Наш Город называют молодым. Но это не значит, что в его жизни нет тайн. Некоторые из них достались Городу от прошлого, а некоторые он приобрёл, пока строился и рос. Чаще всего с тайнами сталкиваются юные горожане…
Добавить в моё избранное
46 мин, 28 сек 9290
— Мы гуляли с дедушкой, — возразил Гоша.
— И что же, этот дедушка доплыл на лодке до середины пруда и нарвал для вас кувшинок? — Гошин папа сердился всё сильней.
— Кувшинки сами к нам доплыли, — сказала Глаша.
— Глафира! Врать нельзя! Может, и вот эти буквы написались сами? — подключился к «воспитанию» Глашин папа.
— Нет, это написала я, — сказала Глаша.
Все закричали хором:
— Но ты не умеешь писать!
— Не умею, — согласилась Глаша. — А дедушка показал.
Ночью вдоволь наплакавшаяся и позабывшая про скутер Марина долго не могла уснуть. Она лежала, слушала тишину и думала о том, что Гоша и Глаша очень красочно описали старика, с которым ходили гулять. Он был точь-в-точь умерший дед Гошиного папы. Марине почудился какой-то шорох за стеной, в комнатке без окон, где уложили малышей. Она поднялась и на цыпочках прошла к двери. В щёлочку увидела, что комнатка наполнена мягким сиреневым светом. На одном из топчанов сидели Гоша и Глаша, прижавшись к старику. Он шёпотом, почти неслышно, что-то рассказывал им. Марина хотела позвать взрослых, но не смогла. Точно холодная рука сжала горло. Старик посмотрел на дверь и глухо вымолвил:
— Ну что же ты, нянюшка? Заходи!
Марина грохнулась на пол.
Она никому не рассказала о том, что видела. Ребятня сама разболтала. Но кто поверит известным выдумщикам Гоше и Глаше?
В парке
В нашем Городе есть старый парк. Тенистый, заросший деревьями и кустарником. Весной приезжает техника, выкорчевывает могучую растительность, рабочие обрезают яблони, клёны, тополя. Но к концу лета он снова становится как джунгли. Говорят, что на этом месте была таёжная заимка, но все жители умерли от страшной болезни — чумы. Давно умерли, ещё в восемнадцатом веке. Будто бы однажды пришёл человек, попросил напиться, но упал замертво. А через день стали гибнуть обитатели нескольких избёнок. Горожане-старожилы велят слухам не верить. Однако в парке часто теряются дети. Бесследно теряются. А на том месте, где ребёнка видели в последний раз, устанавливают табличку с фотографией, датой исчезновения и телефоном родителей. Это для того, чтобы люди не были равнодушными и, если посчастливится, помогли в розыске.
Однажды Гоша и Глаша отправились в парк. Шёл очень мелкий дождь, дул пронизывающий ветер, и во дворе было неуютно. А в парке под раскидистыми клёнами и черёмухами сухо. Глашина мама сказала, что будет наблюдать за ребятами из окна. Они бегали вокруг мощных стволов, взбирались на ветки, но вскоре заскучали.
— Давай играть в дом или магазин, — предложила Глаша.
— Нет, лучше в войнушку, — ответил Гоша и достал из кармана новенький револьвер, который ему недавно купил дедушка.
У Глаши оружия не оказалось, и она закапризничала, сказала, что пойдёт домой.
— Ну и иди, — ответил Гоша.
Но Глаше домой совсем не хотелось. Она немного отошла, спряталась за скамьей и стала подглядывать. К Гоше подбежал маленький мальчик. Таким без взрослых гулять не полагается, но этому повезло.
— Дай пестик пострелять, — попросил мальчик у Гоши.
— Это не пестик, а револьвер, — сказал Гоша и объяснил отличие между видами огнестрельного оружия. Потом раздобрился и протянул игрушку мальчику.
Мальчик взял револьвер и вдруг исчез.
— Стой! Ты где? — закричал Гоша. Ему было очень жаль дедушкиного подарка.
Гоша пометался между деревьев и припустил по дорожке. Глаша бросилась за ним. Поскольку она была на год старше друга, выше на голову и чуть-чуть сильнее, то быстро Гошу догнала.
А Гоша плакал и не замечал слёз, только ругался и говорил, что сделает с мальчиком, когда его поймает. Глаша заметила, что дорожка, по которой они мчались, отличалась от других. Обычные парковые дорожки — из разноцветных тротуарных плиток, а эта была просто посыпана щебнем. Причём очень давно, потому что поверх щебня змеились цепкие растения, о которые можно было запросто запнуться и упасть. На одном из поворотов ребята увидели девочку. Это ведь обычное дело — повстречать в парке девочку. Однако она была одета в цигейковую шубку, вязаную шапку и валенки. Это в мае-то! Вся одежда была настолько ветхая, что, казалось, вот-вот рассыплется.
— Вы не видели мою маму? — спросила девочка.
— Мы никого не видели, — буркнул Гоша. — Но хотели бы… особенно пацана с моим револьвером.
— Это Коля, — сказала девочка. — Не расстраивайся, он наиграется и отдаст твой револьвер.
— Коля взял револьвер без спросу, — строго заявила Глаша. — Так делать нельзя, его нужно наказать.
— У Коли нет мамы и папы, они давно уехали. Наказывать некому, — сообщила девочка, хлюпая носом. — Остался один дедушка.
— Где он? — требовательно спросила Глаша. Жаловаться взрослым некрасиво, но ничего не поделаешь, иногда приходится.
— Там, — девочка указала в гущу кустов.
— И что же, этот дедушка доплыл на лодке до середины пруда и нарвал для вас кувшинок? — Гошин папа сердился всё сильней.
— Кувшинки сами к нам доплыли, — сказала Глаша.
— Глафира! Врать нельзя! Может, и вот эти буквы написались сами? — подключился к «воспитанию» Глашин папа.
— Нет, это написала я, — сказала Глаша.
Все закричали хором:
— Но ты не умеешь писать!
— Не умею, — согласилась Глаша. — А дедушка показал.
Ночью вдоволь наплакавшаяся и позабывшая про скутер Марина долго не могла уснуть. Она лежала, слушала тишину и думала о том, что Гоша и Глаша очень красочно описали старика, с которым ходили гулять. Он был точь-в-точь умерший дед Гошиного папы. Марине почудился какой-то шорох за стеной, в комнатке без окон, где уложили малышей. Она поднялась и на цыпочках прошла к двери. В щёлочку увидела, что комнатка наполнена мягким сиреневым светом. На одном из топчанов сидели Гоша и Глаша, прижавшись к старику. Он шёпотом, почти неслышно, что-то рассказывал им. Марина хотела позвать взрослых, но не смогла. Точно холодная рука сжала горло. Старик посмотрел на дверь и глухо вымолвил:
— Ну что же ты, нянюшка? Заходи!
Марина грохнулась на пол.
Она никому не рассказала о том, что видела. Ребятня сама разболтала. Но кто поверит известным выдумщикам Гоше и Глаше?
В парке
В нашем Городе есть старый парк. Тенистый, заросший деревьями и кустарником. Весной приезжает техника, выкорчевывает могучую растительность, рабочие обрезают яблони, клёны, тополя. Но к концу лета он снова становится как джунгли. Говорят, что на этом месте была таёжная заимка, но все жители умерли от страшной болезни — чумы. Давно умерли, ещё в восемнадцатом веке. Будто бы однажды пришёл человек, попросил напиться, но упал замертво. А через день стали гибнуть обитатели нескольких избёнок. Горожане-старожилы велят слухам не верить. Однако в парке часто теряются дети. Бесследно теряются. А на том месте, где ребёнка видели в последний раз, устанавливают табличку с фотографией, датой исчезновения и телефоном родителей. Это для того, чтобы люди не были равнодушными и, если посчастливится, помогли в розыске.
Однажды Гоша и Глаша отправились в парк. Шёл очень мелкий дождь, дул пронизывающий ветер, и во дворе было неуютно. А в парке под раскидистыми клёнами и черёмухами сухо. Глашина мама сказала, что будет наблюдать за ребятами из окна. Они бегали вокруг мощных стволов, взбирались на ветки, но вскоре заскучали.
— Давай играть в дом или магазин, — предложила Глаша.
— Нет, лучше в войнушку, — ответил Гоша и достал из кармана новенький револьвер, который ему недавно купил дедушка.
У Глаши оружия не оказалось, и она закапризничала, сказала, что пойдёт домой.
— Ну и иди, — ответил Гоша.
Но Глаше домой совсем не хотелось. Она немного отошла, спряталась за скамьей и стала подглядывать. К Гоше подбежал маленький мальчик. Таким без взрослых гулять не полагается, но этому повезло.
— Дай пестик пострелять, — попросил мальчик у Гоши.
— Это не пестик, а револьвер, — сказал Гоша и объяснил отличие между видами огнестрельного оружия. Потом раздобрился и протянул игрушку мальчику.
Мальчик взял револьвер и вдруг исчез.
— Стой! Ты где? — закричал Гоша. Ему было очень жаль дедушкиного подарка.
Гоша пометался между деревьев и припустил по дорожке. Глаша бросилась за ним. Поскольку она была на год старше друга, выше на голову и чуть-чуть сильнее, то быстро Гошу догнала.
А Гоша плакал и не замечал слёз, только ругался и говорил, что сделает с мальчиком, когда его поймает. Глаша заметила, что дорожка, по которой они мчались, отличалась от других. Обычные парковые дорожки — из разноцветных тротуарных плиток, а эта была просто посыпана щебнем. Причём очень давно, потому что поверх щебня змеились цепкие растения, о которые можно было запросто запнуться и упасть. На одном из поворотов ребята увидели девочку. Это ведь обычное дело — повстречать в парке девочку. Однако она была одета в цигейковую шубку, вязаную шапку и валенки. Это в мае-то! Вся одежда была настолько ветхая, что, казалось, вот-вот рассыплется.
— Вы не видели мою маму? — спросила девочка.
— Мы никого не видели, — буркнул Гоша. — Но хотели бы… особенно пацана с моим револьвером.
— Это Коля, — сказала девочка. — Не расстраивайся, он наиграется и отдаст твой револьвер.
— Коля взял револьвер без спросу, — строго заявила Глаша. — Так делать нельзя, его нужно наказать.
— У Коли нет мамы и папы, они давно уехали. Наказывать некому, — сообщила девочка, хлюпая носом. — Остался один дедушка.
— Где он? — требовательно спросила Глаша. Жаловаться взрослым некрасиво, но ничего не поделаешь, иногда приходится.
— Там, — девочка указала в гущу кустов.
Страница 3 из 14
