Михаэль, как называл себя он сам, а для других просто Миша Вейбер, захлопнул книгу «100 великих инквизиторов» и прикрыл уставшие от чтения и красные от постоянного недосыпа глаза. Весёлый галдёж Вики и Тима раздражал его даже больше чем надменное молчание Эллы. А уж приглушённый матерок физрука в адрес ям и кочек, и вовсе бесил до невозможности…
Добавить в моё избранное
58 мин, 4 сек 9193
— взвизгнула Вика, — Canis, вы слышите?! Я должна их увидеть!
Юркой змейкой девушка выскальзывает из-под учителя, и, поправляя на бегу одежду, исчезает в ближайших кустах.
Место, в которое лесник привёл ребят, будто сошло со средневековой гравюры. Черепа, идолы, жертвенный алтарь — всё это не выглядело заброшенным. Наоборот, капищем явно кто-то пользуется, причём регулярно. Сердце Михаэля сладко забилось от волнения — такая удача выпадает лишь раз в жизни! Залюбовавшись обителью древнего языческого зла, юный инквизитор выпустил из поля зрения своего проводника… а зря. Невнимательность могла стоить ему жизни.
— Апчхи! — громко чихнул Вейбер от залетевшей в нос пушинки. При этом резко наклонился вперёд, и в этот же момент посох языческого жреца просвистел мимо его головы.
Лесник витиевато выругался и снова замахнулся на мальчишку.
«Вот он — мой звёздный час!» — Михаэль театральным жестом выхватил из-за пазухи большой серебряный крест. Направив его на язычника, он силился вспомнить какую-нибудь молитву, но от волнения в голову не приходило ни одной.
— Adveniat Regnum Tuum! — выпалил сгоряча Михаэль девиз католического ордена ассумпционистов. Сам себе он казался суровым и грозным. Он ждал, что язычник покорно падёт ниц, моля о пощаде, но…
Как всё же здорово бежать через ночной лес, не разбирая дороги! По колючим кустам, оставив в них чуть ли не половину майки, но совершенно не ощущая боли от царапин — припадок энтузиазма нёс Викторию будто на крыльях. Вот-вот за ближайшим деревом покажется красавец-волк, не чучело, как в кружке юных биологов, не видеозапись, как на канале Animal Planet, а самый что ни на есть всамделишный! Но тут чьи-то руки внезапно хватают и резко разворачивают назад:
— Я слышал, что блондинки не отличаются сообразительностью, но ты среди них просто звезда! Скажи-ка, пупсик, ты на что рассчитывала, рванув сломя голову в ночной лес, ещё и на вой волков?! — Парамонов был не на шутку рассержен.
«Упс… — догадка была очевидной до банальности — и как она не пришла в голову Вики чуть раньше? — Homo sapiens вполне пригодны в пищу для Canis!»
Но не успела девушка запоздало испугаться, как была бесцеремонно взвалена на плечо и унесена прочь. Езда на учителе, да ещё в такой неудобной позе — задом кверху, немного смущала, но вырываться не имело никакого смысла… да и не очень-то хотелось — лучше ехать на физруке, чем царапать о бурелом и так исцарапанные ноги.
Вика почувствовала жгучее разочарование, когда поняла, что учитель несёт её в домик, а не на ту самую поляну, чтобы продолжить начатое. Ну а когда Парамонов без объяснений зашвырнул её внутрь и запер дверь, сам оставшись снаружи, возмущению будущего светила науки просто не было предела:
— Виктор Романович! Что вы делаете?! Зачем?!
— Ложись спать, бестия. Ты уже достаточно на сегодня начудила. Спокойной ночи, — послышался раздражённый и бесконечно усталый голос снаружи.
Спокойной ночи?! Да Виктория ещё никогда не ощущала себя такой взволнованной, даже когда ей посчастливилось увидеть окаменевшего мамонта в музее зоологии!
— Выпустите меня!
Но физрук невозмутимо отошёл от домика, оставив Вику одну.
— Викторромановииич! — крик в любой момент готов был сорваться на визг. Пришлось орать минут пять, пока физрук не соизволил освободить пленницу.
— Это жестоко! Это непедагогично! Это… это… — словарный запас иссяк, а когда такое происходит, в ход идут более весомые аргументы. Вика схватила первое, что попалось ей под руку, и изо всех сил швырнула вещь в учителя. И, наблюдая за траекторией полёта, с облегчением осознала, что это всего лишь подушка, а не что-то более тяжёлое и смертоносное.
Подушка пролетела через всю комнату и стукнула собравшегося дезертировать с поля брани учителя по загривку.
«Упс»… — снова с опозданием испугалась Вика, видя, как тот оборачивается. Тяжёлый взгляд Парамонова не предвещал ничего хорошего. Остаётся только постараться слиться с окружающей средой, забиться в самый дальний угол и изобразить искреннее раскаяние… Вдруг физрук не слишком зол? Как бы хотелось в это верить…
— Фролова, ты мой персональный кошмар на сегодняшний вечер… Желаешь в гроб меня вогнать во цвете лет? — учитель горестно вздохнул, наклоняясь к комоду… и тут в Вику полетела целая подушечная очередь. Причём кидал физрук, а в прошлом мастер спорта по толканию ядра, весьма профессионально. Девчонка, едва не сбитая с ног мягкими снарядами, справедливо решила, что остаться в живых в такой ситуации есть всего один шанс — спасаться бегством, причём немедленно!
Вика выскочила во двор и принялась судорожно шарить глазами по окрестностям с целью найти, куда бы спрятаться от рассерженного учителя. От двух следующих подушек ей удалось увернуться — а вот мангалу и стоящей на столе полупустой бутылке нет.
Юркой змейкой девушка выскальзывает из-под учителя, и, поправляя на бегу одежду, исчезает в ближайших кустах.
Место, в которое лесник привёл ребят, будто сошло со средневековой гравюры. Черепа, идолы, жертвенный алтарь — всё это не выглядело заброшенным. Наоборот, капищем явно кто-то пользуется, причём регулярно. Сердце Михаэля сладко забилось от волнения — такая удача выпадает лишь раз в жизни! Залюбовавшись обителью древнего языческого зла, юный инквизитор выпустил из поля зрения своего проводника… а зря. Невнимательность могла стоить ему жизни.
— Апчхи! — громко чихнул Вейбер от залетевшей в нос пушинки. При этом резко наклонился вперёд, и в этот же момент посох языческого жреца просвистел мимо его головы.
Лесник витиевато выругался и снова замахнулся на мальчишку.
«Вот он — мой звёздный час!» — Михаэль театральным жестом выхватил из-за пазухи большой серебряный крест. Направив его на язычника, он силился вспомнить какую-нибудь молитву, но от волнения в голову не приходило ни одной.
— Adveniat Regnum Tuum! — выпалил сгоряча Михаэль девиз католического ордена ассумпционистов. Сам себе он казался суровым и грозным. Он ждал, что язычник покорно падёт ниц, моля о пощаде, но…
Как всё же здорово бежать через ночной лес, не разбирая дороги! По колючим кустам, оставив в них чуть ли не половину майки, но совершенно не ощущая боли от царапин — припадок энтузиазма нёс Викторию будто на крыльях. Вот-вот за ближайшим деревом покажется красавец-волк, не чучело, как в кружке юных биологов, не видеозапись, как на канале Animal Planet, а самый что ни на есть всамделишный! Но тут чьи-то руки внезапно хватают и резко разворачивают назад:
— Я слышал, что блондинки не отличаются сообразительностью, но ты среди них просто звезда! Скажи-ка, пупсик, ты на что рассчитывала, рванув сломя голову в ночной лес, ещё и на вой волков?! — Парамонов был не на шутку рассержен.
«Упс… — догадка была очевидной до банальности — и как она не пришла в голову Вики чуть раньше? — Homo sapiens вполне пригодны в пищу для Canis!»
Но не успела девушка запоздало испугаться, как была бесцеремонно взвалена на плечо и унесена прочь. Езда на учителе, да ещё в такой неудобной позе — задом кверху, немного смущала, но вырываться не имело никакого смысла… да и не очень-то хотелось — лучше ехать на физруке, чем царапать о бурелом и так исцарапанные ноги.
Вика почувствовала жгучее разочарование, когда поняла, что учитель несёт её в домик, а не на ту самую поляну, чтобы продолжить начатое. Ну а когда Парамонов без объяснений зашвырнул её внутрь и запер дверь, сам оставшись снаружи, возмущению будущего светила науки просто не было предела:
— Виктор Романович! Что вы делаете?! Зачем?!
— Ложись спать, бестия. Ты уже достаточно на сегодня начудила. Спокойной ночи, — послышался раздражённый и бесконечно усталый голос снаружи.
Спокойной ночи?! Да Виктория ещё никогда не ощущала себя такой взволнованной, даже когда ей посчастливилось увидеть окаменевшего мамонта в музее зоологии!
— Выпустите меня!
Но физрук невозмутимо отошёл от домика, оставив Вику одну.
— Викторромановииич! — крик в любой момент готов был сорваться на визг. Пришлось орать минут пять, пока физрук не соизволил освободить пленницу.
— Это жестоко! Это непедагогично! Это… это… — словарный запас иссяк, а когда такое происходит, в ход идут более весомые аргументы. Вика схватила первое, что попалось ей под руку, и изо всех сил швырнула вещь в учителя. И, наблюдая за траекторией полёта, с облегчением осознала, что это всего лишь подушка, а не что-то более тяжёлое и смертоносное.
Подушка пролетела через всю комнату и стукнула собравшегося дезертировать с поля брани учителя по загривку.
«Упс»… — снова с опозданием испугалась Вика, видя, как тот оборачивается. Тяжёлый взгляд Парамонова не предвещал ничего хорошего. Остаётся только постараться слиться с окружающей средой, забиться в самый дальний угол и изобразить искреннее раскаяние… Вдруг физрук не слишком зол? Как бы хотелось в это верить…
— Фролова, ты мой персональный кошмар на сегодняшний вечер… Желаешь в гроб меня вогнать во цвете лет? — учитель горестно вздохнул, наклоняясь к комоду… и тут в Вику полетела целая подушечная очередь. Причём кидал физрук, а в прошлом мастер спорта по толканию ядра, весьма профессионально. Девчонка, едва не сбитая с ног мягкими снарядами, справедливо решила, что остаться в живых в такой ситуации есть всего один шанс — спасаться бегством, причём немедленно!
Вика выскочила во двор и принялась судорожно шарить глазами по окрестностям с целью найти, куда бы спрятаться от рассерженного учителя. От двух следующих подушек ей удалось увернуться — а вот мангалу и стоящей на столе полупустой бутылке нет.
Страница 9 из 17
