Фанфик по аниме «Высшая Школа Мертвецов».
Добавить в моё избранное
82 мин, 21 сек 17324
Польза от такого времяпровождения была колоссальна — я мог не опасаться ночных кошмаров, так как… приучал свое сознание к обстоятельствам. Да, мне приходилось смаковать — если такое определение применимо к почти что самым противным воспоминаниям в моей жизни — каждую деталь, каждую мелочь, каждую капельку крови и каждый ошметок мяса, каждое обглоданное тело, коих я во время променада по школе повидал немало, и каждый пустой взгляд немертвого… Но именно это позволит мне привыкнуть, не ощущать на себе дальнейших последствий.
Конечно же, есть у методики и обратная сторона — можно запросто сойти с ума, незаметно подменив цепочку «страх и отвращение — безразличие и некоторый азарт» на«страх и отвращение — кайф от трупов, убийств и кровищщи»… Но не зря же я посещал вдобавок к остальному еще и курсы психоанализа? Правда, разбираться в других людях этот курс не учил, но вот управлять собственной психикой — вполне.
Так вот, возлежал я, медитировал… Но внезапно моя медитация была прервана лаем, надо заметить — довольно громким. Мне пришлось незамедлительно прервать свои занятия — такой источник шума вблизи от дома нес непосредственную опасность привлечения зомби. Черт!
Я вскочил к кровати, и выбежал на балкон, где уже стоял Хирано — облаченный в армейскую разгрузку прямо поверх школьной формы. В одной руге он держал бинокль, вторую держал в непосредственной близости от стоящей тут же снайперской винтовки.
— Дело — дрянь! — отрапортовал он подбежавшему следом за мной Такаши и мне. Тот сразу схватил дробовик, держа его, впрочем, дулом в землю.
А псина заливалась лаем, который привлек еще одну — последнюю — бодрствующую обитательницу дома — Бусуджиму. Все остальные девчонки сладко сопели на диванах в гостиной.
— Как и ожидалось, — произнесла она, попросив бинокль, — становится только хуже.
— Демон! — вызверился Такаши, направляясь зачем-то обратно в комнату. — Как же меня это достало!
— Комура! — тут же позвал его Хирано.
— Чего тебе надо? — обернулся тот.
— Мы… стрелять по ним будем? — да он… идиот!
— Конечно! Людям помогать надо! — и этот кретин в розовых очках!
— Кретины!
— Ты главное забыл! — мы с Бусуджимой сказали хором. Переглянулись, и я незаметным кивком предложил ей продолжать, боясь, что замечаний от меня парни… не примут, да. Сам я отошел поближе к выходу.
Сайко, как я и рассчитывал, облекла всю тупость ситуации в рамки рационализма, умудрившись при этом еще и надавить на чувство, выражу это так, самца-защитника.
— Ты забыл, — повторила она, — что твари лезут на звук, Комура. — И легко здесь читался вопрос: «А как же мы?».
Но я недооценил жестокость девушки. Пройдя в комнату — единственную, где горел свет — и выключив его, она добавила последовавшему за ней Такаши:
— Более того — выжившие, пойдя на свет, приведут их сюда. В любом случае, даже расстреляв все патроны, нам не удастся всех спасти. Посуди сам — в этом новом, жестоком мире люди должны сами научиться выживать. А нет — так нет.
Такаши помрачнел.
— Знаешь, Бусуджима, — произнес он вслед уходящей девушке. — Я чувствую, что ты и сама не веришь в свои слова.
— Она просто излагает… факты. А решать — это привилегия каждого в отдельности, — что-то подсказало мне вмешаться. — Я прав, Сайко?
— Да, Накихито. Принимать это во внимание или нет — это уже другой вопрос.
И ушла.
Я отошел к Хирано, через несколько секунд к нам присоединился и Такаши. И мы втроем смотрели ужастик, подобный которому и врагу не пожелаешь.
Дом, в котором мы находились, расположен был на возвышенности — а потому мы с этого балкона могли наблюдать картины смерти целого квартала. Каждый из нас изначально смотрел за разными людьми — но… через некоторое время мы все вместе смотрели одну и ту же трагедию.
В том, что похождения высокого седовласого — лет сорока-пятидесяти — мужчины в одежде офисного клерка, бегущего рука об руку вместе с маленькой девочкой, закончатся, как и все остальные, мы не сомневались. Но с какой-то жуткой… жадностью ловили последние мгновения чужой жизни.
Вот мужчина, ведя девочку за руку, входит во двор двухэтажного дома. Двор хорошо защищенный, огражденный высокой — в человеческий рост — стеной. Странно, что хозяева дома — а они внутри, судя по свечению окон и лампы над крыльцом — не заперли калитку, но все может случиться в спешке…
В общем, мужчина искал в этом доме спасение. Бил кулаком дверь, наверняка умоляя пустить хоть не его, но девочку — все тщетно. Дверь оставалась глуха к мольбам… но не к угрозам. Стоило ему занести руку с зажатым в ней огромным разводным ключом — как дверь распахнулась, но не спасение пришло оттуда, а смерть. Смерть на острие самодельного копья из кухонного ножа и пластиковой ручки от швабры.
Конечно же, есть у методики и обратная сторона — можно запросто сойти с ума, незаметно подменив цепочку «страх и отвращение — безразличие и некоторый азарт» на«страх и отвращение — кайф от трупов, убийств и кровищщи»… Но не зря же я посещал вдобавок к остальному еще и курсы психоанализа? Правда, разбираться в других людях этот курс не учил, но вот управлять собственной психикой — вполне.
Так вот, возлежал я, медитировал… Но внезапно моя медитация была прервана лаем, надо заметить — довольно громким. Мне пришлось незамедлительно прервать свои занятия — такой источник шума вблизи от дома нес непосредственную опасность привлечения зомби. Черт!
Я вскочил к кровати, и выбежал на балкон, где уже стоял Хирано — облаченный в армейскую разгрузку прямо поверх школьной формы. В одной руге он держал бинокль, вторую держал в непосредственной близости от стоящей тут же снайперской винтовки.
— Дело — дрянь! — отрапортовал он подбежавшему следом за мной Такаши и мне. Тот сразу схватил дробовик, держа его, впрочем, дулом в землю.
А псина заливалась лаем, который привлек еще одну — последнюю — бодрствующую обитательницу дома — Бусуджиму. Все остальные девчонки сладко сопели на диванах в гостиной.
— Как и ожидалось, — произнесла она, попросив бинокль, — становится только хуже.
— Демон! — вызверился Такаши, направляясь зачем-то обратно в комнату. — Как же меня это достало!
— Комура! — тут же позвал его Хирано.
— Чего тебе надо? — обернулся тот.
— Мы… стрелять по ним будем? — да он… идиот!
— Конечно! Людям помогать надо! — и этот кретин в розовых очках!
— Кретины!
— Ты главное забыл! — мы с Бусуджимой сказали хором. Переглянулись, и я незаметным кивком предложил ей продолжать, боясь, что замечаний от меня парни… не примут, да. Сам я отошел поближе к выходу.
Сайко, как я и рассчитывал, облекла всю тупость ситуации в рамки рационализма, умудрившись при этом еще и надавить на чувство, выражу это так, самца-защитника.
— Ты забыл, — повторила она, — что твари лезут на звук, Комура. — И легко здесь читался вопрос: «А как же мы?».
Но я недооценил жестокость девушки. Пройдя в комнату — единственную, где горел свет — и выключив его, она добавила последовавшему за ней Такаши:
— Более того — выжившие, пойдя на свет, приведут их сюда. В любом случае, даже расстреляв все патроны, нам не удастся всех спасти. Посуди сам — в этом новом, жестоком мире люди должны сами научиться выживать. А нет — так нет.
Такаши помрачнел.
— Знаешь, Бусуджима, — произнес он вслед уходящей девушке. — Я чувствую, что ты и сама не веришь в свои слова.
— Она просто излагает… факты. А решать — это привилегия каждого в отдельности, — что-то подсказало мне вмешаться. — Я прав, Сайко?
— Да, Накихито. Принимать это во внимание или нет — это уже другой вопрос.
И ушла.
Я отошел к Хирано, через несколько секунд к нам присоединился и Такаши. И мы втроем смотрели ужастик, подобный которому и врагу не пожелаешь.
Дом, в котором мы находились, расположен был на возвышенности — а потому мы с этого балкона могли наблюдать картины смерти целого квартала. Каждый из нас изначально смотрел за разными людьми — но… через некоторое время мы все вместе смотрели одну и ту же трагедию.
В том, что похождения высокого седовласого — лет сорока-пятидесяти — мужчины в одежде офисного клерка, бегущего рука об руку вместе с маленькой девочкой, закончатся, как и все остальные, мы не сомневались. Но с какой-то жуткой… жадностью ловили последние мгновения чужой жизни.
Вот мужчина, ведя девочку за руку, входит во двор двухэтажного дома. Двор хорошо защищенный, огражденный высокой — в человеческий рост — стеной. Странно, что хозяева дома — а они внутри, судя по свечению окон и лампы над крыльцом — не заперли калитку, но все может случиться в спешке…
В общем, мужчина искал в этом доме спасение. Бил кулаком дверь, наверняка умоляя пустить хоть не его, но девочку — все тщетно. Дверь оставалась глуха к мольбам… но не к угрозам. Стоило ему занести руку с зажатым в ней огромным разводным ключом — как дверь распахнулась, но не спасение пришло оттуда, а смерть. Смерть на острие самодельного копья из кухонного ножа и пластиковой ручки от швабры.
Страница 19 из 24
