Это лето пахло по-особенному: немного приторно, немного затхло, но было в этом что-то загадочно издевательское, что-то такое, что заставляло настораживаться не только прохладными дикими ночами, но и полуденным пустынным зноем. Настораживаться и оглядываться в поисках причины этого внезапного и очень неприятного ощущения. Запах витал над домами, деревьями, травами, рекой… Этим летом было очень мало птиц, только вороньё; по улицам часто бегали крысы, а озверевшие собаки ловили их и терзали на части.
Добавить в моё избранное
85 мин, 47 сек 17706
Электричество сюда так и не провели, поэтому Валентине Александровне пришлось прихватить с собой фонарик, чтобы не оступиться и не упасть на лестнице: было очень темно, а лестница была неудобной и старой. Женщина уже давно не пугалась этого дома, его тишины и темноты; после всего, что она видела — это было сущим пустяком и безделицей.
Она не задумывалась ни о чём, кроме Велора, до половины своего пути, когда услышала чуть слышное шипение, перемежавшееся с негромким, осторожным звоном цепи и чем-то очень похожим на мягкие шаги. Валентина Александровна остановилась: эти звуки насторожили её — обычно Велор вёл себя очень тихо и лежал мертвецом на чердаке, не двигаясь до самого рассвета, как старый верный пёс. А тут… Что-то творилось, что очень ей не понравилось, что было очень необычным, неправильным, жутковатым. Она не любила, когда что-то выходило за пределы обыденного, особенно в случае с этим парнем. Ему Нельзя было выходить за рамки нормального. Потому что он сам был Ненормален.
Валентина Александровна поудобнее перехватила плеть и сделала ещё несколько тихих шагов по лестнице в сторону чердака. У неё появилась мысль, что он опять Ест. Это несколько прибавляло храбрости, хотя полной уверенности в себе самой женщина не ощущала. Она быстро преодолела оставшийся путь до чердачного люка и открыла его.
Там была темнота и сырость. По крыше стучал давешний дождь, про который она совершенно забыла. Пахло пылью и чем-то ещё, новым, чего она не могла осознать сразу. Запах был сильный, неприятный, перебивающий все остальные ощущения и даже сбивающий с толку. По полу гулял сквозняк, а окно… Было разбито. Валентину Александровну пробила ярость, дикая и неосознанная: разбитое окно означало только то, что Велор порвал, наконец, цепь и сбежал. Сбежал! Женщина бросилась к окну; за ним была кромешная тьма, дождь и ветер. Под ногами захрустели стёкла. Несколько освежающих брызг немного остудили её пыл, вернув былую осторожность. Она постояла немного у окна, прислушиваясь и… Услышала, прямо у себя за правым плечом.
Этот звук не был похож ни на что. Что-то в нём было от шуршания ливня, что-то от шипения змеи, что-то от звука помех в телевизоре. И в то же время в нём не было ничего от этого. Но он заставлял очнуться страх и поглотить всё тело разом, не оставляя никаких шансов. Если бы это был Велор… Женщина резко оглянулась, в надежде увидеть там парня, прикованного цепью, как ему и подобало, к стене, лежащего мёртвым телом в тёмном углу.
Там и правда была тьма, но какая-то зловещая, шевелящаяся и издающая те самые, непонятные странные звуки. Там точно кто-то был, но кто — она не могла разобрать. Точно не Велор. Это было нечто большое, раза в два больше него, бесформенное, страшное. И она поддалась этому страху, впервые за пять лет. Непроизвольно она погасила фонарик, надеясь на то, что Это её не заметит. Глаза очень быстро привыкли к темноте. Слишком быстро…
Их было двое. И это были звери. Велор и кто-то ещё. Точнее, тот, кто был в Велоре, и новый, неизвестный зверь. Она не могла и подумать, что их может быть несколько. Там, где они жили, их не было. Только здесь.
Велор был на цепи. Частично преобразившейся Велор: очертаниями он ещё был человеком, но крылья, чёрный цвет кожи и звериные повадки уже не выдавали его за человеческое существо. Он лежал на спине, распластав по пыльному неровному полу крылья. Второе существо сидело на нём, сложив крылья за спиной. Оно прижималось к нему, издавая странные звуки, а потом вдруг лизнуло его в шею своим острым длинным языком.
Женщина почувствовала, как по телу разливается просто какой-то ступор, вызванный страхом и отвращением. Она ничего не могла с собой поделать.
Внезапно Велор словно очнулся, вцепился страшными сильными руками-лапами во вторую тварь и откинул её на стену. С крыши посыпались щепки. Существо злобно зашипело, завалившись на бок, а потом начало вставать, но Велор опередил его, наскочил и с силой прижал к полу. Загремела цепь. Послышался придавленный свист. Валентина Александровна подумала, что парень ещё мыслит по-человечески и пытается убить вторую тварь. Это было бы чудесно. Это было бы замечательно. Ведь вторая тварь слишком опасна… Слишком…
Но тут случилось неожиданное. Велор пригнулся и укусил второе существо за плечо, опустив крылья, словно хотел закрыть ото всех то, что происходило. Тварь под ним странно изогнулась и вцепилась в него когтями, проткнув кожу, и вдруг сложила крылья. Образовалось что-то вроде сферы, внутри которой находились два странных и страшных существа. И сфера шевелилась, издавала звуки, шипела…
Валентину Александровну вытошнило при виде этого зрелища, а потом она закричала… Она не дала закончить двум тварям то, что они начали. А когда сфера вдруг распалась, и к ней метнулись две разъярённые тени, не успела сделать и шага в сторону выхода с чердака, не успела даже замолчать.
Они были другие. И очень голодные.
Она не задумывалась ни о чём, кроме Велора, до половины своего пути, когда услышала чуть слышное шипение, перемежавшееся с негромким, осторожным звоном цепи и чем-то очень похожим на мягкие шаги. Валентина Александровна остановилась: эти звуки насторожили её — обычно Велор вёл себя очень тихо и лежал мертвецом на чердаке, не двигаясь до самого рассвета, как старый верный пёс. А тут… Что-то творилось, что очень ей не понравилось, что было очень необычным, неправильным, жутковатым. Она не любила, когда что-то выходило за пределы обыденного, особенно в случае с этим парнем. Ему Нельзя было выходить за рамки нормального. Потому что он сам был Ненормален.
Валентина Александровна поудобнее перехватила плеть и сделала ещё несколько тихих шагов по лестнице в сторону чердака. У неё появилась мысль, что он опять Ест. Это несколько прибавляло храбрости, хотя полной уверенности в себе самой женщина не ощущала. Она быстро преодолела оставшийся путь до чердачного люка и открыла его.
Там была темнота и сырость. По крыше стучал давешний дождь, про который она совершенно забыла. Пахло пылью и чем-то ещё, новым, чего она не могла осознать сразу. Запах был сильный, неприятный, перебивающий все остальные ощущения и даже сбивающий с толку. По полу гулял сквозняк, а окно… Было разбито. Валентину Александровну пробила ярость, дикая и неосознанная: разбитое окно означало только то, что Велор порвал, наконец, цепь и сбежал. Сбежал! Женщина бросилась к окну; за ним была кромешная тьма, дождь и ветер. Под ногами захрустели стёкла. Несколько освежающих брызг немного остудили её пыл, вернув былую осторожность. Она постояла немного у окна, прислушиваясь и… Услышала, прямо у себя за правым плечом.
Этот звук не был похож ни на что. Что-то в нём было от шуршания ливня, что-то от шипения змеи, что-то от звука помех в телевизоре. И в то же время в нём не было ничего от этого. Но он заставлял очнуться страх и поглотить всё тело разом, не оставляя никаких шансов. Если бы это был Велор… Женщина резко оглянулась, в надежде увидеть там парня, прикованного цепью, как ему и подобало, к стене, лежащего мёртвым телом в тёмном углу.
Там и правда была тьма, но какая-то зловещая, шевелящаяся и издающая те самые, непонятные странные звуки. Там точно кто-то был, но кто — она не могла разобрать. Точно не Велор. Это было нечто большое, раза в два больше него, бесформенное, страшное. И она поддалась этому страху, впервые за пять лет. Непроизвольно она погасила фонарик, надеясь на то, что Это её не заметит. Глаза очень быстро привыкли к темноте. Слишком быстро…
Их было двое. И это были звери. Велор и кто-то ещё. Точнее, тот, кто был в Велоре, и новый, неизвестный зверь. Она не могла и подумать, что их может быть несколько. Там, где они жили, их не было. Только здесь.
Велор был на цепи. Частично преобразившейся Велор: очертаниями он ещё был человеком, но крылья, чёрный цвет кожи и звериные повадки уже не выдавали его за человеческое существо. Он лежал на спине, распластав по пыльному неровному полу крылья. Второе существо сидело на нём, сложив крылья за спиной. Оно прижималось к нему, издавая странные звуки, а потом вдруг лизнуло его в шею своим острым длинным языком.
Женщина почувствовала, как по телу разливается просто какой-то ступор, вызванный страхом и отвращением. Она ничего не могла с собой поделать.
Внезапно Велор словно очнулся, вцепился страшными сильными руками-лапами во вторую тварь и откинул её на стену. С крыши посыпались щепки. Существо злобно зашипело, завалившись на бок, а потом начало вставать, но Велор опередил его, наскочил и с силой прижал к полу. Загремела цепь. Послышался придавленный свист. Валентина Александровна подумала, что парень ещё мыслит по-человечески и пытается убить вторую тварь. Это было бы чудесно. Это было бы замечательно. Ведь вторая тварь слишком опасна… Слишком…
Но тут случилось неожиданное. Велор пригнулся и укусил второе существо за плечо, опустив крылья, словно хотел закрыть ото всех то, что происходило. Тварь под ним странно изогнулась и вцепилась в него когтями, проткнув кожу, и вдруг сложила крылья. Образовалось что-то вроде сферы, внутри которой находились два странных и страшных существа. И сфера шевелилась, издавала звуки, шипела…
Валентину Александровну вытошнило при виде этого зрелища, а потом она закричала… Она не дала закончить двум тварям то, что они начали. А когда сфера вдруг распалась, и к ней метнулись две разъярённые тени, не успела сделать и шага в сторону выхода с чердака, не успела даже замолчать.
Они были другие. И очень голодные.
Страница 15 из 24
