— Крестики с собой? — Олег пощупал цепочку на шее и остановился…
Добавить в моё избранное
19 мин, 2 сек 692
Из коры деревьев торчали пули, осколки. Внезапно Дина осознала, что смотрит не на земляную кочку, а на череп. Череп смотрел вверх, правда из глазниц росла трава. Рядом фрагменты автомата. А чуть Дина повела глазами в сторону — ещё черепа, одни присыпаны листвой, другие заросли мхом. Дина застыла, однако ни страха, ни отвращения не чувствовала. Только один вопрос дырявил мозг: Почему? Почему? Почему? Почему их бросили? Не похоронили? Не вспомнили? Кто виноват?
— Везде трупы раскиданы. — Дина вздрогнула, когда Игорь приблизился.
— Их же не было. Мы тут шли, я помню. Что происходит?
— Не замечали? Ходи осторожно. Снарядов и гранат полно. Не трогай ничего!
— Сдурел? Что я трогать буду? — Дина почувствовала злость: к себе. Зачем она сюда попёрлась, идиотка? — Игорь, я больше не могу здесь! Сделай что-нибудь! Долго ещё грязь месить? Где этот чёрный сталкер? «Хабар» свой грязный собирает? — Дина приложила руку к дереву, но ойкнула, уколов ладонь об осколок в коре. — А ты что тормозишь? -Дина набросилась на Игоря. — Тщательнее, ребята, между косточками. Там каска немецкая на пне. Скажи ему. Если с дыркой, на 200 баксов потянет, а?
— Не тупи. Газетёнок начиталась? Тонны железа гниют по лесам. Семьдесят лет. И там же — пять миллионов без вести пропавших. Забыла? Стране — насрать, народу — насрать. Если не копатели, вообще б никто не хватился. А то, что оружие у «гансов» забирают, это нормальное хобби в стране, где была война. А сколько безымянных сгребали в санитарки? Едва присыпали землёй или снегом. А сколько защитников Родины плугами запахали и ёлками засадили с кукурузой? А колхозники сколько оружия, орденов, медалей потырили. Может, вон там кости деда твоего, не хочешь идентифицировать? Марко? Пусть другие мараются…
— Хватит! Ясно всё. Вы — ангелы-спасители…
— А ты чё сюда припёрлась? — Олег материализовался сзади, прислонился к дереву, скрестил руки на груди. — На дедушкину могилку с красивой табличкой полюбоваться? А кто его искать будет? Выкапывать из болота, опознавать, в могиле хоронить?
— Да кроме тебя, мародёр, некому! Ты — отрыжка страны, которой на всё насрать. По мне, так уж лучше, чтобы никто не копал. Земля взяла, она и позаботится.
— Да, таким, как ты, всё бы забыть. Вы и забыли! Лишь бы спалось спокойно. А ко мне каждую ночь приходят солдатики. Война не кончилась!
— Никак в войнушку не наиграетесь? Ах, беда — войнушки вам не досталось. И вы себе из земли накопали солдатиков. Для вас они — игрушки!
— А для вас — бесполезные, отработанный материал! Погнали, как скот на бойню, и бросили. — Олег говорил зло, но очень тихо и как-то странно. — Война не кончится, пока грех не искупим, пока не поднимем и не захороним последнего солдата. До тех пор души убиенных не перестанут бродить среди живых.
— Души давно бы успокоились, если бы вы их не тревожили! Вы вторгаетесь в естественный ход вещей. Вам и достаются боль и страдания тех, кого беспокоите. Оставьте мёртвых в покое! Если б вы не оскверняли могилы, аномалий бы не случалось. И если б мину не откопали, давно б уже дома сидели.
— Динуль, ты всё вверх тормашками загнула. Плохиши — те, кто мину поставил. Они и должны платить. И платят. — Игорь усмехнулся, отвернулся, руки в карманах. Тема эта давно ему обрыдла.
— Я ухожу! — Дина резко повернулась, но оступилась и упала. Села, заплакала и вдруг увидела, не об корягу она споткнулась — из земли торчала серо-жёлтая кость.
Игорь протянул руку, помочь ей встать, но Дина только махнула головой на кость. Игорь пожал плечами.
Мина лежала там, где её оставили. В ямке образовалась лужа, в ней и купался ржавый цилиндр. Охнула птица. Тёмное небо давило на упирающиеся деревья. Из ямки на ребят опять глядели холодные глаза.
Решение приняли: взорвать. Игорь с Олегом стреляли из-за деревьев, потом упали в укрытие. Но как не хорошо они спрятались, как не затыкали уши, их оглушило взрывом. Чирикнула шрапнель. Их засыпало оторвавшимися листьями и ветками.
Олег очнулся первым. Сел. Холодно. Кровь на губе. Сквозь деревья в ложбину пробился закатный луч. Вверху захлопали крылья. Олег поднял голову, в лицо посыпались блестящие капли. Он отложил вальтер, расчехлил лопату, встал.
Дина открыла глаза. Болела голова. Где-то близко копали. Методично, не спеша. Черенок уходил в грунт: хрусть, отброшенная земля падала: плюх-х. Темень какая! Хрусть. Плюх. Где она? Хрусть. Плюх. Сердце колотилось — не услышал бы копатель. Хрусть. Плюх…
Дина осторожно высунулась из ямы.
Полянка. Горел костeр. Слонялись фигуры — трудно было рассмотреть, кто такие, будто тени. Земля вылетала из-за бруствера. Фигуры подходили к нему, заглядывали в яму.
Из ямы вылез копатель, опёрся о лопату, наклонился к костру, закурил от подожжённой веточки, стал насвистывать.
— Хватит валяться, иди помогай!
— Везде трупы раскиданы. — Дина вздрогнула, когда Игорь приблизился.
— Их же не было. Мы тут шли, я помню. Что происходит?
— Не замечали? Ходи осторожно. Снарядов и гранат полно. Не трогай ничего!
— Сдурел? Что я трогать буду? — Дина почувствовала злость: к себе. Зачем она сюда попёрлась, идиотка? — Игорь, я больше не могу здесь! Сделай что-нибудь! Долго ещё грязь месить? Где этот чёрный сталкер? «Хабар» свой грязный собирает? — Дина приложила руку к дереву, но ойкнула, уколов ладонь об осколок в коре. — А ты что тормозишь? -Дина набросилась на Игоря. — Тщательнее, ребята, между косточками. Там каска немецкая на пне. Скажи ему. Если с дыркой, на 200 баксов потянет, а?
— Не тупи. Газетёнок начиталась? Тонны железа гниют по лесам. Семьдесят лет. И там же — пять миллионов без вести пропавших. Забыла? Стране — насрать, народу — насрать. Если не копатели, вообще б никто не хватился. А то, что оружие у «гансов» забирают, это нормальное хобби в стране, где была война. А сколько безымянных сгребали в санитарки? Едва присыпали землёй или снегом. А сколько защитников Родины плугами запахали и ёлками засадили с кукурузой? А колхозники сколько оружия, орденов, медалей потырили. Может, вон там кости деда твоего, не хочешь идентифицировать? Марко? Пусть другие мараются…
— Хватит! Ясно всё. Вы — ангелы-спасители…
— А ты чё сюда припёрлась? — Олег материализовался сзади, прислонился к дереву, скрестил руки на груди. — На дедушкину могилку с красивой табличкой полюбоваться? А кто его искать будет? Выкапывать из болота, опознавать, в могиле хоронить?
— Да кроме тебя, мародёр, некому! Ты — отрыжка страны, которой на всё насрать. По мне, так уж лучше, чтобы никто не копал. Земля взяла, она и позаботится.
— Да, таким, как ты, всё бы забыть. Вы и забыли! Лишь бы спалось спокойно. А ко мне каждую ночь приходят солдатики. Война не кончилась!
— Никак в войнушку не наиграетесь? Ах, беда — войнушки вам не досталось. И вы себе из земли накопали солдатиков. Для вас они — игрушки!
— А для вас — бесполезные, отработанный материал! Погнали, как скот на бойню, и бросили. — Олег говорил зло, но очень тихо и как-то странно. — Война не кончится, пока грех не искупим, пока не поднимем и не захороним последнего солдата. До тех пор души убиенных не перестанут бродить среди живых.
— Души давно бы успокоились, если бы вы их не тревожили! Вы вторгаетесь в естественный ход вещей. Вам и достаются боль и страдания тех, кого беспокоите. Оставьте мёртвых в покое! Если б вы не оскверняли могилы, аномалий бы не случалось. И если б мину не откопали, давно б уже дома сидели.
— Динуль, ты всё вверх тормашками загнула. Плохиши — те, кто мину поставил. Они и должны платить. И платят. — Игорь усмехнулся, отвернулся, руки в карманах. Тема эта давно ему обрыдла.
— Я ухожу! — Дина резко повернулась, но оступилась и упала. Села, заплакала и вдруг увидела, не об корягу она споткнулась — из земли торчала серо-жёлтая кость.
Игорь протянул руку, помочь ей встать, но Дина только махнула головой на кость. Игорь пожал плечами.
Мина лежала там, где её оставили. В ямке образовалась лужа, в ней и купался ржавый цилиндр. Охнула птица. Тёмное небо давило на упирающиеся деревья. Из ямки на ребят опять глядели холодные глаза.
Решение приняли: взорвать. Игорь с Олегом стреляли из-за деревьев, потом упали в укрытие. Но как не хорошо они спрятались, как не затыкали уши, их оглушило взрывом. Чирикнула шрапнель. Их засыпало оторвавшимися листьями и ветками.
Олег очнулся первым. Сел. Холодно. Кровь на губе. Сквозь деревья в ложбину пробился закатный луч. Вверху захлопали крылья. Олег поднял голову, в лицо посыпались блестящие капли. Он отложил вальтер, расчехлил лопату, встал.
Дина открыла глаза. Болела голова. Где-то близко копали. Методично, не спеша. Черенок уходил в грунт: хрусть, отброшенная земля падала: плюх-х. Темень какая! Хрусть. Плюх. Где она? Хрусть. Плюх. Сердце колотилось — не услышал бы копатель. Хрусть. Плюх…
Дина осторожно высунулась из ямы.
Полянка. Горел костeр. Слонялись фигуры — трудно было рассмотреть, кто такие, будто тени. Земля вылетала из-за бруствера. Фигуры подходили к нему, заглядывали в яму.
Из ямы вылез копатель, опёрся о лопату, наклонился к костру, закурил от подожжённой веточки, стал насвистывать.
— Хватит валяться, иди помогай!
Страница 5 из 6
