Ремиссия

— У тебя прелестная сестра, Коля… Прости нам нашу неуме-стную веселость, — с улыбкой говорит Олег и подходит к Светла-не. — Но только почему ты выводишь девушку в общество, где ни одного холостяка, за исключением тебя самого, не наблюдается?

— Чтобы посмотрела, как люди в Москве живут… Пообща-лась. А то одичала совсем в родимом Мухосранске, да и теперь — сидит в норе, как барсук какой-то. К экзаменам, видишь ли, гото-вится. Ученая…

Светлана смущенно краснеет, обиженно смотрит на брата.

— Ну ты, Николай, и скажешь! — возмущается Дима. — Та-кую девушку — барсуком обозвать! И потом, Сызрань — очень красивый город…

— Ты там не был, ты не знаешь, какой он красивый, этот твой… Наш родимый Мухосранск! Ладно, к столу. Я жрать хочу.

— Фи! Как ты груб, Коленька! — фыркает Зоя.

— Да каков есть, Зоенька! — ворчливо отвечает Коля.

— Куда вы поступаете? — спрашивает девушку Олег.

— В какой-нибудь экономический, — с милой и смущенной улыбкой отвечает Светлана.

— Чтобы научиться деньги зарабатывать… Много-много де-нег! И, кстати, в Москву она приехала не женихов ловить, а учить-ся! — ворчит Коля. — Так что нечего ей бывать в компаниях, где холостяки водятся…

— Ну, что же? Все в сборе — пора и за стол, а то курица ос-тынет. А мы ее по такому сложному рецепту готовили… Вобщем, остывать ей никак нельзя. К тому же — наш Коля жрать хочет! Сам признался. Мальчики, ухаживайте за Ланой. Лана, чувствуйте себя у нас, как дома! — говорит Лариса и идет к столу.

За окном совсем стемнело. На разоренном столе горят свечи. Музыка играет чуть громче. На маленьком пятачке ковра, освобож-денном от мебели, в полутьме покачиваются две пары: Андрей с Ларой, Дима с Зоей. Андрей и Лара вдохновенно целуются. Зоя танцует с бокалом в руке, время от времени посасывая коктейль из трубочки.

Коля сидит у стола, все еще что-то ест.

Светлана забилась в кресло.

Олег сидит на корточках возле стереосистемы, перебирая диски. К нему подходит Надя, опускается на пол рядом и говорит шепотом:

— Олежка, пригласи девочку потанцевать! А то чего она си-дит весь вечер, как потерянная… Коля наш — свинюк, тут уж ни-чего не поделаешь. Привел такую кроху… Она и рот-то раскрыть лишний раз боится. Закомплексованная. Потанцуй с ней, ладно? А то как-то неловко.

— А ты?

— Ревновать не буду.

— Да нет, просто неудобно: я — танцую, жена — сидит!

— Я Колю приглашу потоптаться. То-то он удивится!

— Я буду ревновать… Колька в тебя влюблен.

— Не говори глупостей.

— Я знаю. Ты знаешь. Все знают. Влюблен. Ладно, я потан-цую с девочкой. А тебе разрешаю пригласить Колю. Но только один раз! Все равно он танцевать не умеет, все ноги тебе отдавит…

— Ты садист, — усмехается Надя, грациозно встает с пола и садится в ближайшее кресло.

Олег ставит новый диск. Подходит к Светлане и шутливо-грациозным жестом протягивает ей руку. Глаза девушки изумленно округляются, на губах появляется счастливая улыбка… И она изящно, словно дама прошлого века, кладет свою узкую кисть в ла-донь Олега. И поднимается. Олег обнимает ее за талию и они начи-нают покачиваться чуть ли не на том же месте, где он стоял.

Надя с улыбкой смотрит на них. Потом подходит к Коле. Ко-ля даже жевать перестает, когда Надя приближается.

— Коленька, муж меня бросил ради прекрасных глаз твоей сестрицы, — кокетливо говорит Надя.

— Я ей сейчас уши надеру, — рычит Коля, поднимаясь из-за стола.

— Нет, нет, Коля! — пугается Надя. — Я не о том… Про-сто… Может, ты меня потанцевать пригласишь? А то все танцуют — а мы сидим…

Надя кладет руки на плечи опешившего Коли. Коля судорож-но сглатывает и обнимает ее за талию. Надя увлекает Колю на им-провизированную «танцплощадку». Они начинают покачиваться в танце. Надя кладет голову на плечо Коли.

— Надюша! Надюша! — восторженно шепчет Коля и теснее прижимает к себе Надю.

— Ш-ш-ш-ш… Слушай музыку… Мы танцуем… Нет, мы плывем… Качаемся на волнах, — бормочет Надя, закрывая глаза.

Олег танцует со Светланой. Девушка держится чуть-чуть на расстоянии, словно боясь соприкоснуться своим тонким телом с те-лом Олега. Олег привлекает ее ближе, прижимает. Светлана вос-торженно смотрит снизу вверх в его лицо. Ее глаза сияют. Она пре-лестна. Олег склоняется лицом к ее лицу, кажется — вот-вот поце-лует… Но ему удается удержаться.

Во дворе. Андрей и Лариса вышли проводить гостей. Андрей совсем пьян. Дима с Зоей и Надя — тоже.

— Ой, Олежек, хорошо, что ты теперь — трезвенник, — бор-мочет Дима, спотыкаясь на каждом шагу. — Довезешь нас с Зоеч-кой до… До… Дома…

— Довезу, довезу. Не упади.

— Всем пока, — угрюмо бросает Коля и идет к своей маши-не.

Потом оборачивается и говорит, чуть теплее:

— Пока, Надюш…