Мать Павла, довольно бодрая для своих лет старушка, была непереносимо гостеприимна. Всегда уверенная в том, что все друзья сына приходят к ним домой голодными, она чуть ли не насильно сажала за стол и заталкивала в них горы еды. Нельзя пожаловаться, что пища была несъедобной, или плохо сготовленной, но не все могут есть через силу. Никита Зуммеров относился как раз к такому разряду.
Добавить в моё избранное
87 мин, 45 сек 7694
Не дамся!
Зуммеров вскочил на ноги, но те отказывались ему служить и он снова упал на пол. Тело онемело, в ушах появилась заложенность, веки отяжелели.
— Берите меня суки! Вы победили. — Пробормотал Никита и провалился в сон.
Раскидистый дуб тихо шевелил своей кроной под лёгким ветерком. Луг был большим, с сочной, зелёной травой и красивыми, маленькими цветами. Голубое небо над головой успокаивало.
Всё знакомо… очень знакомо. Эта местность, она отдаёт в душе приятными воспоминаниями, вот только какими?
Никита стоял по щиколотку в траве и оглядывался. Луг раскинулся во все стороны до самых горизонтов, сверкая девственной зеленью, лишь далеко на востоке виднелись какие-то… дома.
Большой дуб. Одинокий исполин среди моря травы и тёмный, загадочный пруд рядом.
Зуммеров застонал и обхватил голову руками. Он снова в кошмаре!
Но как?! Как они могли снова вернуть меня сюда, ведь Иньярх говорил, что путь в сокровищницу закрыт. Или это просто страшный сон? Ведь снятся же людям кошмары без проникновения в их хранилище. Но нет! Я здесь был! Это казна!
Никита оглянулся. Воспоминание, подобно разряду тока, пронзили мозг.
Девушка! Красивая девушка с печальными глазами! Как я мог о ней забыть, ведь никого ближе в своей жизни я не встречал!
Да, она стояла на прежнем месте, под листвой и казалось ждала его.
Так было много раз. Этот сон повторялся чаще других. Никита не спеша приблизился к ней и они взялись за руки. Глаза встретились и опять чувство, захватывающее дух, заставляющее биться сердце в два раза быстрее, охватило его. Чувство неописуемой любви к этой странной и всегда печальной девушке. Они стояли и смотрели друг другу в глаза.
— Ты опять грустишь. — Прошептал Никита, осторожно вытирая скопившуюся в уголке её глаз слезу. Девушка печально улыбнулась.
— Бедный мой, бедный… — шепчет она и проводит рукой по его щеке.
Так было всегда. Этот сон повторялся десятки раз. Кошмар, каких мало, но ради одного этого момента, Никита готов был переживать его тысячи раз.
— Я не смог спасти тебя. — Говорит он.
— Я знаю. — Эти любящие глаза смотрят на него. — Сегодня у тебя будет последняя попытка. — Вдруг говорит девушка и всё меняется.
— Что? — Не понимает Никита. Этого не было ни разу. — Что ты сказала?
— Я говорю, сегодня последняя попытка, любимый, спасти меня. Больше я не смогу провести тебя сюда.
Никита растерянно смотрит на девушку.
— Я не… не понимаю.
Ветер колыхнул листву дуба и та шумно закачалась.
— Меня зовут Наоби. — Быстро начала она, чуть отступив от Зуммерова. — Выслушай меня Никита. Это я свела с ума твоего Ключника, чтоб он провёл тебя в сокровищницу Эскорта Анн. Я водила тебя по лабиринтам безумия и приводила сюда, в моё хранилище. Мне очень жаль, но пойми, я люблю тебя, и мы созданы друг для друга!
Небо в мгновении затянула чернь, и стало темно. Порывистый ветер раскачивал крону дуба.
— Меня похитили очень давно из вашего мира, потому что я много значу для них и держали здесь, в своей казне, как вещь. Но я не отчаялась и вызвала тебя сюда, чтоб ты спас меня! Это я посоветовала Оплоту дать тебе Слог Перемещения!
Ветер ревел, заглушая её слова. Никита рванулся к Наоби и схватив её за руки, прижал к себе.
— Прости любимый, но я не могу без тебя!
По щекам девушки текли слёзы, которые тут же сдувал бешеный шквал ветра.
— Сегодня это я заставила перенести бабочку в реальный мир. Это был последний шанс. Я знала, что Эскорт Анн перебросит тебя в сокровищницу, чтоб разделаться окончательно. Теперь мы либо умрём, либо будем жить вместе.
— Я спасу тебя! — Прокричал Никита. — Мы будем вместе!
Без каких либо прелюдий, пруд взорвался фонтаном брызг. Гигантская, лысая голова великана, разрывая землю, вылезала на поверхность, свирепо рыча.
— Это Никлеам! Мой цербер! — Закричала Наоби и дёрнула Никиту за руку. — Бежим!
В багрово-чёрном небе образовывались смерчи, опуская свои крутящиеся хвосты на землю. Великан, с грохотом взрывая землю, выбирался из пруда. Его массивный силуэт, смотрелся на фоне багровых туч зловеще и внушительно. Завизжала Наоби, а на Никиту нахлынуло позабытое, всепоглощающее чувство страха.
Оглушающий рёв донёсся с небес, ветер стал ледяным и колючим.
— Убью! — Пророкотал Никлеам и медленно двинулся в погоню за беглецами.
Начался очередной, смертельный марафон. Великан сделал шаг и нагнал бегущих со всех ног мужчину и женщину. Его нога, размером с футбольное поле медленно поднялась ввысь и опустилась на то место, где секунду назад были они. Поток ветра из-под ступни, поднял в воздух пару и отбросил на значительное расстояние. Земля содрогнулась.
— Он достанет нас, — всхлипнула Наоби — нам не убежать.
Зуммеров вскочил на ноги, но те отказывались ему служить и он снова упал на пол. Тело онемело, в ушах появилась заложенность, веки отяжелели.
— Берите меня суки! Вы победили. — Пробормотал Никита и провалился в сон.
Раскидистый дуб тихо шевелил своей кроной под лёгким ветерком. Луг был большим, с сочной, зелёной травой и красивыми, маленькими цветами. Голубое небо над головой успокаивало.
Всё знакомо… очень знакомо. Эта местность, она отдаёт в душе приятными воспоминаниями, вот только какими?
Никита стоял по щиколотку в траве и оглядывался. Луг раскинулся во все стороны до самых горизонтов, сверкая девственной зеленью, лишь далеко на востоке виднелись какие-то… дома.
Большой дуб. Одинокий исполин среди моря травы и тёмный, загадочный пруд рядом.
Зуммеров застонал и обхватил голову руками. Он снова в кошмаре!
Но как?! Как они могли снова вернуть меня сюда, ведь Иньярх говорил, что путь в сокровищницу закрыт. Или это просто страшный сон? Ведь снятся же людям кошмары без проникновения в их хранилище. Но нет! Я здесь был! Это казна!
Никита оглянулся. Воспоминание, подобно разряду тока, пронзили мозг.
Девушка! Красивая девушка с печальными глазами! Как я мог о ней забыть, ведь никого ближе в своей жизни я не встречал!
Да, она стояла на прежнем месте, под листвой и казалось ждала его.
Так было много раз. Этот сон повторялся чаще других. Никита не спеша приблизился к ней и они взялись за руки. Глаза встретились и опять чувство, захватывающее дух, заставляющее биться сердце в два раза быстрее, охватило его. Чувство неописуемой любви к этой странной и всегда печальной девушке. Они стояли и смотрели друг другу в глаза.
— Ты опять грустишь. — Прошептал Никита, осторожно вытирая скопившуюся в уголке её глаз слезу. Девушка печально улыбнулась.
— Бедный мой, бедный… — шепчет она и проводит рукой по его щеке.
Так было всегда. Этот сон повторялся десятки раз. Кошмар, каких мало, но ради одного этого момента, Никита готов был переживать его тысячи раз.
— Я не смог спасти тебя. — Говорит он.
— Я знаю. — Эти любящие глаза смотрят на него. — Сегодня у тебя будет последняя попытка. — Вдруг говорит девушка и всё меняется.
— Что? — Не понимает Никита. Этого не было ни разу. — Что ты сказала?
— Я говорю, сегодня последняя попытка, любимый, спасти меня. Больше я не смогу провести тебя сюда.
Никита растерянно смотрит на девушку.
— Я не… не понимаю.
Ветер колыхнул листву дуба и та шумно закачалась.
— Меня зовут Наоби. — Быстро начала она, чуть отступив от Зуммерова. — Выслушай меня Никита. Это я свела с ума твоего Ключника, чтоб он провёл тебя в сокровищницу Эскорта Анн. Я водила тебя по лабиринтам безумия и приводила сюда, в моё хранилище. Мне очень жаль, но пойми, я люблю тебя, и мы созданы друг для друга!
Небо в мгновении затянула чернь, и стало темно. Порывистый ветер раскачивал крону дуба.
— Меня похитили очень давно из вашего мира, потому что я много значу для них и держали здесь, в своей казне, как вещь. Но я не отчаялась и вызвала тебя сюда, чтоб ты спас меня! Это я посоветовала Оплоту дать тебе Слог Перемещения!
Ветер ревел, заглушая её слова. Никита рванулся к Наоби и схватив её за руки, прижал к себе.
— Прости любимый, но я не могу без тебя!
По щекам девушки текли слёзы, которые тут же сдувал бешеный шквал ветра.
— Сегодня это я заставила перенести бабочку в реальный мир. Это был последний шанс. Я знала, что Эскорт Анн перебросит тебя в сокровищницу, чтоб разделаться окончательно. Теперь мы либо умрём, либо будем жить вместе.
— Я спасу тебя! — Прокричал Никита. — Мы будем вместе!
Без каких либо прелюдий, пруд взорвался фонтаном брызг. Гигантская, лысая голова великана, разрывая землю, вылезала на поверхность, свирепо рыча.
— Это Никлеам! Мой цербер! — Закричала Наоби и дёрнула Никиту за руку. — Бежим!
В багрово-чёрном небе образовывались смерчи, опуская свои крутящиеся хвосты на землю. Великан, с грохотом взрывая землю, выбирался из пруда. Его массивный силуэт, смотрелся на фоне багровых туч зловеще и внушительно. Завизжала Наоби, а на Никиту нахлынуло позабытое, всепоглощающее чувство страха.
Оглушающий рёв донёсся с небес, ветер стал ледяным и колючим.
— Убью! — Пророкотал Никлеам и медленно двинулся в погоню за беглецами.
Начался очередной, смертельный марафон. Великан сделал шаг и нагнал бегущих со всех ног мужчину и женщину. Его нога, размером с футбольное поле медленно поднялась ввысь и опустилась на то место, где секунду назад были они. Поток ветра из-под ступни, поднял в воздух пару и отбросил на значительное расстояние. Земля содрогнулась.
— Он достанет нас, — всхлипнула Наоби — нам не убежать.
Страница 23 из 25
