Книга написана в течении одного года. За это время случилось многое. Жизнь кардинальным образом изменилась. Произошло столько событий, что если всех их описать, то выйдет очередная книга. В разное время бывали разные ситуации, тени которых отразились на этом произведении. Именно поэтому книга получилась такой неоднозначной, но затрагивающей важные остро-социальные темы, происходящие в жизни человечества и ставящие свои вопросы, ответы на которые читатель найдёт в этой книге.
Добавить в моё избранное
81 мин, 21 сек 8658
Загримировавшись и одев наряд джентльмена фирмы «Абибас», который намутил за день до дела, Он вышел во двор, предварительно скинув пакеты с балкона в кусты. Донёс их до машины, через пару дворов от дома, и разместил под заднее сиденье.
— «Сюзанна, как тебе, удобно?»
По дороге Он видел нескольких недолюдей, преодолевая жгучее желание прихватить их мёртвые тушки с собой, но проезжал мимо, говоря про себя, что они ещё обязательно встретятся.
Яркий месяц освещал опушку неподалёку от болота. То самое место, то самое время.
— «Пируй, земля!»
Почва будто ждала Его возвращения, расходясь в стороны, при погружении ковша лопаты в её тело. Мягкая материя из миллиардов чёрных янтарей испытывала жажду, разевая безграничную пасть всё шире. Он развязал пакеты с частями плоти, и по установившейся с недавних времён традиции, принёс в жертву эти скудные подношения, выговаривая заклинания, услышанные Им самим, в тот первый раз, от тёмного попутчика.
— «Земля! Почувствуй поступь ног, которые блуждали по тебе, но в том лишь их вина. За тяготу твою и стойкость, от бесстыжих крыс, которым не было дано ходить, как нам. Прими сей дар и утоли на миг свой голод, мать людей. И будут обездвижены все те, чьи ступни держишь крепкой хваткой ты!»
Десятки ночных червей вцепились в ноги Сьюзан, вгрызаясь глубже, до костей, пронзая, словно клинья, плоть свиньи. Терзали её трупный запах, который отправился в отстойник для унтерменьшей, где скапливались такие же гнойные запахи, смешиваясь в зловонную массу смрада и разложения. Неведомо то место для людей. Ведь души их прибывали в другие места. Где сплетёнными в сложные узоры струнами, издавалась совсем иная мелодия. Гармонично расставляющая все на круги свои. Отражая вновь обретённый смысл из прошлых воспоминаний и всеобщего предназначения.
Черви прогрызают в трупах отверстия, сквозь которые пробираются острейшие клыки земной породы, они в свою очередь раздробляют омертвевшие кости в труху. Передавая полученный материал дальше по пищевой цепочке земли.
Случается, что одинокий путник, невзрачного вида и не титульной наружности, забредает в незнакомые места. Уставший и голодный, он падает на землю и скручивается, прижимая конечности к телу. Одолеваемый чувством страха и тревоги, ошалевший от холода, он погружается в летаргический сон. Красно-зелёная жидкость, обильно текущая из колото-резанных отверстий, призывает ночных червей на пир. И когда они выползают из чернозёма, то кучно набрасываются на чужеземца и погружают его никчёмное тельце в глубины безкрайних просторов земной тверди. Но горе тому невежде, кто по дурости своей окликнет их могильными червями. В тот миг же разорвут! И имени не спросят.
— «Земля, ты помнишь, как руками жадными без надобности рыли тебя крысы? Вот те из нескольких, возьми их, навсегда!»
Выброшенные в тёмную яму липкие грабли, с кривыми пальцами и вырванными с корнем ногтями, погрузились в бездну мрака. Насыщая засыхающей кровью тлеющие песчинки чёрных камней. Возможно, скрытая от людей раса подземных вурдалаков, собирающая свежий урожай из свежезакопанных могил, найдёт руки Сюзанны весьма привлекательными. Нежная свинячья кожа пойдёт на дамские перчатки для юной вурдалачки лет так под семьсот. Которыми она будет лапать бухого в свечи цырковника, когда тот, под градусом обескровленного бага исуки, откроет ларец с копчёными смраднопахнущими мощами, вонь которых учует подземная красавица и обольстит попа, надев кожу с трупов человечьих, чтобы сожрать последние куски бомжей. А поп издохнет, голодая.
— «Земля, ты знаешь их в лицо, тех кто безчестен. Скатился кто до низшего звена. Кто опускался вновь и вновь, а мир то тесен. И крови зов им отомстит сполна!»
Грязные создания, прожигающие отпущенные лета в пустую, разменивая жизни суть в мышиные дела, погрязшие в корысти и бездельи, безсмысленно набившие говном свои тела. В обретённой вновь жизни обратились в недолюдей. Полностью отражающие свои предыдущие состояния. Скатываясь вниз по эволюционной лестнице, перерождаясь в деградирующих приматов, нивелируя свое естество до безликих мутантов, они неосознанно убивали нашу расу. С каждым новым появлением на свет, они становились всё хуже и хуже. Мимолётными темпами сокращая количество белых цветов на чёрном фоне безразличия. Мрази настолько оскотинились, что в итоге перекрасились в смеси сортов навоза. И только оставшимся гордым белым людям было суждено решать судьбы недолюдей. Под нож свиней, их туши на компост!
Он так же намеревался отдать торс трупа на съедение червям. Но поразмыслив, понял мудрый, что больший толк получится, если подкинуть кусок мяса, разукрашенный по канонам инэт-троллинга, под купол цырка, чтобы чувства жидоёбов оскорбить. Разделав грудину куском ржавой стали, чтобы причинить боль Сюзанне, которая варится в немыслимых пердях, Он с упоением вырвал сердце, с улыбкой кинув в пасть земли. Попутно разбросав остальные органы по кустам, зверям лесным на угощение.
— «Сюзанна, как тебе, удобно?»
По дороге Он видел нескольких недолюдей, преодолевая жгучее желание прихватить их мёртвые тушки с собой, но проезжал мимо, говоря про себя, что они ещё обязательно встретятся.
Яркий месяц освещал опушку неподалёку от болота. То самое место, то самое время.
— «Пируй, земля!»
Почва будто ждала Его возвращения, расходясь в стороны, при погружении ковша лопаты в её тело. Мягкая материя из миллиардов чёрных янтарей испытывала жажду, разевая безграничную пасть всё шире. Он развязал пакеты с частями плоти, и по установившейся с недавних времён традиции, принёс в жертву эти скудные подношения, выговаривая заклинания, услышанные Им самим, в тот первый раз, от тёмного попутчика.
— «Земля! Почувствуй поступь ног, которые блуждали по тебе, но в том лишь их вина. За тяготу твою и стойкость, от бесстыжих крыс, которым не было дано ходить, как нам. Прими сей дар и утоли на миг свой голод, мать людей. И будут обездвижены все те, чьи ступни держишь крепкой хваткой ты!»
Десятки ночных червей вцепились в ноги Сьюзан, вгрызаясь глубже, до костей, пронзая, словно клинья, плоть свиньи. Терзали её трупный запах, который отправился в отстойник для унтерменьшей, где скапливались такие же гнойные запахи, смешиваясь в зловонную массу смрада и разложения. Неведомо то место для людей. Ведь души их прибывали в другие места. Где сплетёнными в сложные узоры струнами, издавалась совсем иная мелодия. Гармонично расставляющая все на круги свои. Отражая вновь обретённый смысл из прошлых воспоминаний и всеобщего предназначения.
Черви прогрызают в трупах отверстия, сквозь которые пробираются острейшие клыки земной породы, они в свою очередь раздробляют омертвевшие кости в труху. Передавая полученный материал дальше по пищевой цепочке земли.
Случается, что одинокий путник, невзрачного вида и не титульной наружности, забредает в незнакомые места. Уставший и голодный, он падает на землю и скручивается, прижимая конечности к телу. Одолеваемый чувством страха и тревоги, ошалевший от холода, он погружается в летаргический сон. Красно-зелёная жидкость, обильно текущая из колото-резанных отверстий, призывает ночных червей на пир. И когда они выползают из чернозёма, то кучно набрасываются на чужеземца и погружают его никчёмное тельце в глубины безкрайних просторов земной тверди. Но горе тому невежде, кто по дурости своей окликнет их могильными червями. В тот миг же разорвут! И имени не спросят.
— «Земля, ты помнишь, как руками жадными без надобности рыли тебя крысы? Вот те из нескольких, возьми их, навсегда!»
Выброшенные в тёмную яму липкие грабли, с кривыми пальцами и вырванными с корнем ногтями, погрузились в бездну мрака. Насыщая засыхающей кровью тлеющие песчинки чёрных камней. Возможно, скрытая от людей раса подземных вурдалаков, собирающая свежий урожай из свежезакопанных могил, найдёт руки Сюзанны весьма привлекательными. Нежная свинячья кожа пойдёт на дамские перчатки для юной вурдалачки лет так под семьсот. Которыми она будет лапать бухого в свечи цырковника, когда тот, под градусом обескровленного бага исуки, откроет ларец с копчёными смраднопахнущими мощами, вонь которых учует подземная красавица и обольстит попа, надев кожу с трупов человечьих, чтобы сожрать последние куски бомжей. А поп издохнет, голодая.
— «Земля, ты знаешь их в лицо, тех кто безчестен. Скатился кто до низшего звена. Кто опускался вновь и вновь, а мир то тесен. И крови зов им отомстит сполна!»
Грязные создания, прожигающие отпущенные лета в пустую, разменивая жизни суть в мышиные дела, погрязшие в корысти и бездельи, безсмысленно набившие говном свои тела. В обретённой вновь жизни обратились в недолюдей. Полностью отражающие свои предыдущие состояния. Скатываясь вниз по эволюционной лестнице, перерождаясь в деградирующих приматов, нивелируя свое естество до безликих мутантов, они неосознанно убивали нашу расу. С каждым новым появлением на свет, они становились всё хуже и хуже. Мимолётными темпами сокращая количество белых цветов на чёрном фоне безразличия. Мрази настолько оскотинились, что в итоге перекрасились в смеси сортов навоза. И только оставшимся гордым белым людям было суждено решать судьбы недолюдей. Под нож свиней, их туши на компост!
Он так же намеревался отдать торс трупа на съедение червям. Но поразмыслив, понял мудрый, что больший толк получится, если подкинуть кусок мяса, разукрашенный по канонам инэт-троллинга, под купол цырка, чтобы чувства жидоёбов оскорбить. Разделав грудину куском ржавой стали, чтобы причинить боль Сюзанне, которая варится в немыслимых пердях, Он с упоением вырвал сердце, с улыбкой кинув в пасть земли. Попутно разбросав остальные органы по кустам, зверям лесным на угощение.
Страница 16 из 23
