Во тьме слышны её шаги. Слепой порыв навстречу. Прильнуть к её груди, прижаться всем сердцем…
Добавить в моё избранное
55 мин, 54 сек 18333
Среди капризных, незрелых девочек, не имеющих ещё собственного мнения и придерживающихся сокровенных (а порой, откровенно глупых) наставлений матерей и бабок, Валентина выглядела прелестной жизнерадостной ланью среди стада молоденьких тёлочек. Завистницы долго и зло шептались о её густых вьющихся локонах, о ладно сформировавшейся фигуре, приковывающей к себе мужские взгляды, о непринуждённо изящных манерах, до которых подрастающим кокеткам было ой как далеко. Её успехи в учёбе радовали преподавателей и говорили о светлом рациональном уме, хорошо развитых способностях и об устоявшемся характере. Однако мало кто замечал, что в сердце этой девушки живёт любовь, чистая и искренняя, любовь ко всему живому, ко всему миру. Это прелестное создание было рождено для любви. Люди тянулись к ней. Она с лёгкостью заводила подруг, многие из которых, движимые всё той же завистью или же чувством собственной неполноценности, стали её молчаливыми недоброжелателями. Именно молчаливыми, потому как в светлом обществе Валентины, буквально источающей негу и благодушие, все они оказывались совершенно обезоруженными.
Стоит ли говорить о том, что у нашей героини отбою не было от поклонников. К их сожалению, все они без исключения потерпели неудачу. Капризы судьбы непредсказуемы, и сердце своё девушка отдала одному-единственному избраннику, тому, на кого ей указала всемогущая десница природы. Эта история любви была настолько таинственна и необычна, что в одночасье породила немыслимое множество домыслов, в большинстве своём весьма далёких от истины. Большинство учениц, узнай всю правду, как она есть, все как одна пришли бы в ужас, сродни тому, что много позже поселился в стенах гимназии.
Вся интрига состояла в том, что тайного воздыхателя Валентины никто толком не видел, никто не знал его имени (девушка ни разу не называла его при посторонних) и из какой семьи он происходил. Обстоятельства их знакомства также были никому неизвестны: гимназистки весьма редко покидали стены своей обители и то с разрешения руководителя и на строго определённое время, но и в этих случаях мало когда оставались наедине с собой. Тем не менее, весьма узкому кругу стало известно, что чуть ли не каждую ночь этот господин появляется неподалёку от гимназии и терпеливо ждёт под окнами, стараясь держаться менее освещённых мест. Валентина с плохо скрываемым трепетом ожидала означенного часа, устроившись у окна со свечой и книгою. Как только в поле зрения оказывался силуэт фигуры таинственного кавалера, девушка вне себя от радости немедленно спешила к нему. То, с какими уловками она ухитрялась выбираться из стен училища, донельзя поражало её соседок. Эти ночные вылазки были весьма опасны: было бы достаточно всего лишь одного доноса, чтобы затем последовало исключение за нарушение устава гимназии. Всегда отличавшуюся примерным поведением Валентину с наступлением ночи было не узнать. Казалось, её вовсе не заботило то обстоятельство, что все эти авантюры могли привести к крупному скандалу и, как следствие, бесчестью в глазах общества.
Страх стал неведом ей. Она была влюблена, а значит, сильна как никогда. С нетерпением ожидала Валентина наступления сумерек, и каждый раз с горячо бьющимся сердцем спешила в объятия своего возлюбленного. Да, это была любовь, недоступная понимаю неискушённых, боязливых и ограниченных душ. Любовь, что гораздо сильнее лицемерной морали, родительских наказов и религиозных догм, в равной степени тёмная, в равной степени божественная. Любовники проводили вместе часы напролёт, и лишь утро было в силах разлучить их. Ночь отворяла для них свои дивные чертоги, что служили надёжным убежищем для любящих сердец. Это был мир, вне времени и пространства, полный чудес, пылких чувств и страстей, порождаемых огнём и льдом двух молодых тел. Она отдавалась ему с той пылкой страстью единения, зная, что нет выше желания, кроме потребности принадлежать ему и только ему. С зарею, она, словно одурманенная, возвращалась в пансион, а её загадочный любовник, подобно тени, исчезал вместе с отступающей тьмой…
Гимназисток одолевало страшное любопытство и чтобы удовлетворить его, они пошли на хитрость. Ценой щедрых посулов они подговорили престарелую кухарку, бывшую при гимназии, женщину глупую и недалёкую. Охочая до свежих сплетен, она помимо прочего страсть как любила рассказывать о том, как довелось ей одно время прислуживать в графском доме. Согласно уговору, она должна была ближайшей ночью проследить за Валентиной и узнать, что за кавалер навещает девушку. Незадачливая кухарка исполнила наказ, о чём ей пришлось горько пожалеть. После той слежки, когда она бесстыдно подглядывала за молодыми влюблёнными, с ней случился нервный припадок, и вызнать что-либо у неё продолжительное время было невозможно. Бедная старуха заперлась в своей коморке и, до утра не смыкая глаз, неистово молилась богородице и всем святым, каких только сумела припомнить. Лишь через три дня она осмелилась заговорить и шёпотом, через слово кляня себя, поведала девушкам о том, что видела той «проклятущей ночью».
Стоит ли говорить о том, что у нашей героини отбою не было от поклонников. К их сожалению, все они без исключения потерпели неудачу. Капризы судьбы непредсказуемы, и сердце своё девушка отдала одному-единственному избраннику, тому, на кого ей указала всемогущая десница природы. Эта история любви была настолько таинственна и необычна, что в одночасье породила немыслимое множество домыслов, в большинстве своём весьма далёких от истины. Большинство учениц, узнай всю правду, как она есть, все как одна пришли бы в ужас, сродни тому, что много позже поселился в стенах гимназии.
Вся интрига состояла в том, что тайного воздыхателя Валентины никто толком не видел, никто не знал его имени (девушка ни разу не называла его при посторонних) и из какой семьи он происходил. Обстоятельства их знакомства также были никому неизвестны: гимназистки весьма редко покидали стены своей обители и то с разрешения руководителя и на строго определённое время, но и в этих случаях мало когда оставались наедине с собой. Тем не менее, весьма узкому кругу стало известно, что чуть ли не каждую ночь этот господин появляется неподалёку от гимназии и терпеливо ждёт под окнами, стараясь держаться менее освещённых мест. Валентина с плохо скрываемым трепетом ожидала означенного часа, устроившись у окна со свечой и книгою. Как только в поле зрения оказывался силуэт фигуры таинственного кавалера, девушка вне себя от радости немедленно спешила к нему. То, с какими уловками она ухитрялась выбираться из стен училища, донельзя поражало её соседок. Эти ночные вылазки были весьма опасны: было бы достаточно всего лишь одного доноса, чтобы затем последовало исключение за нарушение устава гимназии. Всегда отличавшуюся примерным поведением Валентину с наступлением ночи было не узнать. Казалось, её вовсе не заботило то обстоятельство, что все эти авантюры могли привести к крупному скандалу и, как следствие, бесчестью в глазах общества.
Страх стал неведом ей. Она была влюблена, а значит, сильна как никогда. С нетерпением ожидала Валентина наступления сумерек, и каждый раз с горячо бьющимся сердцем спешила в объятия своего возлюбленного. Да, это была любовь, недоступная понимаю неискушённых, боязливых и ограниченных душ. Любовь, что гораздо сильнее лицемерной морали, родительских наказов и религиозных догм, в равной степени тёмная, в равной степени божественная. Любовники проводили вместе часы напролёт, и лишь утро было в силах разлучить их. Ночь отворяла для них свои дивные чертоги, что служили надёжным убежищем для любящих сердец. Это был мир, вне времени и пространства, полный чудес, пылких чувств и страстей, порождаемых огнём и льдом двух молодых тел. Она отдавалась ему с той пылкой страстью единения, зная, что нет выше желания, кроме потребности принадлежать ему и только ему. С зарею, она, словно одурманенная, возвращалась в пансион, а её загадочный любовник, подобно тени, исчезал вместе с отступающей тьмой…
Гимназисток одолевало страшное любопытство и чтобы удовлетворить его, они пошли на хитрость. Ценой щедрых посулов они подговорили престарелую кухарку, бывшую при гимназии, женщину глупую и недалёкую. Охочая до свежих сплетен, она помимо прочего страсть как любила рассказывать о том, как довелось ей одно время прислуживать в графском доме. Согласно уговору, она должна была ближайшей ночью проследить за Валентиной и узнать, что за кавалер навещает девушку. Незадачливая кухарка исполнила наказ, о чём ей пришлось горько пожалеть. После той слежки, когда она бесстыдно подглядывала за молодыми влюблёнными, с ней случился нервный припадок, и вызнать что-либо у неё продолжительное время было невозможно. Бедная старуха заперлась в своей коморке и, до утра не смыкая глаз, неистово молилась богородице и всем святым, каких только сумела припомнить. Лишь через три дня она осмелилась заговорить и шёпотом, через слово кляня себя, поведала девушкам о том, что видела той «проклятущей ночью».
Страница 9 из 16
