За много-много лет до происходящих событий.
Добавить в моё избранное
17 мин, 42 сек 17372
Мысль отделиться и вернуться домой не вызывала энтузиазма по двум причинам. Первая — в опускающихся потемках можно легко заблудиться, а плутать лучше вместе. Вторая — оставить вдвоем, посреди леса, пьяного, упертого Жерара и усталую Анри? Нет, ни за что. Так что пришлось плестить за ними, временами пытаясь взывать к чувству разума, покинувшего Жерара, и втихую поддерживать себя бутылкой вина, прихваченной обстоятельным Бертраном из особняка.
— Жерар, ну действительно, давай уже вернемся, завтра поищем. Смотри, Анри уже еле идет, — Ксавье попробовал еще раз достучаться до друга, отпил глоток из бутылки и протянул ее Ричарду.
— Нет, вы не понимаете, нужно обязательно сегодня! Посмотрите на небо — сегодня же полнолуние, а завтра уже нет!
Все послушно задрали головы, но среди еловых веток клубилась одна тьма, от одного вида которой хотелось поежиться. Первым очнулся Бертран. Он хоть и пил наравне со всеми, но из-за своей комплекции пребывал в менее пьяном состоянии, чем друзья.
— Жерар, очнись, какая луна? Солнце еще не село. Кстати… — Бертран запнулся от одной чрезвычайно умной мысли, только пришедшей в голову. — У кого-нибудь есть фонарик? Я все понимаю — Луна, романтика, но как мы обратно возвращаться-то будем?
Троица самых уставших — Анри-Ксавье-Ричард — растерянно переглянулась, даже Жерар на мгновение утерял свой энтузиазм.
— Там наверняка должны быть свечи, — неуверенно предположил он.
— Допустим, — Бертран стоял с непоколебимостью скалы. — У кого есть спички, зажигалка, огниво, карманная молния или благоволение богов, чтобы суметь поджечь свечу? — Бертран иронизировал, что означало одно: терпение здоровяка скоро закончится. Обычно он бывал менее многословен и куда менее саркастичен.
— Признавайтесь, — Бертран тяжело оглядел притихших друзей.
— Ладно, — сдался Жерар. — Давайте проверим вон за теми деревьями, и если ничего не найдем, вернемся обратно.
Дом оказался там. Точно такой же, как его запомнил Ксавье. Серый, каменный, заросший пепельным мхом. Умершие деревья все также продолжали тянуться к нему черными сучковатыми ветками-крючьями. Только вот в прошлые разы он все это видел под ярким солнечным светом, а теперь последние отблески солнца быстро таяли над верхушками деревьев, окрашивая окна в кроваво-красные цвета заката.
— Пойдемте отсюда, — в застывшую тишину вплелся дрожащий голос Анри, крепко вцепившейся в руку Жерара.
— Ты что, боишься? — насмешливо улыбнулся тот и поцеловал девушку в лоб.
— Да, — Анри даже не улыбнулась, лишь покрепче сжала пальцы.
— Признаться, мне тоже не по себе, — задумчиво обронил Бертран. — Что-то странное в этом доме. Это я вам как архитектор говорю. Что-то с пропорциями, только никак не могу понять, что именно.
Бертран готовился защищать на следующей неделе свой дипломный проект, так что «господин архитектор» его можно было называть почти без натяжки. Никто не сомневался, что он защитится, причем на высший бал.
— Ой, да ладно вам, трусишки какие, — шутливо отозвал Жерар, обнимая Анри. — Вам что, по десять лет, чтобы бояться каких-то старых домов? Давайте, пошли по-быстрому заглянем, может найдем фонарь или свечи, и домой. Ну или заночуем там. Делов-то.
И Жерар потащил девушку ко входу.
Ксавье всеми фибрами души поддерживал нежелание Бертрана приближаться к Дому, но после сравнения с пугливыми детьми оставаться возле кромки леса оказалось просто стыдно. Он с тоской покосился через плечо. Лес, такой пугающий и неприятный еще пару минут назад, казался тихим и мирным и так и манил в свои объятия.
Ксавье вздохнул и поспешил за своими друзьями. Нога почему-то болела больше обычного.
Шаг второй
Дом встретил тишиной и затхлостью. Так пахнет в старых, заброшенных много-много лет местах, где уже все давным-давно сгнило, и даже крысы повывелись, потому что нечего есть. При каждом шаге скрипели половицы — натужно, со стонами, жалуясь на свою долгую и не слишком счастливую жизнь в доме, за которым никто не присматривает.
Медленно вступающаяся в свои права ночь в доме обернулась тьмой, свернувшейся темными жадными клубками по углам и тянущая свои щупальца к непрошенным гостям, находящимся на светлом прямоугольнике света от раскрытой двери. Откуда-то сверху, возможно, через прогнившую крышу, просачивался тусклый свет, чтобы постепенно раствориться в темноте дома. Однако он все же успевал осветить лестницу и балюстрады второго этажа.
— Вау! — восторженным шепотом выдохнул Ричард. — Да здесь только фильмы ужасов снимать! Гляньте наверх — прямо как в «Восшествии»! Только расписанного ангелами потолка не хватает!
— Мне кажется, тут много чего не хватает, — дрожащим голосом поведала Анри. — В частности, света. А кое у кого — и ума.
— Ну что, посмотрели? Убедились, что дом есть?
— Жерар, ну действительно, давай уже вернемся, завтра поищем. Смотри, Анри уже еле идет, — Ксавье попробовал еще раз достучаться до друга, отпил глоток из бутылки и протянул ее Ричарду.
— Нет, вы не понимаете, нужно обязательно сегодня! Посмотрите на небо — сегодня же полнолуние, а завтра уже нет!
Все послушно задрали головы, но среди еловых веток клубилась одна тьма, от одного вида которой хотелось поежиться. Первым очнулся Бертран. Он хоть и пил наравне со всеми, но из-за своей комплекции пребывал в менее пьяном состоянии, чем друзья.
— Жерар, очнись, какая луна? Солнце еще не село. Кстати… — Бертран запнулся от одной чрезвычайно умной мысли, только пришедшей в голову. — У кого-нибудь есть фонарик? Я все понимаю — Луна, романтика, но как мы обратно возвращаться-то будем?
Троица самых уставших — Анри-Ксавье-Ричард — растерянно переглянулась, даже Жерар на мгновение утерял свой энтузиазм.
— Там наверняка должны быть свечи, — неуверенно предположил он.
— Допустим, — Бертран стоял с непоколебимостью скалы. — У кого есть спички, зажигалка, огниво, карманная молния или благоволение богов, чтобы суметь поджечь свечу? — Бертран иронизировал, что означало одно: терпение здоровяка скоро закончится. Обычно он бывал менее многословен и куда менее саркастичен.
— Признавайтесь, — Бертран тяжело оглядел притихших друзей.
— Ладно, — сдался Жерар. — Давайте проверим вон за теми деревьями, и если ничего не найдем, вернемся обратно.
Дом оказался там. Точно такой же, как его запомнил Ксавье. Серый, каменный, заросший пепельным мхом. Умершие деревья все также продолжали тянуться к нему черными сучковатыми ветками-крючьями. Только вот в прошлые разы он все это видел под ярким солнечным светом, а теперь последние отблески солнца быстро таяли над верхушками деревьев, окрашивая окна в кроваво-красные цвета заката.
— Пойдемте отсюда, — в застывшую тишину вплелся дрожащий голос Анри, крепко вцепившейся в руку Жерара.
— Ты что, боишься? — насмешливо улыбнулся тот и поцеловал девушку в лоб.
— Да, — Анри даже не улыбнулась, лишь покрепче сжала пальцы.
— Признаться, мне тоже не по себе, — задумчиво обронил Бертран. — Что-то странное в этом доме. Это я вам как архитектор говорю. Что-то с пропорциями, только никак не могу понять, что именно.
Бертран готовился защищать на следующей неделе свой дипломный проект, так что «господин архитектор» его можно было называть почти без натяжки. Никто не сомневался, что он защитится, причем на высший бал.
— Ой, да ладно вам, трусишки какие, — шутливо отозвал Жерар, обнимая Анри. — Вам что, по десять лет, чтобы бояться каких-то старых домов? Давайте, пошли по-быстрому заглянем, может найдем фонарь или свечи, и домой. Ну или заночуем там. Делов-то.
И Жерар потащил девушку ко входу.
Ксавье всеми фибрами души поддерживал нежелание Бертрана приближаться к Дому, но после сравнения с пугливыми детьми оставаться возле кромки леса оказалось просто стыдно. Он с тоской покосился через плечо. Лес, такой пугающий и неприятный еще пару минут назад, казался тихим и мирным и так и манил в свои объятия.
Ксавье вздохнул и поспешил за своими друзьями. Нога почему-то болела больше обычного.
Шаг второй
Дом встретил тишиной и затхлостью. Так пахнет в старых, заброшенных много-много лет местах, где уже все давным-давно сгнило, и даже крысы повывелись, потому что нечего есть. При каждом шаге скрипели половицы — натужно, со стонами, жалуясь на свою долгую и не слишком счастливую жизнь в доме, за которым никто не присматривает.
Медленно вступающаяся в свои права ночь в доме обернулась тьмой, свернувшейся темными жадными клубками по углам и тянущая свои щупальца к непрошенным гостям, находящимся на светлом прямоугольнике света от раскрытой двери. Откуда-то сверху, возможно, через прогнившую крышу, просачивался тусклый свет, чтобы постепенно раствориться в темноте дома. Однако он все же успевал осветить лестницу и балюстрады второго этажа.
— Вау! — восторженным шепотом выдохнул Ричард. — Да здесь только фильмы ужасов снимать! Гляньте наверх — прямо как в «Восшествии»! Только расписанного ангелами потолка не хватает!
— Мне кажется, тут много чего не хватает, — дрожащим голосом поведала Анри. — В частности, света. А кое у кого — и ума.
— Ну что, посмотрели? Убедились, что дом есть?
Страница 5 из 16
