Абель Харкер — самый вежливый, умный и благородный юноша, каких мало на нашей, тлеющей войнами, земле. Помочь, выручить, спасти — под этим он подразумевал не только дело чести, он считал это обыденностью своей собственной жизни. Он нравился всем друзьям, соседям и знакомым…
Добавить в моё избранное
20 мин, 15 сек 976
Многие называли озеро божественным, так как оно находилось выше города, на холме, где и жил Абель.
Подойдя к лесу, Харкер усомнился в безопасности освещенных крон деревьев и мрачного, полного опасностей пути. Он вспомнил слова доктора, который предупреждал его об опасности, и поэтому путь через лес показался Абелю еще более зловещим, таящем в себе воров и убийц. Он решил пойти в обход, через поле, которое находилось на краю леса. Но по этой дороге Абель не ходил никогда. Он побаивался всех путей, ведущих к его дому. Все же в обход, наверно, будет безопаснее.
Путь ему казался длинным и тяжелым. Лес не заканчивался. Ветер покачивал ветки, и воображение путника разыгралось не на шутку. Абель боялся, что из темноты на него может кто то выскочить, человек или зверь. Не смотря на страх, он продолжал идти.
Когда же Харкер увидел поле, поросшее мхом и травой, и тропинку, которая разрезала это поле пополам, Абелю стало намного легче, так как путь домой становился все ближе и ближе. Его клонило в сон, время позднее, а Харкер всегда ложился раньше, чем сегодня. Дорога, освещенная лунным сиянием, была не близкая. Пройдя пол пути, Абель увидел что то черное, похожее на силуэт человека, только в три метра ростом. Этот силуэт был в ста шагах от него. Луна конечно и освещала дорогу, но разглядеть силуэт было трудно. Подойдя ближе, сомнения в том, что тень это человек, рассеялись, так как темный силуэт не двигался. Подойдя еще ближе, Абель все таки понял что это за силуэт.
Посреди пустоши, рядом с дорогой стоял огромный, массивный черный крест. Он был три метра длинной, весь черный, покрытый темным, палубным лаком. Его поставили в двух шагах у дороги, на небольшом возвышении, так как под ним, вероятно, тихо и мирно покоится тело самоубийцы, которых хоронили на распутье дорог или просто у дороги. Весьма вероятно, что крест стоит и как памятник чему то или кому то. Почему он стоял именно на этой тропинке, для чего его поставили? Абель не знал. Харкер долго всматривался в темный крест жертвы собственного предрассудка, либо просто в памятник, который стоял в память неизвестной покоившейся души. Ни каких надписей или пожеланий Абель не нашел, после чего он повернулся к кресту спиной и обратил внимание на тень креста, которая сливалась с его собственной тенью, и образовывал на земле единый силуэт.
— Ого. Меня словно распяли. — произнес с усмешкой Абель, разведя руки в стороны.
На земле сочеталась тень креста и тень распятого тела Абеля воедино. Вместе это очень сильно напоминало мученика за грехи человеческие. Может, это было и богохульство, но Абель не очень веровал в бога. Абель усмехнулся, и побрел дальше по освещенной лунной тропинки.
Он шел медленно, ему очень нравились ночные пейзажи леса, который он обходил. Он любил жить, и так же сильно он любил все, что его окружало.
Пройдя все поле, Абель оказался у дома. Это был не его дом. Во первых озеро, возле которого жил Абель, находилось дальше, во вторых дом был гораздо больше, чем жилище Харкера, и сделан был из массивного, серого камня. Подойдя поближе, Харкер решил заглянуть в ближайшее к нему окно. Его заинтересовало что, или кого может таить этот дом.
Окна были размещены не так высоко, на уровне плеч. Абелю пришлось встать на цыпочки, что бы видеть всю комнату. Заглянув в окошко, он увидел следующее:
Комната была освещена тремя свечами, которые стояли на табурете у кровати. Слева у стены стояла большая деревянная кровать, на которой было много подушек. Кровать была заслана темно крассным одеямон, из под которого виднелась такого же тона простыня. Справа стоял большой комод, который был сделан тоже из дерева. Он был очень массивный, с двумя дверьми. Посередине висели часы, такого же цвета как и комод, а под часами была картина, на которой был изображен лесной пейзаж.
Всю эту гармонию вещей нарушил скрип дверной ручки. Дверь в комнату распахнулась и в нее зашла юная девушка. Она зашла в комнату, расчесывая свои длинные, шелковистые волосы, которые темными прядями свисали до самого пояса. У девушки были светло — голубые глаза, которые были как море, голубые и безмятежные. Зайдя в комнату она положила гребешок на комод и заперла дверь на ключ, так что ключ остался в двери. Сев на край кровати, девушка стала снимать с себя платье и постепенно раздеваться. Абель остолбенел. Даже стоя за окном, и зная что его не видят, Харкеру стало неловко. Настал момент когда девушка оказалась совсем голой. Абель опустил голову в низ, пытаясь не смотреть, но чувство любопытства все же одолело чувство стыда, и он продолжал наблюдение. Юная красавица была просто идеального телосложения. Упругая и изящная грудь, плоский живот, длинные ноги, женственно — божественные руки, ангельские черты лица. Девушка недолго ходила в чем мать родила и достав ночную рубашку из комода одела ее, после чего изящное тело плавно слилось с кроватью. Затушив все свечи, и укутавшись в одеяло, скорее всего девушка заснула.
Подойдя к лесу, Харкер усомнился в безопасности освещенных крон деревьев и мрачного, полного опасностей пути. Он вспомнил слова доктора, который предупреждал его об опасности, и поэтому путь через лес показался Абелю еще более зловещим, таящем в себе воров и убийц. Он решил пойти в обход, через поле, которое находилось на краю леса. Но по этой дороге Абель не ходил никогда. Он побаивался всех путей, ведущих к его дому. Все же в обход, наверно, будет безопаснее.
Путь ему казался длинным и тяжелым. Лес не заканчивался. Ветер покачивал ветки, и воображение путника разыгралось не на шутку. Абель боялся, что из темноты на него может кто то выскочить, человек или зверь. Не смотря на страх, он продолжал идти.
Когда же Харкер увидел поле, поросшее мхом и травой, и тропинку, которая разрезала это поле пополам, Абелю стало намного легче, так как путь домой становился все ближе и ближе. Его клонило в сон, время позднее, а Харкер всегда ложился раньше, чем сегодня. Дорога, освещенная лунным сиянием, была не близкая. Пройдя пол пути, Абель увидел что то черное, похожее на силуэт человека, только в три метра ростом. Этот силуэт был в ста шагах от него. Луна конечно и освещала дорогу, но разглядеть силуэт было трудно. Подойдя ближе, сомнения в том, что тень это человек, рассеялись, так как темный силуэт не двигался. Подойдя еще ближе, Абель все таки понял что это за силуэт.
Посреди пустоши, рядом с дорогой стоял огромный, массивный черный крест. Он был три метра длинной, весь черный, покрытый темным, палубным лаком. Его поставили в двух шагах у дороги, на небольшом возвышении, так как под ним, вероятно, тихо и мирно покоится тело самоубийцы, которых хоронили на распутье дорог или просто у дороги. Весьма вероятно, что крест стоит и как памятник чему то или кому то. Почему он стоял именно на этой тропинке, для чего его поставили? Абель не знал. Харкер долго всматривался в темный крест жертвы собственного предрассудка, либо просто в памятник, который стоял в память неизвестной покоившейся души. Ни каких надписей или пожеланий Абель не нашел, после чего он повернулся к кресту спиной и обратил внимание на тень креста, которая сливалась с его собственной тенью, и образовывал на земле единый силуэт.
— Ого. Меня словно распяли. — произнес с усмешкой Абель, разведя руки в стороны.
На земле сочеталась тень креста и тень распятого тела Абеля воедино. Вместе это очень сильно напоминало мученика за грехи человеческие. Может, это было и богохульство, но Абель не очень веровал в бога. Абель усмехнулся, и побрел дальше по освещенной лунной тропинки.
Он шел медленно, ему очень нравились ночные пейзажи леса, который он обходил. Он любил жить, и так же сильно он любил все, что его окружало.
Пройдя все поле, Абель оказался у дома. Это был не его дом. Во первых озеро, возле которого жил Абель, находилось дальше, во вторых дом был гораздо больше, чем жилище Харкера, и сделан был из массивного, серого камня. Подойдя поближе, Харкер решил заглянуть в ближайшее к нему окно. Его заинтересовало что, или кого может таить этот дом.
Окна были размещены не так высоко, на уровне плеч. Абелю пришлось встать на цыпочки, что бы видеть всю комнату. Заглянув в окошко, он увидел следующее:
Комната была освещена тремя свечами, которые стояли на табурете у кровати. Слева у стены стояла большая деревянная кровать, на которой было много подушек. Кровать была заслана темно крассным одеямон, из под которого виднелась такого же тона простыня. Справа стоял большой комод, который был сделан тоже из дерева. Он был очень массивный, с двумя дверьми. Посередине висели часы, такого же цвета как и комод, а под часами была картина, на которой был изображен лесной пейзаж.
Всю эту гармонию вещей нарушил скрип дверной ручки. Дверь в комнату распахнулась и в нее зашла юная девушка. Она зашла в комнату, расчесывая свои длинные, шелковистые волосы, которые темными прядями свисали до самого пояса. У девушки были светло — голубые глаза, которые были как море, голубые и безмятежные. Зайдя в комнату она положила гребешок на комод и заперла дверь на ключ, так что ключ остался в двери. Сев на край кровати, девушка стала снимать с себя платье и постепенно раздеваться. Абель остолбенел. Даже стоя за окном, и зная что его не видят, Харкеру стало неловко. Настал момент когда девушка оказалась совсем голой. Абель опустил голову в низ, пытаясь не смотреть, но чувство любопытства все же одолело чувство стыда, и он продолжал наблюдение. Юная красавица была просто идеального телосложения. Упругая и изящная грудь, плоский живот, длинные ноги, женственно — божественные руки, ангельские черты лица. Девушка недолго ходила в чем мать родила и достав ночную рубашку из комода одела ее, после чего изящное тело плавно слилось с кроватью. Затушив все свечи, и укутавшись в одеяло, скорее всего девушка заснула.
Страница 2 из 6
