Зима — лютая, с непроглядными снегопадами, обжигающими ветрами и день ото дня крепчающими морозами — была в самом разгаре. Январь только начался — новое тысячелетие делало свои первые нетвердые шаги, и погода, словно отмечая круглую дату, устроила такой карнавал, которого живущие в этих местах люди не видели вообще.
Добавить в моё избранное
26 мин, 12 сек 16486
— Ну уж нет, хватит с тебя, — сообщил он ей. — Там и так ни черта не осталось.
Большие настенные часы в зале натужно скрипнули: половина пятого. Пора собираться в институт. Сергей зевнул и подумал, что хотя он и проснулся всего полчаса назад, уже устал. Учиться не хотелось. К контрольной работе по высшей математике, которой их группу стращали три недели, он не готовился, а это значило, что экзамен по вышке заочно завален. Если у тебя нет четверки — как минимум — за контрольную, Зоркий Глаз на сессии не пощадит. Он улыбнулся — кто же придумал ему это прозвище? Сейчас уже трудно сказать.
Он наскоро перекусил и вышел из дома.
Вечерников в институте не любили. Большей частью потому, что преподаватели не спрашивали с них очень строго — они понимали, что на вечернее отделение от хорошей жизни не идут. Человек либо уже работает, либо эту самую работу ищет, а значит, и времени для подготовки у него меньше. Поэтому сессия у «халявщиков» совсем не походила на обычную. Экзамены сдавались за полминуты, зачеты зачастую — да практически всегда — ставились«автоматом».
Вот и теперь, охранник-доброволец, один из «нормальных» студентов, смерил презрительным взглядом корочки Сергея и, всем видом давая понять, что делает это только из-за служебной необходимости, пропустил его на священную территорию института. Вообще-то, попасть сюда можно и с заднего входа — причем безо всяких подобных унизительных процедур, но делать этого Сергей не хотел. Пусть охранник подотрется своим бейджиком — из него такой же охранник, как из Сергея третья ступень ракеты-носителя«Союз».
Он посмотрел на электронные часы, висящие в холле: три минуты седьмого. Опоздал. Не обращая внимания на возмущенные окрики «ополченца», Сергей бегом ринулся на третий этаж.
— … таким образом, вам предстоит выполнить шесть заданий. — Зоркий Глаз приподнял пенсне и, сам того не подозревая, копируя взгляд охранника, посмотрел на запыхавшегося студента. — Быстрее, молодой человек, не задерживайте аудиторию! И это не первый случай вашего опоздания, насколько я помню. Неужели нельзя…
— Нельзя, — перебил его Сергей. — Насколько я помню, у нас сегодня контрольная. Не задерживайте аудиторию.
— Что вы себе позволяете? — вспыхнул преподаватель. — Если вы платите за…
— Мы пишем или нет?— спокойно сказал Сергей. — Я опоздал на три минуты, а вы уже в два раза дольше пытаетесь меня устыдить.
— Сергей Иванович?— сверкнул глазами из-под очков Зоркий Глаз. — Для вас у меня специальное задание. В ходе семестра вы показали особо хорошее понимание материала, поэтому я выделил вам задачи повышенной сложности.
Вся группа — два десятка человек — уставилась на только что вошедшего, понимая, что он сам только что вырыл себе могилу. Сергей смотрел на потрескавшуюся штукатурку потолка — огромный жирный таракан пытался заползти в узкую щель в углу, и после нескольких безуспешных попыток ему это удалось.
Контрольную он, конечно, завалил. Позже, в автобусе, он подумал, что надеялся на чудо. А чуда не произошло. Ну не бывает чудес. Даже вот этот раздолбанный «Икарус» подошел на пять минут позже чем обычно, и весь накопившийся люд утрамбовался в чудо венгерской автомобильной промышленности под завязку. Дышать приходилось мелкими порциями, грудную клетку сдавливало со всех сторон.«Задачи повышенной сложности»! Какая к черту повышенная сложность? Это задачи из серии «они не решаются, но на экзамене все равно будут». Одного взгляда на них было достаточно, чтобы застрелиться. «Взять пятую производную». Сергей дошел до третьей и потерял ее начало. Производная составляла половину листа формата А4. Тогда он ее послал и обратился к другим заданиям. Другие оказались близнецами первого и, с усмешкой взирая на него с контрольного листа, словно бы говорили: «Ну давай, разделай нас под орех! Возьми двойной интеграл, найди промежутки монотонности, вычисли обратную матрицу, реши дифференциальное уравнение, построй график логарифмической функции!».
Ближе к его остановке автобус пустел. В конце-концов кондуктор прислонила голову к холодному стеклу и задремала, с полдюжины оставшихся в салоне начали зевать. Среди прочих Сергей обнаружил вчерашнюю знакомую — шедшую впереди с сумочкой на плече. Она опять стояла спиной, и он без труда узнал ее. Та же дубленка, тот же пакет.
Девушка прошла к двери и встала на нижнюю ступеньку. Значит, выходит на той же остановке. Он не ошибся.
На улице было не так снежно, как вчера, но легкая метель все же кружила. Окраина Омска была пустынна: кроме Сергея и безымянной спутницы вокруг никого не было. Из окон доносились обычные пьяные вечерние выкрики, за спиной жужжали машины, и лишь это напоминало, что в этих местах есть еще кто-то. Магия ночи делала все нереальным и по-сюрреалистически абсурдным, заставляя шагать быстрее. Мысли о теплой ванне не отпускали Сергея до самых дверей, но уже в квартире он узнал, что горячую воду отключили.
Большие настенные часы в зале натужно скрипнули: половина пятого. Пора собираться в институт. Сергей зевнул и подумал, что хотя он и проснулся всего полчаса назад, уже устал. Учиться не хотелось. К контрольной работе по высшей математике, которой их группу стращали три недели, он не готовился, а это значило, что экзамен по вышке заочно завален. Если у тебя нет четверки — как минимум — за контрольную, Зоркий Глаз на сессии не пощадит. Он улыбнулся — кто же придумал ему это прозвище? Сейчас уже трудно сказать.
Он наскоро перекусил и вышел из дома.
Вечерников в институте не любили. Большей частью потому, что преподаватели не спрашивали с них очень строго — они понимали, что на вечернее отделение от хорошей жизни не идут. Человек либо уже работает, либо эту самую работу ищет, а значит, и времени для подготовки у него меньше. Поэтому сессия у «халявщиков» совсем не походила на обычную. Экзамены сдавались за полминуты, зачеты зачастую — да практически всегда — ставились«автоматом».
Вот и теперь, охранник-доброволец, один из «нормальных» студентов, смерил презрительным взглядом корочки Сергея и, всем видом давая понять, что делает это только из-за служебной необходимости, пропустил его на священную территорию института. Вообще-то, попасть сюда можно и с заднего входа — причем безо всяких подобных унизительных процедур, но делать этого Сергей не хотел. Пусть охранник подотрется своим бейджиком — из него такой же охранник, как из Сергея третья ступень ракеты-носителя«Союз».
Он посмотрел на электронные часы, висящие в холле: три минуты седьмого. Опоздал. Не обращая внимания на возмущенные окрики «ополченца», Сергей бегом ринулся на третий этаж.
— … таким образом, вам предстоит выполнить шесть заданий. — Зоркий Глаз приподнял пенсне и, сам того не подозревая, копируя взгляд охранника, посмотрел на запыхавшегося студента. — Быстрее, молодой человек, не задерживайте аудиторию! И это не первый случай вашего опоздания, насколько я помню. Неужели нельзя…
— Нельзя, — перебил его Сергей. — Насколько я помню, у нас сегодня контрольная. Не задерживайте аудиторию.
— Что вы себе позволяете? — вспыхнул преподаватель. — Если вы платите за…
— Мы пишем или нет?— спокойно сказал Сергей. — Я опоздал на три минуты, а вы уже в два раза дольше пытаетесь меня устыдить.
— Сергей Иванович?— сверкнул глазами из-под очков Зоркий Глаз. — Для вас у меня специальное задание. В ходе семестра вы показали особо хорошее понимание материала, поэтому я выделил вам задачи повышенной сложности.
Вся группа — два десятка человек — уставилась на только что вошедшего, понимая, что он сам только что вырыл себе могилу. Сергей смотрел на потрескавшуюся штукатурку потолка — огромный жирный таракан пытался заползти в узкую щель в углу, и после нескольких безуспешных попыток ему это удалось.
Контрольную он, конечно, завалил. Позже, в автобусе, он подумал, что надеялся на чудо. А чуда не произошло. Ну не бывает чудес. Даже вот этот раздолбанный «Икарус» подошел на пять минут позже чем обычно, и весь накопившийся люд утрамбовался в чудо венгерской автомобильной промышленности под завязку. Дышать приходилось мелкими порциями, грудную клетку сдавливало со всех сторон.«Задачи повышенной сложности»! Какая к черту повышенная сложность? Это задачи из серии «они не решаются, но на экзамене все равно будут». Одного взгляда на них было достаточно, чтобы застрелиться. «Взять пятую производную». Сергей дошел до третьей и потерял ее начало. Производная составляла половину листа формата А4. Тогда он ее послал и обратился к другим заданиям. Другие оказались близнецами первого и, с усмешкой взирая на него с контрольного листа, словно бы говорили: «Ну давай, разделай нас под орех! Возьми двойной интеграл, найди промежутки монотонности, вычисли обратную матрицу, реши дифференциальное уравнение, построй график логарифмической функции!».
Ближе к его остановке автобус пустел. В конце-концов кондуктор прислонила голову к холодному стеклу и задремала, с полдюжины оставшихся в салоне начали зевать. Среди прочих Сергей обнаружил вчерашнюю знакомую — шедшую впереди с сумочкой на плече. Она опять стояла спиной, и он без труда узнал ее. Та же дубленка, тот же пакет.
Девушка прошла к двери и встала на нижнюю ступеньку. Значит, выходит на той же остановке. Он не ошибся.
На улице было не так снежно, как вчера, но легкая метель все же кружила. Окраина Омска была пустынна: кроме Сергея и безымянной спутницы вокруг никого не было. Из окон доносились обычные пьяные вечерние выкрики, за спиной жужжали машины, и лишь это напоминало, что в этих местах есть еще кто-то. Магия ночи делала все нереальным и по-сюрреалистически абсурдным, заставляя шагать быстрее. Мысли о теплой ванне не отпускали Сергея до самых дверей, но уже в квартире он узнал, что горячую воду отключили.
Страница 3 из 8
