Адаптация Акрид

— А сами как думаете?

— Я думаю, ни на каком психиатрическом учете она не состоит. Думаю, никакого птичьего гриппа у нее не обнаруживали. И никуда ее не перевозили. И вообще, ГУЧС здесь не причем. Еще я думаю, что охранник действительно видел НЛО!

— Ответы, агент Молчанов, — скрипит Хроник. — Чтобы получить их, нужно ставить правильные вопросы.

— Я думал, вы хотите мне помочь.

— Мое присутствие здесь это доказывает. Я многим рискую.

— Кто она такая? Жертва похищения?

— Она послание.

— Для кого?

— Те, кому это послание предназначалось, все поняли. Можете не сомневаться. И не делайте такое гневное лицо, прошу вас… Я готов помогать вам, агент Молчанов. Вы это знаете. Но не в этот раз.

— Но почему, черт побери? Ведь она живой свидетель, ведь она доказательство…

— Слишком многое поставлено на карту! Даже я не смогу вам помочь, если вы сделаете неверный шаг. А я, зная вас, могу утверждать с уверенностью — вы его сделаете.

— Дайте мне подсказку! Скажите, с чего начинать. О большем я не прошу.

— Все подсказки у вас на руках, агент Молчанов. Они в вашем прошлом.

— Значит, связь есть?

Хроник молчит.

— Впервые я увидел этот рисунок в отчете о вскрытии Бражника. Это художник, который…

— Я знаю, о ком идет речь. Вы интересовались, за что его упекли в психушку?

— За вольнодумство, надо полагать.

— Эх, Молчанов! И вы туда же! Ваше поколение слишком долго пичкали ужасами советской карательной психиатрии. Нет, у нас конечно случались перегибы… Но тот случай с профессиональной деятельностью гражданина Бражника был никак не связан.

— Вот как? К сожалению, я так и не достал материалы по его, так сказать, болезни. Я полагал…

— Досадное упущение. Его закрыли не за его дикую мазню. Хотя стоило бы! Нет. Он был запойный алкоголик. Очень агрессивный, судимый за хулиганство. Кидался на людей. А еще он утверждал, что слышит голоса. И что его похищали…

Мне захотелось с размаху впечататься головой в толстое стекло витрины. Ну почему мне не пришло в голову копать там, в прошлом?

— Значит, вылечить его не смогли и…

— И то, что находилось в нем, перешло по наследству к его ученику. А от него — к Нильской. А затем к ее поклоннику, которого вывел из игры меткий выстрел агента Спицыной.

— Я видел «это» в действии. Не знаю, как сказать… это было воплощенное зло! В какой-то момент, я видел, как потянулись эти щупальца… Я только не знал природы этой… этой субстанции.

Снова лягушачья улыбка:

— Да-да, агент Молчанов. У этого «зла» внеземное происхождение. Тварь погибла. А работы — они велись раньше, они продолжаются и по сей день.

— Что это за работы?

— Разработка механизма адаптации, — отчеканил Хроник. — Видовой гибрид.

Я молчал, пытаясь осмыслить сказанное.

— Этим посланием, — продолжал Хроник. — Наши… хмм… коллеги пытаются сказать нам — мы знаем, чем вы занимаетесь. Отсюда, сверху, нам все прекрасно видно! Вы тянете время, и продолжаете свои бестолковые эксперименты. Но вас это не спасет. Обратный отсчет запущен.

— Постойте, эта девушка, она — материал исследований? Значит этот рисунок, он…

Без ответа.

— Куда они увезли ее? Эти ребята, якобы из эпидем-надзора? Тип с зубочисткой?

— Вам незачем знать, куда ее увезли! Эти люди некомпетентны. Она уйдет от них, как песок сквозь пальцы. То, о чем вам стоит подумать — это куда она направится после…

— Предполагается, что я знаю это место?

— Желаю удачи, агент Молчанов. Она вам понадобится. А лучше прислушайтесь к моему совету — бросьте это дело!

Степенно и неторопливо, Хроник уходит. По дороге он бросает взгляды на витрины, и на мученическом лице читается неподдельное, почти детское любопытство.

Дорз длинный и худой, как щепка, носит очки-велосипед, нос крючком, распущенные волосы до плеч (на улице его часто принимают за девицу), на нем черная футболка «Гр. Об.» и драные джинсы.

Торбинс — невысокий и лысеющий толстячок в очках с крупными диоптриями, одет в клетчатую рубашку, поверх нее — вязаная безрукавка с оленями.

Бейсик выглядит представительнее остальных. Он работает в статистическом департаменте («потихоньку внедряюсь») Одет, как типичный госслужащий (так же, как и я) — темный костюм, скучный галстук. Короткие усики под носом. Отец его, как и мой, принадлежал к министерской номенклатуре. По паспорту он Фидель Владленович.

Эти трое представляют собой редакцию журнала «Заурядные метеозонды» в полном составе. А еще они — моя последняя надежда.

Редакция расположена в подвале, за железной дверью, оснащенной видеокамерами, множеством замков и сложной системой сигнализации.