Мать Павла, довольно бодрая для своих лет старушка, была непереносимо гостеприимна. Всегда уверенная в том, что все друзья сына приходят к ним домой голодными, она чуть ли не насильно сажала за стол и заталкивала в них горы еды. Нельзя пожаловаться, что пища была несъедобной, или плохо сготовленной, но не все могут есть через силу. Никита Зуммеров относился как раз к такому разряду.
Добавить в моё избранное
87 мин, 45 сек 7693
— Потрудитесь тогда перевести нужную сумму денег на наш счёт.
Никите наконец-то удалось вставить слово.
— У меня всё чудесно Вениамин! Даже больше… спасибо вам огромное, я немедленно переведу деньги, или хотите сам принесу их вам. Вы для меня очень много сделали! Спасибо! У меня лучшие сны в мире!
— Пожалуйста, Никита. Примерно такого эффекта мы и ожидали.
— Вы… что?
Зуммеров растерялся. В голове всё перемешалось.
— Да, Никита. Мы знали про сошедшего с ума Ключника, но не знали, как вытащить вас из сокровищницы. Мы предположили, что если вы утащите некоторые вещи, которые принадлежат Эскорту Анн, то они рано или поздно выйдут на вас и предложат нечто взамен. Я боялся одного, что вы продешевите, но… вы держались молодцом. Пожинайте плоды.
— А что же свело с ума моего Ключника?
— Не знаю Никита. Забудьте об этом, это не нашего ума дело.
— Хорошо Вениамин. Ловко вы всё провернули.
— Мы решаем проблемы. Нам показалось, что будет мало, если вы только избавитесь от кошмаров. Мы решили восстановить вам нервную систему. Кстати, это отборнейшие грёзы, не каждому так везёт как вам Никита. Рай на земле всё-таки. Наслаждайтесь.
— Э… спасибо… — Но в трубке пошли короткие гудки.
— Я НЕ ХОТЕЛ! Я ПРАВДА НЕ ХОТЕЛ!
С безумным криком, таким громким, что у Никиты свело горло, он вынырнул из очередного сладкого сновидения.
— Я не хотел! — Дыхание кончилось и он закашлял. Крепко зажмурившись и уткнувшись лицом в подушку, Зуммеров несколько минут глухо и исступлённо бормотал.
— Нетнетнетнетнет, этого не может быть.
За окном начинался день. Потихоньку светало. Никита рывком сел на кровати и диким взглядом обвёл комнату, словно выискивая кого-то.
— Где ты? — Прошептал он. — Господи, пусть я ошибся и всё мне показалось. Пожалуйста.
С минуту он сидел неподвижно, затаив дыхание, потом расхохотался.
— Мне показалось! — Радостно сказал он и хлопнув себя по коленям, встал. Тут же из-за кровати взметнулось в воздух нечто порхающее, красивое и цветастое. Это была бабочка внеземной красоты, отливающая всеми цветами радуги. На этой планете и даже в этой вселенной таких не существовало. Порхающее чудо было уроженкой иных измерений, а точнее снов, перенесённое в нашу реальность.
Глазами человека, приговорённого к мучительной смерти, Никита смотрел на насекомое. Мысли о счастливой жизни до конца дней, растаяли в туманной дымке. Лицо его побледнело и покрылось испариной.
— Я ведь правда не хотел. — Прохрипел он и встав с кровати, заходил по комнате, нервно кусая губы.
Если отберут сны, я погиб! Без них уже не жизнь! Но я правда не хотел! Я смогу объяснить!
Почувствовав себя на грани истерики, Никита прошёл на кухню, достал с холодильника бутылку водки и сделал с горла два больших глотка. Нервы немного успокоились. Привыкший к постоянному, прекрасному расположению духа, Зуммеров сейчас дикий страх и дискомфорт от беспокойства. Чудесные сны атрофировали его терпимость к негативным факторам, превратив некогда закаленного несчастьями мужчину, в неженку.
— Я не хотел, правда! — Чуть не плача, прокричал он пустой квартире. — Заберите эту тварь обратно!
Сон проходил на большой, сказочно красивой поляне. Через море цветов, Никита порхал над ней в ореоле цветастых бабочек. Небо над головой отливало бирюзой и всё было чудесно.
Как же меня угораздило? Не помню. В очередном прыжке, он схватил одну из бабочек пальцами и тут же в голове непроизвольно и очень некстати всплыл давно забытый, трудновыговариваемый стишок.
Моментальный переход с эйфории к безмерному ужасу, резонансом прошёлся по разуму Никиты. Он почувствовал, что седеет. Там, в грёзах. И сразу сон порвался в клочья, обнажая серую реальность.
Уж лучше бы никогда не видеть всей этой Божественной красы, чем дать прочувствовать, а потом отнять!
Никита плакал и проклинал себя за рассеянность.
Из-за какой-то бабочки! Потерять рай!
— Чтоб ты сдохла мерзкое насекомое! — Закричал Зуммеров и схватив подушку, запустил её в бабочку, сидящую на ковре. Переливчатая летунья, с гулким ПУМП, лопнула, оставив на ковре безобразную, разноцветную кляксу.
— О Боже… Боже… что я натворил! — Залепетал Никита в шоке от содеянного. — Теперь точно конец! Умрут тысячи людей, реальность покачнётся…
Тело его тряслось. Лицо походило на восковую маску.
— Неееет!
Закричал он и повалился на пол в рыданиях.
— Всё кончено! Всё кончено!
Внезапно он затих и замер. На тело навалилась сильная усталость и невообразимо захотелось спать.
— Я понял. — Сказал Никита и хихикнул. — Вы меня вгоняете в сон, могущественный Эскорт Анн. И там хотите со мной разобраться за свою несчастную бабочку, потому что в нашей реальности, вы не можете причинить мне вред.
Никите наконец-то удалось вставить слово.
— У меня всё чудесно Вениамин! Даже больше… спасибо вам огромное, я немедленно переведу деньги, или хотите сам принесу их вам. Вы для меня очень много сделали! Спасибо! У меня лучшие сны в мире!
— Пожалуйста, Никита. Примерно такого эффекта мы и ожидали.
— Вы… что?
Зуммеров растерялся. В голове всё перемешалось.
— Да, Никита. Мы знали про сошедшего с ума Ключника, но не знали, как вытащить вас из сокровищницы. Мы предположили, что если вы утащите некоторые вещи, которые принадлежат Эскорту Анн, то они рано или поздно выйдут на вас и предложат нечто взамен. Я боялся одного, что вы продешевите, но… вы держались молодцом. Пожинайте плоды.
— А что же свело с ума моего Ключника?
— Не знаю Никита. Забудьте об этом, это не нашего ума дело.
— Хорошо Вениамин. Ловко вы всё провернули.
— Мы решаем проблемы. Нам показалось, что будет мало, если вы только избавитесь от кошмаров. Мы решили восстановить вам нервную систему. Кстати, это отборнейшие грёзы, не каждому так везёт как вам Никита. Рай на земле всё-таки. Наслаждайтесь.
— Э… спасибо… — Но в трубке пошли короткие гудки.
— Я НЕ ХОТЕЛ! Я ПРАВДА НЕ ХОТЕЛ!
С безумным криком, таким громким, что у Никиты свело горло, он вынырнул из очередного сладкого сновидения.
— Я не хотел! — Дыхание кончилось и он закашлял. Крепко зажмурившись и уткнувшись лицом в подушку, Зуммеров несколько минут глухо и исступлённо бормотал.
— Нетнетнетнетнет, этого не может быть.
За окном начинался день. Потихоньку светало. Никита рывком сел на кровати и диким взглядом обвёл комнату, словно выискивая кого-то.
— Где ты? — Прошептал он. — Господи, пусть я ошибся и всё мне показалось. Пожалуйста.
С минуту он сидел неподвижно, затаив дыхание, потом расхохотался.
— Мне показалось! — Радостно сказал он и хлопнув себя по коленям, встал. Тут же из-за кровати взметнулось в воздух нечто порхающее, красивое и цветастое. Это была бабочка внеземной красоты, отливающая всеми цветами радуги. На этой планете и даже в этой вселенной таких не существовало. Порхающее чудо было уроженкой иных измерений, а точнее снов, перенесённое в нашу реальность.
Глазами человека, приговорённого к мучительной смерти, Никита смотрел на насекомое. Мысли о счастливой жизни до конца дней, растаяли в туманной дымке. Лицо его побледнело и покрылось испариной.
— Я ведь правда не хотел. — Прохрипел он и встав с кровати, заходил по комнате, нервно кусая губы.
Если отберут сны, я погиб! Без них уже не жизнь! Но я правда не хотел! Я смогу объяснить!
Почувствовав себя на грани истерики, Никита прошёл на кухню, достал с холодильника бутылку водки и сделал с горла два больших глотка. Нервы немного успокоились. Привыкший к постоянному, прекрасному расположению духа, Зуммеров сейчас дикий страх и дискомфорт от беспокойства. Чудесные сны атрофировали его терпимость к негативным факторам, превратив некогда закаленного несчастьями мужчину, в неженку.
— Я не хотел, правда! — Чуть не плача, прокричал он пустой квартире. — Заберите эту тварь обратно!
Сон проходил на большой, сказочно красивой поляне. Через море цветов, Никита порхал над ней в ореоле цветастых бабочек. Небо над головой отливало бирюзой и всё было чудесно.
Как же меня угораздило? Не помню. В очередном прыжке, он схватил одну из бабочек пальцами и тут же в голове непроизвольно и очень некстати всплыл давно забытый, трудновыговариваемый стишок.
Моментальный переход с эйфории к безмерному ужасу, резонансом прошёлся по разуму Никиты. Он почувствовал, что седеет. Там, в грёзах. И сразу сон порвался в клочья, обнажая серую реальность.
Уж лучше бы никогда не видеть всей этой Божественной красы, чем дать прочувствовать, а потом отнять!
Никита плакал и проклинал себя за рассеянность.
Из-за какой-то бабочки! Потерять рай!
— Чтоб ты сдохла мерзкое насекомое! — Закричал Зуммеров и схватив подушку, запустил её в бабочку, сидящую на ковре. Переливчатая летунья, с гулким ПУМП, лопнула, оставив на ковре безобразную, разноцветную кляксу.
— О Боже… Боже… что я натворил! — Залепетал Никита в шоке от содеянного. — Теперь точно конец! Умрут тысячи людей, реальность покачнётся…
Тело его тряслось. Лицо походило на восковую маску.
— Неееет!
Закричал он и повалился на пол в рыданиях.
— Всё кончено! Всё кончено!
Внезапно он затих и замер. На тело навалилась сильная усталость и невообразимо захотелось спать.
— Я понял. — Сказал Никита и хихикнул. — Вы меня вгоняете в сон, могущественный Эскорт Анн. И там хотите со мной разобраться за свою несчастную бабочку, потому что в нашей реальности, вы не можете причинить мне вред.
Страница 22 из 25
