В старенькой раздолбанной машине даже на трассе трясло так, что вся троица предпочитала хранить молчание. Именно молчание, потому что тишину сохранять здесь было невозможно. Хлипкая «пятерка» издавала весь спектр звуков, начиная от скрипа где-то под капотом и заканчивая бешеным грохотом аппаратуры в багажнике…
Добавить в моё избранное
78 мин, 56 сек 4150
Он сотворил ад там, где находится земной рай. В благословенном месте. И он будет наказан на Небесах за своё деяние. Но сейчас он уверен в собственной правоте. Все годы он искал союзников, чтобы продолжить начатое: пропускать самых страшных грешников через священный огонь прямой дорогой в рай. Проще говоря, массово жечь людей. На вашем месте, мистер Ньютон, первым делом я бы проверил постель Отца Алексия. Не исключено, что именно под его подушкой уже лежит огарок свечи для новой порции грешников.
На этом Мухомор завершил свой рассказ и, всем своим видом показывая отсутствие интереса к собеседнику, принялся грызть ноготь большого пальца на правой ноге. Инстинктивно отшатнувшись от мерзкого зрелища, Крис перевел взгляд на батюшку, который всё это время казался милейшим и безобиднейшим существом. Тень добра, передаваемого молитвами в массы, ушла с его задумчиво-умиротворенного лица. Теперь во взгляде явно виделась дьявольщина, перемешанная с нотками сумасшествия. Мягкий успокаивающий баритон стал раздражать нервную систему, будто он читал черную мессу.
— По батюшке сохнешь? — прошептала Веста Крису прямо в ухо и осталась довольно результатом. Он дернулся так сильно, будто она ударила его шокером.
— Смотри, дружище, в восьмидесятые не было понятия толерантности, — ядовито выплюнула ему в лицо она последнюю фразу, едва сдерживая себя, чтобы не раскричаться на этого увальня, который ни на что не способен, кроме как глазеть по сторонам.
— Веста, — прошептал он, — каждый, кто находится здесь, смертельно опасен. В окружении всех этих людей мы можем просто не дожить до священного огня.
— Да что ты говоришь, — с едким сарказмом протянула она, — а я и не знала!
Она не ожидала, что он позволит себе буквально вытолкать её из столовой и за шею оттащить в темный угол в вестибюле.
— Слушай меня сюда, детка, — ответил он ей тем же тоном, что и она говорила ему в столовой. — Я узнал, кто сожжет нас сегодня ночью. Осталось собрать факты и доказательства, пока нас не уложили по постелям. Отбой через двадцать минут. А еще через двадцать ты сгоришь в собственных испражнениях, поскольку твоё тело перестанет контролировать процессы, которые происходят внутри него. И либо сейчас мы объединяемся, либо каждый сам за себя.
— Убери от меня руки, слизняк! — воскликнула она командным тоном, не терпящим возражений. — Мне плевать, что ты там такое узнал, если вдруг начал считать себя лидером в нашей команде! Учти, в собственных испражнениях гореть мы будем вместе, в соседних палатах, поэтому в твоих интересах закрыть свой рот и послушать, что скажу тебе я!
— Я достаточно наслушался тебя за все эти годы! Веста самая умная, спросите Весту, Веста знает, — передразнил Крис Игнатова, который только юридически оставался начальником. — Ты зеленая соплячка, которая испоганила всё, что мы строили вместе многие годы!
— Да ваша фирма сложилась бы как карточный домик в первую же волну кризиса, если бы я не привлекла инвесторов со стороны! — прошипела она ему в лицо, прижатая к стенке.
— Мы и без тебя много лет неплохо держались на плаву, зато у нас был отличный коллектив, а не гадюшник, который ты устроила в головном офисе сейчас!
— Вот именно, что вы держались на плаву! Плыли по течению как кусок фекалий в сточных водах! А сейчас благодаря мне эта шаражкина контора смогла открыть филиалы в трех городах страны! Благодаря мне мы можем пережить не только первую волну, но и весь кризис целиком! Благодаря мне вы с Вадимом можете получать стабильный доход, а кроме зависти и злости в свой адрес я не слышала ничего и никогда! Неблагодарные сволочи! Таких как вы священным огнем не очистить!
Веста вырвалась и влепила пощечину Крису, не в силах больше сдерживать свой гнев. Неконтролируемая волна злости захлестнула её с головой и вырвалась наружу, снося все преграды на своем пути. Она видела лицо Криса перекошенное от зависти и, словно в замедленной съемке, увидела кулак, занесенный в её сторону. В этот же момент её воспаленный мозг пронзила молния.
— Сережа! — воскликнула она, и Крис замер. Сережей его называла только мама. Для всех остальных он всегда был просто Крис. Прозвище, полученное от его фамилии — Кресов. И уж тем более, он не ожидал, что когда-то Веста обратится к нему по имени. Это было настолько внезапно, что он остолбенел.
— В этой компании мы оказались не просто так, — выдохнула она. — Мы и есть недостающие детали головоломки.
Они сидели вдвоем плечом к плечу, прислонившись к теплой батарее. Наверху психов укладывали по постелям. Это означало, что до мгновения икс осталось около двадцати трех минут. Часы тикали, а Веста с Крисом оказались в тупике.
— Я олицетворение гнева. Признаю, что я не всегда могу справиться со вспышками ярости. Но сейчас поздно каяться. За себя могу сказать, что под моей подушкой огарка свечи нет, — сказала Веста.
На этом Мухомор завершил свой рассказ и, всем своим видом показывая отсутствие интереса к собеседнику, принялся грызть ноготь большого пальца на правой ноге. Инстинктивно отшатнувшись от мерзкого зрелища, Крис перевел взгляд на батюшку, который всё это время казался милейшим и безобиднейшим существом. Тень добра, передаваемого молитвами в массы, ушла с его задумчиво-умиротворенного лица. Теперь во взгляде явно виделась дьявольщина, перемешанная с нотками сумасшествия. Мягкий успокаивающий баритон стал раздражать нервную систему, будто он читал черную мессу.
— По батюшке сохнешь? — прошептала Веста Крису прямо в ухо и осталась довольно результатом. Он дернулся так сильно, будто она ударила его шокером.
— Смотри, дружище, в восьмидесятые не было понятия толерантности, — ядовито выплюнула ему в лицо она последнюю фразу, едва сдерживая себя, чтобы не раскричаться на этого увальня, который ни на что не способен, кроме как глазеть по сторонам.
— Веста, — прошептал он, — каждый, кто находится здесь, смертельно опасен. В окружении всех этих людей мы можем просто не дожить до священного огня.
— Да что ты говоришь, — с едким сарказмом протянула она, — а я и не знала!
Она не ожидала, что он позволит себе буквально вытолкать её из столовой и за шею оттащить в темный угол в вестибюле.
— Слушай меня сюда, детка, — ответил он ей тем же тоном, что и она говорила ему в столовой. — Я узнал, кто сожжет нас сегодня ночью. Осталось собрать факты и доказательства, пока нас не уложили по постелям. Отбой через двадцать минут. А еще через двадцать ты сгоришь в собственных испражнениях, поскольку твоё тело перестанет контролировать процессы, которые происходят внутри него. И либо сейчас мы объединяемся, либо каждый сам за себя.
— Убери от меня руки, слизняк! — воскликнула она командным тоном, не терпящим возражений. — Мне плевать, что ты там такое узнал, если вдруг начал считать себя лидером в нашей команде! Учти, в собственных испражнениях гореть мы будем вместе, в соседних палатах, поэтому в твоих интересах закрыть свой рот и послушать, что скажу тебе я!
— Я достаточно наслушался тебя за все эти годы! Веста самая умная, спросите Весту, Веста знает, — передразнил Крис Игнатова, который только юридически оставался начальником. — Ты зеленая соплячка, которая испоганила всё, что мы строили вместе многие годы!
— Да ваша фирма сложилась бы как карточный домик в первую же волну кризиса, если бы я не привлекла инвесторов со стороны! — прошипела она ему в лицо, прижатая к стенке.
— Мы и без тебя много лет неплохо держались на плаву, зато у нас был отличный коллектив, а не гадюшник, который ты устроила в головном офисе сейчас!
— Вот именно, что вы держались на плаву! Плыли по течению как кусок фекалий в сточных водах! А сейчас благодаря мне эта шаражкина контора смогла открыть филиалы в трех городах страны! Благодаря мне мы можем пережить не только первую волну, но и весь кризис целиком! Благодаря мне вы с Вадимом можете получать стабильный доход, а кроме зависти и злости в свой адрес я не слышала ничего и никогда! Неблагодарные сволочи! Таких как вы священным огнем не очистить!
Веста вырвалась и влепила пощечину Крису, не в силах больше сдерживать свой гнев. Неконтролируемая волна злости захлестнула её с головой и вырвалась наружу, снося все преграды на своем пути. Она видела лицо Криса перекошенное от зависти и, словно в замедленной съемке, увидела кулак, занесенный в её сторону. В этот же момент её воспаленный мозг пронзила молния.
— Сережа! — воскликнула она, и Крис замер. Сережей его называла только мама. Для всех остальных он всегда был просто Крис. Прозвище, полученное от его фамилии — Кресов. И уж тем более, он не ожидал, что когда-то Веста обратится к нему по имени. Это было настолько внезапно, что он остолбенел.
— В этой компании мы оказались не просто так, — выдохнула она. — Мы и есть недостающие детали головоломки.
Они сидели вдвоем плечом к плечу, прислонившись к теплой батарее. Наверху психов укладывали по постелям. Это означало, что до мгновения икс осталось около двадцати трех минут. Часы тикали, а Веста с Крисом оказались в тупике.
— Я олицетворение гнева. Признаю, что я не всегда могу справиться со вспышками ярости. Но сейчас поздно каяться. За себя могу сказать, что под моей подушкой огарка свечи нет, — сказала Веста.
Страница 18 из 23
