Месть подземных троллей

Державшие его за эти самые руки явно не ожидали такой от него прыти и, не удержав равновесия, отпустили его, едва не свалившись с ног от такой ретивости.

Решив не тратить объявившийся внезапно прилив энергии понапрасну, Михаил ухватил за запястье одного из растерявшихся противников и, резко поведя его по полукругу в сторону, разжал пальцы… человек в матерчатой черной маске с прорезями для глаз совершенно беззвучно полетел на встречу шипам-лезвиям.

Второй отступил на шаг, его тело преобрело по-боевому полусогнутое состояние, и в руке блестнул кривой нож с устрашающими зазубринами на одной из сторон. Стоя спиной к усеянной шипами яме, Михаил прекрасно представлял, что случится, стоит только ему сделать неверный шаг, а его потенциальному противнику — слишком верный выпад. Исходя из этой простой схемы, Михаил решил не сводить с противника взгляда, а только лишь двинулся в сторону, постепенно отходя от опасного соседства с ямой-убийцей.

Быстро расценив его затею, человек в маске сделал выпад ножом в его сторону; Михаил отпрыгнул и ощутил, что меньшая половина его ступни уже за краем ямы. Взмахнув руками для балансировки, он отбежал от ямы подальше и начал осмотриваться в поисках пистолета; ему никак не верилась такая вероятность — пистолет, провалившийся прямиком сквозь пол. Но, не обнаружив оружия, он решительно поднял взгляд на неторопящегося на него нападать противника.

На мгновение юноше почудилось, будто его противник ухмыляется в предвкушении нанесения ему тяжких ножевых ранений; по крайней мере, маска в том месте на лице, где у человека обычно находится рот, растянулась в недвусмысленный и неровный полумесяц. Словно для того, чтобы продемонстрировать молодому человеку свою удаль во владении холодным оружием, враг провернул нож в кисти столь ловко, что Михаил больше любовался этим несколькосекундным движением блестящей стали в его пальцах, чем следил за его ногами.

В одно мгновение противника оказался рядом с ним, нож рассек воздух, захватывая вместе с ним и леове плечо юноши. Дернувшись от боли в сторону, тот отскочил, и тут же вороненая стать метнулась к его лицу. Этот выпад удалось сделать безрезультатным — Михаил попросту отклонился назад, и тонкое и непомерно острое лезвие прошло в каком-то миллиметре от его кончика носа. В следующее же мгновение Михаил перехватил руку врага чуть пониже кисти и дернул его на себя, лишая противника равновесия, но не высвобождая из его пальцев ножа, который в результате этого финта оказался позади его лопаток. Михаил подтянул противника к себе и нанес удар коленом в солнечное сплетение; ему пришлось ударить дважды, прежде чем услышать за своей спиной звук падение ножа на пол. Тогда юноша нанес удар локтем в подбородок, откидывая голову оппонента назад, и ногой в живот отпихнул его от себя.

На этот раз глаза в прорезях для глаз противника выражали даже не замешательство — это было что-то вроде страха. Замерев на несколько мгновений, он все же ринулся на Михаила, как будто собирался протаранить его на полном ходу. Михаил не успел отойти и был сбит с ног. Его противник теперь восседал на нем, но это был уже не человек: поверх юноши сидело жуткого облика существо с растущими прямо из узкой и впалой груди похожими на ветки руками-когтями и длинным изогнутым носом поверх склабящейся пасти с непомерно длинными иглообразными зубами.

Вначале Михаил, шокированный таким преображением, замер в полной беспомощности. Но осознание тяги к жизни снова возвратилось к нему, как только птичьи когти потянулись к его лицу с однозначным желанием содрать его с него.

Он не нашел ничего более правильного, кроме как познакомить жестоко ухмыляющуюся морду тролля со своим кулаком. Костяшки пальцев наткнулись на острую кость и жутко заболели, однако тролль отшатнулся назад, позволив молодому человеку сбросить его с себя и пинком ноги ускореть сове высвобождение из-под этого уродливого и только с виду тщедушного тельца.

Вскочив на ноги, Михаил был готов сражаться — уже не с человеком, а с чем-то откровенно и ужасно странным, что сверкало на него сейчас из полумрака глазами, больше похожими на какие-то кровавые, совершенно нереальные рубины.

— Сучий смертный! — взвизгнуло существо противным голосом. — Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю!

— А я вот попытаюсь представить, — подмигнул ему с нахальной полуулыбкой Михаил, уже готовый к любому повороту событий.

Чудовище прыгнуло на него, вытягивая вперед широко расставленные когтистые пальцы, и парень, терпеливо дождавшись, когда же существо долетит до него, поднял перед собой ногу на уровень живота и резко двинул ею ему навстречу, слыша, как хрустит проламываемая грудная клетка летящего в обратном направлении противника.

Настало время вспомнить про ту, ради которой он и пришел на кладбище, впоследствии очутившись в столь престранном месте.