Это весенний московский день ничем не отличался от других. В воздухе уже ощутимо пахло весной. Легкие кучевые облака высоко висели в голубом небе. Солнышко ласково согревало землю. Радостно щебетали мелкие птички. Все было прекрасно. Августовский кризис 1998 года канул в лету. Зарплаты неудержимо росли. Доллар падал. На дорогах Москвы почти исчез продукт отечественного автомобильного дизайна.
Добавить в моё избранное
86 мин, 21 сек 18641
Любопытство пересилило. Надев джинсы и свитер, я выглянул в темноту коридора. У открытой на распашку двери, ведущей на лестничную площадку, стояла моя пожилая соседка Клавдия Ивановна. В руке она сжимала электрический фонарик.
— Дим. — Ты тоже слышал?— спросила она меня
Я поморщился на луч света фонарика, направленного мне в лицо.
— Слышал, слышал. — ответил я. Милиция приезжала, к этим… — я запнулся подбирая подходящее название алкашам с первого этажа, синонима не нашлось и я продолжил,
— Стреляли. Теперь уехали.
С лестничной площадки послышались чьи-то шаги. Кто-то, тяжело дыша, поднимался по лестнице. Мелькал луч фонарика. Мы с Клавдией Ивановной вышли на лестничную площадку и увидали соседа с восьмого этажа. Кажется, его звали Григорий или Георгий, отставной военный вобщем.
— Фууу… — выдохнул сосед и остановился передохнуть на нашей площадке. Он поздоровался.
— Что случилось-то?? — спросил я его.
— Ой, страшное дело случилось, — ответил он. — Петьку Семенова и его сына Ваську с первого этажа застрелили.
— А вы откуда узнали? — спросил я перевел взгляд на соседку.
Клавдия Ивановна, с испугом на лице, уставилась на соседа.
— Я это все видел, чудом в живых-то остался. — ответил мне толи Григорий толи Георгий. — С полчаса назад как, мать их, Семеновых, прибежала к соседке и плачет, слова сказать не может. Я тут мимо проходил. Послушал. Мать Семеновых трясется вся и рассказывает, что спала у себя и встала на шум, и увидела как отец сына ест. Муж ее Петька ее увидал и за ней. Ну, она и бегом к соседям, милицию вызывать.
— Кто кого там ел? — спросил я. В голове у меня всплыл милицейский капитан, и треск разрываемой его зубами моей куртки.
— Не знаю уж, как он там его ел.-отвечал мне сосед. — говорю, что слышал. Может, померещилось ей.
Вот когда милиция приехала, и дверь открыли, Петр и на них накинулся. Собаку покусал. Милиционера от него не оторвать было. Вот его и пристрелили, а потом уж…
— Хосспади, шо делается-то… произнесла Клавдия Ивановна перекрестившись.
— И что потом? -спросил я.
— А вот потом Васька, сын его, вышел. Весь в крови. Рубашка разодрана. Глаза бешенные. Мать его как увидела заорала. Ну он как не нее и набросится. Она бежать. Тут менты и палить начали. Мать Семеновых к соседям увели. Она чокнулась от такого поди. И не мудрено в один вечер мужа и сына потерять.
— Погоди… Он что на мать набросился?! — воскликнула моя соседка. — Ведь я же его вот с таких лет знаю. Клавдия Ивановна подняла руку, указывая на рост Васьки лет тридцать назад. — Ну выпивал он да. Но чтобы на мать руку поднять… Распустился. Вот до чего водка доводит. Прости господи…
— Мда… Картина маслом, — произнес я и спросил. — а что сейчас там?
— Сейчас там крови полная площадка. Я уходил, сказал, чтобы Петра с Васькой накрыли чем-нибудь.
— А вы там как оказались? — спросил я соседа.
— Да сидели мы с Кузьмичом, с третьей квартиры, в шахматы играли. Черт меня дернул на крик выйти. Я же милицию и вызывал. Теперь не усну. Как вспомню все это… Ладно пойду я, а то сердце чего-то пошаливает… произнес военный пенсионер и не спеша стал подниматься к себе на восьмой этаж.
Мы с соседкой вернулись в наш тамбур.
— Хосспади. — только и произнесла Клавдия Васильевна… — Я же его вот с таких лет знала… А матери каково? А? Не дай бох.
— Меньше пить надо. — отрезал я. — Спокойной ночи Клавдия Ивановна.
— Да уж. Теперь спокойной. Какая спокойная может быть после такого… Ответила мне соседка.
— Не берите в голову. — перебил я ее дальнейшую речь, вошел к себе и закрыл за собой дверь квартиры.
— Алкашня. — с презрением подумал я о жильцах первого этажа. — Жаль, что не вся семейка на тот свет отправилась. Может в освободившуюся квартиру нормальные люди въехали бы.
— Ну да ладно… одни уехали, могут за мной приехать следующие.
Как это не было печально, но приходилось задействовать план «Б».
Когда занимаешься консалтинговой деятельностью в нашей стране, то необходимо всегда иметь «тревожный чемоданчик» и заграничный паспорт с визой в Англию. Вот и сейчас я доставал из шкафа большую сумку и начал скалывать туда белье. Трусы, майки, рубашки, джинсы. Когда сумка была заполнена, я пошел в ванную, и отодвинул в сторону тумбу умывальника. За тумбой было отверстие ведущее под ванну. Засунув руку в отверстие я вытащил ржавый обрезок трубы. Вытащив из обрезка плотно свернутый пакет с десятью тысячами долларов я положил пачку в карман и задвинул тумбу. Иметь деньги на«черный день» это самое правильное. Когда придет беда, только деньги придут тебе на помощь. Никакие стратегические запасы соли и спичек, тем более завернутый в масляную тряпочку пулемет на чердаке, не решат проблему. Только деньги.
— Дим. — Ты тоже слышал?— спросила она меня
Я поморщился на луч света фонарика, направленного мне в лицо.
— Слышал, слышал. — ответил я. Милиция приезжала, к этим… — я запнулся подбирая подходящее название алкашам с первого этажа, синонима не нашлось и я продолжил,
— Стреляли. Теперь уехали.
С лестничной площадки послышались чьи-то шаги. Кто-то, тяжело дыша, поднимался по лестнице. Мелькал луч фонарика. Мы с Клавдией Ивановной вышли на лестничную площадку и увидали соседа с восьмого этажа. Кажется, его звали Григорий или Георгий, отставной военный вобщем.
— Фууу… — выдохнул сосед и остановился передохнуть на нашей площадке. Он поздоровался.
— Что случилось-то?? — спросил я его.
— Ой, страшное дело случилось, — ответил он. — Петьку Семенова и его сына Ваську с первого этажа застрелили.
— А вы откуда узнали? — спросил я перевел взгляд на соседку.
Клавдия Ивановна, с испугом на лице, уставилась на соседа.
— Я это все видел, чудом в живых-то остался. — ответил мне толи Григорий толи Георгий. — С полчаса назад как, мать их, Семеновых, прибежала к соседке и плачет, слова сказать не может. Я тут мимо проходил. Послушал. Мать Семеновых трясется вся и рассказывает, что спала у себя и встала на шум, и увидела как отец сына ест. Муж ее Петька ее увидал и за ней. Ну, она и бегом к соседям, милицию вызывать.
— Кто кого там ел? — спросил я. В голове у меня всплыл милицейский капитан, и треск разрываемой его зубами моей куртки.
— Не знаю уж, как он там его ел.-отвечал мне сосед. — говорю, что слышал. Может, померещилось ей.
Вот когда милиция приехала, и дверь открыли, Петр и на них накинулся. Собаку покусал. Милиционера от него не оторвать было. Вот его и пристрелили, а потом уж…
— Хосспади, шо делается-то… произнесла Клавдия Ивановна перекрестившись.
— И что потом? -спросил я.
— А вот потом Васька, сын его, вышел. Весь в крови. Рубашка разодрана. Глаза бешенные. Мать его как увидела заорала. Ну он как не нее и набросится. Она бежать. Тут менты и палить начали. Мать Семеновых к соседям увели. Она чокнулась от такого поди. И не мудрено в один вечер мужа и сына потерять.
— Погоди… Он что на мать набросился?! — воскликнула моя соседка. — Ведь я же его вот с таких лет знаю. Клавдия Ивановна подняла руку, указывая на рост Васьки лет тридцать назад. — Ну выпивал он да. Но чтобы на мать руку поднять… Распустился. Вот до чего водка доводит. Прости господи…
— Мда… Картина маслом, — произнес я и спросил. — а что сейчас там?
— Сейчас там крови полная площадка. Я уходил, сказал, чтобы Петра с Васькой накрыли чем-нибудь.
— А вы там как оказались? — спросил я соседа.
— Да сидели мы с Кузьмичом, с третьей квартиры, в шахматы играли. Черт меня дернул на крик выйти. Я же милицию и вызывал. Теперь не усну. Как вспомню все это… Ладно пойду я, а то сердце чего-то пошаливает… произнес военный пенсионер и не спеша стал подниматься к себе на восьмой этаж.
Мы с соседкой вернулись в наш тамбур.
— Хосспади. — только и произнесла Клавдия Васильевна… — Я же его вот с таких лет знала… А матери каково? А? Не дай бох.
— Меньше пить надо. — отрезал я. — Спокойной ночи Клавдия Ивановна.
— Да уж. Теперь спокойной. Какая спокойная может быть после такого… Ответила мне соседка.
— Не берите в голову. — перебил я ее дальнейшую речь, вошел к себе и закрыл за собой дверь квартиры.
— Алкашня. — с презрением подумал я о жильцах первого этажа. — Жаль, что не вся семейка на тот свет отправилась. Может в освободившуюся квартиру нормальные люди въехали бы.
— Ну да ладно… одни уехали, могут за мной приехать следующие.
Как это не было печально, но приходилось задействовать план «Б».
Когда занимаешься консалтинговой деятельностью в нашей стране, то необходимо всегда иметь «тревожный чемоданчик» и заграничный паспорт с визой в Англию. Вот и сейчас я доставал из шкафа большую сумку и начал скалывать туда белье. Трусы, майки, рубашки, джинсы. Когда сумка была заполнена, я пошел в ванную, и отодвинул в сторону тумбу умывальника. За тумбой было отверстие ведущее под ванну. Засунув руку в отверстие я вытащил ржавый обрезок трубы. Вытащив из обрезка плотно свернутый пакет с десятью тысячами долларов я положил пачку в карман и задвинул тумбу. Иметь деньги на«черный день» это самое правильное. Когда придет беда, только деньги придут тебе на помощь. Никакие стратегические запасы соли и спичек, тем более завернутый в масляную тряпочку пулемет на чердаке, не решат проблему. Только деньги.
Страница 20 из 24
