон.

— Ну ты чё сразу заводишься? Я ж просто так спросил!

— Что это за тип? — Мэт нехорошо посмотрел на чересчур навязчивого персонажа, прервавшего их беседу.

— Не обращай внимания, — махнул рукой Дон. — Я его знаю, но, лучше просто забить.

— Так давай забьем?! Кулаками!

— Эй! Вы о чем там секретничаете? Ты все еще дуешься на меня? Так я же извиниться пришел…

— Шел бы в жопу, Ларс! — не выдержал Дон. — Оставь меня в покое, это лучшее, что ты можешь сделать.

— Правда, Ларс, отвали от него, — вмешался Барри. — У Дона сегодня плохой день…

— Барри, я бы тебя попросил!

— Этот тип совсем сбил меня с толку, — возмутился Мэт, бросив еще один недоброжелательный взгляд на Ларса Дрюера, а затем, помолчав, продолжал:

— Она мне и раньше снилась, но знаешь, кхм… не так реалистично, как в тюрьме. Я подумывал о том, чтобы обратится в мозгоправу, но знаешь… в таком месте, если ты к нему обратишься, сразу же заработаешь репутацию психа, там более с таким бэкграундом, как у меня.

— И ты все так оставил?! — изумился Дон.

— Конечно! Не будь у меня в голове этих гребаных предрассудков, кто знает… Может быть, у меня не было бы — Мэт постучал по голове пальцем, — вот этого! Так вот, Дон, слушай меня внимательно. Дальше случилось следующее. Как-то за обедом ко мне подсел один тип — совсем лысый, но с длинной густой бородой, и он был огромен. Я никогда раньше таких громил не видел, честное слово! Огромный, как скала! У меня при виде него за секунды вся жизнь перед глазами промелькнула, я успел подумать обо всем, что натворил… Так вот, он подсел ко мне, но, вместо того, чтобы размазать меня мордой об стол, как у нас в тюряге было принято с теми, кто слабее, он начал разговаривать со мной. И он сказал: «Эй, черномазый, (я уже приготовился к чему-то очень плохому, весь сжался в комок), это ты тут самый типа крутой маньяк-поджигатель?». А я ответил, что лишь отчасти. Ты понимаешь: такому типу врать — себе дороже выйдет. «Тогда слушай, что я тебе сейчас скажу. Есть одна маза, но только чтобы это осталось между нами. (я кивнул) Появился у нас тут один гадёныш, быкует и ненавидит парней вроде тебя, расист — вот он кто. Так вот, если ты действительно тот, за кого себя выдаешь, размажь его по полной программе, и будет тебе за это респект и уважуха: и от моих ребят, и от всех остальных, кто сейчас косо на тебя смотрит». И после обеда мы с этим громилой отправились в котельную. Я тебе не могу толком объяснить, что я тогда чувствовал, был какой-то подвох, я это четко понимал, но никак не мог понять, — где именно его искать. Это я уж гораздо позже узнал, что все это было подстроено, что полиция все эти гадости продумала заранее: еще до судебного заседания, до моего прибытия в тюрьму. Они решили, что с такими ублюдками, как я, нечего церемониться. Так вот… Бородач привел меня в котельную. Там был парень, привязанный к котлу, (если бы только знал, как там воняло горелым мясом), а его спина, ты только представь себе! Спина намертво приварилась к стенкам котла. Я реально охуел! И тут бородач поднимает крик. Охранники мигом спускаются, начинают меня колошматить дубинками, а этот мерзкий тип еще орет: «Это он!