Над Сигишоарой сгущались тучи. В теплом летнем воздухе разливался аромат сочных плодов, отяжелявших ветви в садах предместий, но тонкие струи холодного ветра с гор предупреждали о надвигающейся непогоде…
Добавить в моё избранное
51 мин, 35 сек 5815
Изваянным хотелось восхищаться, и в то же время его было нельзя не пожалеть в глубине души. Кого же чтили в этом подземелье рыцари?
Кто-то, пребывающий в тенях, в углу, в который не проникал свет факелов, толкнул в круг, образованный мечами рыцарей, сверток темной материи, в котором с трудом можно было узнать человеческую фигуру, закутанную в подобие черной хламиды. Влад отшатнулся от упавшего «свертка», но низкий голос из-за спины прорычал:
— Еще один шаг, и ты умрешь.
Сын господаря замер на месте. Он снова, казалось, перешагнул грань между реальностью и бредом: редкий белый туман с сладковатым запахом вдруг заструился от стен, пламя факелов стало зеленым, раздался гул, похожий на звук органа, бесконечно тянущего одну и ту же ноту, а из объятий черной хламиды кое-как выпуталась девочка, ровесница Влада. Когда она поднялась на ноги, он узнал в ней Маришу.
Чья-то холодная рука сунула в ладонь Влада рукоять кинжала. Он, не чувствуя под собой ног, медленно двинулся к Марише, которая широко раскрытыми от ужаса глазами искала вокруг хоть какой-то признак «ненастоящего», инсценировки, после которой ее отпустят домой. Неожиданно она попыталась проскочить между двух рыцарей, но удар кулака в тяжелой перчатке швырнул ее обратно, к ногам Влада. Понимая, что от него хотят все эти люди, если только они были людьми, сын господаря поднял руку с кинжалом… и встретил взгляд сияющих глаз статуи Распятого.
Влад опустил кинжал, и на его руки брызнула кровь. Все вокруг заполнилось криком Мариши, но сын господаря ударил еще раз, и еще, и еще… Кровь настоящим фонтаном хлестала уже не только на его руки, но и на грудь, попадала на лицо, а крик боли уступил место торжественному реву низких голосов, несколько вразнобой повторявших под тянущуюся ноту органа нечто, смутно понятное сыну господаря:
-Deus To Vult! In nomina magni Dei nostri Satanas, Bellae-Ares, Luciophoros et Lethi-Lathanu — Voco te Satanoe! Advoco te, Satan! Veni huc, Kristos Magnus Ignis! Mena!
Когда сын господаря очнулся, он не увидел ни мрачного подземелья, ни рыцарей, ни таинственного изваяния. Влад лежал на постели, без одежды, но заботливо укутанный. Рядом с кроватью сидел отец, и пробивающиеся сквозь неплотно притворенные ставни лучи солнца ярко освещали лицо господаря Валахии: и крупный орлиный нос, и длинные усы, и начинающие седеть волосы, спадающие на плечи. Увидев, что сын пришел в себя, Влад II позволил себе улыбнуться и негромко сказал:
— Теперь можешь спрашивать. Все, что захочешь.
В памяти Влада-младшего всплыли каменные мышцы, напряженные в неравной борьбе с орудием казни, пронзительный взгляд мертвых пылающих глаз, кровь, забрызгавшая изваяние…
— Отец! Тот, распятый — мальчик сглотнул, но все же смог выговорить страшное, древнее имя — Сатана?
— Да.
— Но почему…
— Он же — Христос, которому молится простой люд. И которым торгуют попы в церквях.
По спине Влада-младшего пробежали мурашки от неслыханного богохульства. Но небеса не разверзлись, карая отца пламенем, и бездна не поглотила его. Верные воины наверняка сторожили все проходы, по которым мог пробраться тот, кому не полагалось слышать еретические слова. Господарь Валахии глубоко вздохнул и продолжил:
— То, что я тебе расскажу, предано проклятью много веков назад. Во имя этого Знания умирали и убивали великие герои, чьи имена забыты, но благодаря отваге которых живу я и живешь ты. Ты знаешь, что церковь учит, будто Иисус Христос жил четырнадцать веков назад, что он родился от еврейки и был распят римлянами. Верой в это и проповедью библейского Христа стоит наш мир: благодаря ему правили православные императоры и правят католические короли. Даже мусульмане признают того, библейского, Иисуса великим пророком, принесшим в мир утраченное добро и знание. Но разве это правда? Разве не предаются порокам, которые осуждены Христом, те, кто должен защищать истинную веру? Ты еще мал, и многого не видел, но знай: последний деревенский бедняк куда благочестивее, чем все католические короли, вместе взятые!
Христос Светоносец был распят не четырнадцать столетий назад, а тогда, когда Адам и Ева были изгнаны из Эдема. Недаром твои предки, готы, чтили распятого Вотана и распятого Локи, что на самом деле — одно и то же, а другие предки, гунны — распятого Гэсера. Светоносец был сыном Истинного Бога, у которого в этом мире обманом похитил власть Тиран — тот, которого в церквях называют Богом-Отцом. Светоносец пришел, чтобы освободить нас, людей, из рабства. И он открыл людям глаза… Но был схвачен слугами Тирана и распят на Северном Ветре. Его назвали Противником — Сатаной, а людей изгнали из Эдема. С тех пор люди и разделились на две части — рабов Тирана и тех, кто помнит о Сатане, страдавшем за нас. Мы, рыцари Дракона, принадлежим к числу вторых. Наш долг — защищать христианские народы от турок.
— Но зачем? Если христиане также не знают правды?
Кто-то, пребывающий в тенях, в углу, в который не проникал свет факелов, толкнул в круг, образованный мечами рыцарей, сверток темной материи, в котором с трудом можно было узнать человеческую фигуру, закутанную в подобие черной хламиды. Влад отшатнулся от упавшего «свертка», но низкий голос из-за спины прорычал:
— Еще один шаг, и ты умрешь.
Сын господаря замер на месте. Он снова, казалось, перешагнул грань между реальностью и бредом: редкий белый туман с сладковатым запахом вдруг заструился от стен, пламя факелов стало зеленым, раздался гул, похожий на звук органа, бесконечно тянущего одну и ту же ноту, а из объятий черной хламиды кое-как выпуталась девочка, ровесница Влада. Когда она поднялась на ноги, он узнал в ней Маришу.
Чья-то холодная рука сунула в ладонь Влада рукоять кинжала. Он, не чувствуя под собой ног, медленно двинулся к Марише, которая широко раскрытыми от ужаса глазами искала вокруг хоть какой-то признак «ненастоящего», инсценировки, после которой ее отпустят домой. Неожиданно она попыталась проскочить между двух рыцарей, но удар кулака в тяжелой перчатке швырнул ее обратно, к ногам Влада. Понимая, что от него хотят все эти люди, если только они были людьми, сын господаря поднял руку с кинжалом… и встретил взгляд сияющих глаз статуи Распятого.
Влад опустил кинжал, и на его руки брызнула кровь. Все вокруг заполнилось криком Мариши, но сын господаря ударил еще раз, и еще, и еще… Кровь настоящим фонтаном хлестала уже не только на его руки, но и на грудь, попадала на лицо, а крик боли уступил место торжественному реву низких голосов, несколько вразнобой повторявших под тянущуюся ноту органа нечто, смутно понятное сыну господаря:
-Deus To Vult! In nomina magni Dei nostri Satanas, Bellae-Ares, Luciophoros et Lethi-Lathanu — Voco te Satanoe! Advoco te, Satan! Veni huc, Kristos Magnus Ignis! Mena!
Когда сын господаря очнулся, он не увидел ни мрачного подземелья, ни рыцарей, ни таинственного изваяния. Влад лежал на постели, без одежды, но заботливо укутанный. Рядом с кроватью сидел отец, и пробивающиеся сквозь неплотно притворенные ставни лучи солнца ярко освещали лицо господаря Валахии: и крупный орлиный нос, и длинные усы, и начинающие седеть волосы, спадающие на плечи. Увидев, что сын пришел в себя, Влад II позволил себе улыбнуться и негромко сказал:
— Теперь можешь спрашивать. Все, что захочешь.
В памяти Влада-младшего всплыли каменные мышцы, напряженные в неравной борьбе с орудием казни, пронзительный взгляд мертвых пылающих глаз, кровь, забрызгавшая изваяние…
— Отец! Тот, распятый — мальчик сглотнул, но все же смог выговорить страшное, древнее имя — Сатана?
— Да.
— Но почему…
— Он же — Христос, которому молится простой люд. И которым торгуют попы в церквях.
По спине Влада-младшего пробежали мурашки от неслыханного богохульства. Но небеса не разверзлись, карая отца пламенем, и бездна не поглотила его. Верные воины наверняка сторожили все проходы, по которым мог пробраться тот, кому не полагалось слышать еретические слова. Господарь Валахии глубоко вздохнул и продолжил:
— То, что я тебе расскажу, предано проклятью много веков назад. Во имя этого Знания умирали и убивали великие герои, чьи имена забыты, но благодаря отваге которых живу я и живешь ты. Ты знаешь, что церковь учит, будто Иисус Христос жил четырнадцать веков назад, что он родился от еврейки и был распят римлянами. Верой в это и проповедью библейского Христа стоит наш мир: благодаря ему правили православные императоры и правят католические короли. Даже мусульмане признают того, библейского, Иисуса великим пророком, принесшим в мир утраченное добро и знание. Но разве это правда? Разве не предаются порокам, которые осуждены Христом, те, кто должен защищать истинную веру? Ты еще мал, и многого не видел, но знай: последний деревенский бедняк куда благочестивее, чем все католические короли, вместе взятые!
Христос Светоносец был распят не четырнадцать столетий назад, а тогда, когда Адам и Ева были изгнаны из Эдема. Недаром твои предки, готы, чтили распятого Вотана и распятого Локи, что на самом деле — одно и то же, а другие предки, гунны — распятого Гэсера. Светоносец был сыном Истинного Бога, у которого в этом мире обманом похитил власть Тиран — тот, которого в церквях называют Богом-Отцом. Светоносец пришел, чтобы освободить нас, людей, из рабства. И он открыл людям глаза… Но был схвачен слугами Тирана и распят на Северном Ветре. Его назвали Противником — Сатаной, а людей изгнали из Эдема. С тех пор люди и разделились на две части — рабов Тирана и тех, кто помнит о Сатане, страдавшем за нас. Мы, рыцари Дракона, принадлежим к числу вторых. Наш долг — защищать христианские народы от турок.
— Но зачем? Если христиане также не знают правды?
Страница 10 из 15
