Эль Сенисо, Техас. Санни Рейн. За школой стоял ряд обшарпанных гаражей, некогда принадлежавших автомастерской Баттерса, но давно распроданных разным людям после смерти владельца. Дальше — окружное шоссе и пустырь, казавшийся местной ребятне Краем Света — таким, собственно, и было его неофициальное название…
Добавить в моё избранное
50 мин, 17 сек 20520
В кроссовках противно хлюпало, мокрая одежда неприятно липла к телу, и его это раздражало. К тому же он до сих пор не совсем успокоился, хоть опасность и миновала. Не каждый день приходится спасать тонущих малышей. И разве можно забыть глаза матери, примчавшейся вместе с врачом на машине, когда она увидела лежащего на песке неподвижного пятилетнего сынишку?
— Я вообще редко думаю, — отмахнулся Санни. — Я глупый. У меня тело вперёд мозга среагировало. Хорошо, что Пако оказался рядом, я бы не откачал мелкого, я не умею.
Никакого героизма в своём поступке он и правда не видел. Разве не любой сделал бы то же самое? А вот то, как Гонсалес мгновенно сообразил, что делать дальше — это впрямь заслуживало восхищения, враг он там или нет.
— Но сперва его всё равно нужно было вытащить, и это сделал ты! — возразила Дакота.
— Ты совсем как Джорджи, такой же классный! — подвела итог Юта. — И не спорь!
— Кто такой Джорджи? — скорее для поддержания беседы, чем из искреннего любопытства поинтересовался Санни.
— Наш брат, — хором ответили близняшки, а Юта добавила: — он был примерно твоего возраста, когда мы были совсем маленькими. Он умер. Ужасно жалко, мы его очень любили. Мама так плакала… Мы не знаем, что случилось, мы были ещё детьми.
— Можно, мы будем считать тебя братом? — тихо спросила Дакота.
Санни кивнул. Разве он мог отказать им? Неудивительно теперь, что они с самого начала так к нему прикипели, видимо он и правда напомнил им умершего брата. Но что с ним случилось? Судя по их словам, он был его ровесником…
Дома он сразу направился в свою комнату переодеваться, а девчонки умчались рассказывать о происшествии на реке родителям. Стащив с себя мокрую одежду, Санни подошёл к шкафу, чтобы достать сухие штаны и майку. На внутренней стороне его двери было прикреплено большое — в человеческий рост — зеркало. Мельком глянув в него, Санни потянулся к верхней полке и вдруг замер. Показалось? Он вновь повернулся к зеркалу и с трудом удержался от того, чтобы заорать на весь дом. Вместо своего собственного отражения он увидел девушку, которую утром заметил в школьном дворе, и — как будто этого было мало — выглядела она ужасно. Грязная изорванная одежда, половина волос выдрана, голова разбита. Левый глаз превратился в один сплошной фингал, а правый, выбитый из глазницы, висел на её щеке. Она стояла перед ним и шевелила окровавленными губами, будто пытаясь что-то сказать. Санни по губам читать не умел, но в мыслях само собой возникло одно короткое слово.
«Беги!»
Спрингфилд, Мэн. Пако Гонсалес
Общий возраст сестёр Диас приближался, по мнению Пако, к тысяче лет, и он так и не разобрался, кем они ему приходятся — двоюродными бабушками? Троюродными тётушками? Впрочем, это не имело особого значения, главное — они предоставили им жильё и практически не отсвечивали. Тихие, вечно печальные старушки с вязанием и травяным чаем, они смотрели на него, горько вздыхая о чём-то своём, и тут же спешили отвернуться. Каролина, дочь кого-то из них, маленькая хрупкая женщина с потухшим взглядом, хорошо ухаживала за его матерью, и это место было действительно спокойным, всё, как прописал доктор Тревис. Это замечательно, но сам Пако засыхал тут от скуки. Подумать только, ни одного ровесника в округе, сплошь малолетки! Никакие книги и телепередачи не могли заменить ему живого общения, и потому он чуть ли не на стену лез, не зная, чем себя занять. Городишко казался ему странным. Откуда этот провал, будто несколько лет подряд ни у кого вообще не рождалось детей? Разве так бывает? И почему почти все взрослые, которых он встречал, смотрели на него, будто провожали в последний путь?
«Ничего, я во всём разберусь!» — решил он. Эта идея его захватила. Он никогда не мечтал о лаврах Шерлока Холмса, но отсутствием любопытства не отличался. И потом, это была интересная задача. Почему бы и не заняться ей, если больше нечем?
— Пако, ты не мог бы найти Каролину? Мне нужно постираться, а я ещё не разобралась, как работает эта машинка.
Мама появилась в дверях комнаты, бледная и измождённая, видно, снова плохо спала ночью. Пако вскочил на ноги.
— Да, конечно! Может, приляжешь, я сам постираю, что нужно!
— Ну уж совсем-то за инвалида меня не держи, — покачала головой она. — Малышу не повредит, если я хоть иногда буду двигаться. И Каролина мне поможет, не беспокойся.
— Хорошо, сейчас позову её.
Пако вышел из комнаты и направился к спальне Каролины, однако её там не оказалось. Это было, наверное, неправильно, но он воспользовался случаем, чтобы осмотреть комнату. Он имел теорию, что обстановка может многое сказать о человеке, и старался проверять её всякий раз, как представится случай. Здесь всё говорило о том, что хозяйка спальни — женщина аккуратная, но не помешанная на чистоте, скромная, не имеющая каких-то особенных увлечений, немного сентиментальная и довольно скучная в общем и целом.
— Я вообще редко думаю, — отмахнулся Санни. — Я глупый. У меня тело вперёд мозга среагировало. Хорошо, что Пако оказался рядом, я бы не откачал мелкого, я не умею.
Никакого героизма в своём поступке он и правда не видел. Разве не любой сделал бы то же самое? А вот то, как Гонсалес мгновенно сообразил, что делать дальше — это впрямь заслуживало восхищения, враг он там или нет.
— Но сперва его всё равно нужно было вытащить, и это сделал ты! — возразила Дакота.
— Ты совсем как Джорджи, такой же классный! — подвела итог Юта. — И не спорь!
— Кто такой Джорджи? — скорее для поддержания беседы, чем из искреннего любопытства поинтересовался Санни.
— Наш брат, — хором ответили близняшки, а Юта добавила: — он был примерно твоего возраста, когда мы были совсем маленькими. Он умер. Ужасно жалко, мы его очень любили. Мама так плакала… Мы не знаем, что случилось, мы были ещё детьми.
— Можно, мы будем считать тебя братом? — тихо спросила Дакота.
Санни кивнул. Разве он мог отказать им? Неудивительно теперь, что они с самого начала так к нему прикипели, видимо он и правда напомнил им умершего брата. Но что с ним случилось? Судя по их словам, он был его ровесником…
Дома он сразу направился в свою комнату переодеваться, а девчонки умчались рассказывать о происшествии на реке родителям. Стащив с себя мокрую одежду, Санни подошёл к шкафу, чтобы достать сухие штаны и майку. На внутренней стороне его двери было прикреплено большое — в человеческий рост — зеркало. Мельком глянув в него, Санни потянулся к верхней полке и вдруг замер. Показалось? Он вновь повернулся к зеркалу и с трудом удержался от того, чтобы заорать на весь дом. Вместо своего собственного отражения он увидел девушку, которую утром заметил в школьном дворе, и — как будто этого было мало — выглядела она ужасно. Грязная изорванная одежда, половина волос выдрана, голова разбита. Левый глаз превратился в один сплошной фингал, а правый, выбитый из глазницы, висел на её щеке. Она стояла перед ним и шевелила окровавленными губами, будто пытаясь что-то сказать. Санни по губам читать не умел, но в мыслях само собой возникло одно короткое слово.
«Беги!»
Спрингфилд, Мэн. Пако Гонсалес
Общий возраст сестёр Диас приближался, по мнению Пако, к тысяче лет, и он так и не разобрался, кем они ему приходятся — двоюродными бабушками? Троюродными тётушками? Впрочем, это не имело особого значения, главное — они предоставили им жильё и практически не отсвечивали. Тихие, вечно печальные старушки с вязанием и травяным чаем, они смотрели на него, горько вздыхая о чём-то своём, и тут же спешили отвернуться. Каролина, дочь кого-то из них, маленькая хрупкая женщина с потухшим взглядом, хорошо ухаживала за его матерью, и это место было действительно спокойным, всё, как прописал доктор Тревис. Это замечательно, но сам Пако засыхал тут от скуки. Подумать только, ни одного ровесника в округе, сплошь малолетки! Никакие книги и телепередачи не могли заменить ему живого общения, и потому он чуть ли не на стену лез, не зная, чем себя занять. Городишко казался ему странным. Откуда этот провал, будто несколько лет подряд ни у кого вообще не рождалось детей? Разве так бывает? И почему почти все взрослые, которых он встречал, смотрели на него, будто провожали в последний путь?
«Ничего, я во всём разберусь!» — решил он. Эта идея его захватила. Он никогда не мечтал о лаврах Шерлока Холмса, но отсутствием любопытства не отличался. И потом, это была интересная задача. Почему бы и не заняться ей, если больше нечем?
— Пако, ты не мог бы найти Каролину? Мне нужно постираться, а я ещё не разобралась, как работает эта машинка.
Мама появилась в дверях комнаты, бледная и измождённая, видно, снова плохо спала ночью. Пако вскочил на ноги.
— Да, конечно! Может, приляжешь, я сам постираю, что нужно!
— Ну уж совсем-то за инвалида меня не держи, — покачала головой она. — Малышу не повредит, если я хоть иногда буду двигаться. И Каролина мне поможет, не беспокойся.
— Хорошо, сейчас позову её.
Пако вышел из комнаты и направился к спальне Каролины, однако её там не оказалось. Это было, наверное, неправильно, но он воспользовался случаем, чтобы осмотреть комнату. Он имел теорию, что обстановка может многое сказать о человеке, и старался проверять её всякий раз, как представится случай. Здесь всё говорило о том, что хозяйка спальни — женщина аккуратная, но не помешанная на чистоте, скромная, не имеющая каких-то особенных увлечений, немного сентиментальная и довольно скучная в общем и целом.
Страница 5 из 14
