Anarchy in the cunt

Когда трапеза была окончена, мы поднялись и направились в район трущоб Голд-Олд-Серкус. Мне не терпелось изобразить с быстро толстеющей Лилит тварь о двух спинах на глазах у уличной проститутки. Я приметил одну молодую особу с уродливыми чертами лица, но совсем недалекой от моего метафизического идеала — она была невероятно толста, и в тусклом свете уличного фонаря ее рыхлая кожа смотрелась божественно.

Я договорился со шлюхой и сунул ей стодолларовую купюру, и она стала наблюдать, как я начал делать с Лилит примитивную магию секса. Она стояла раком, и я с силой вгонял свое орудие внутрь пизды. Лилит начала развлекаться, переговариваясь с проституткой, торговка своим телом посмеивалась, что ничуть не помешало мне великолепно кончить.

Поправив одежду, мы дружески распрощались со жрицей любви и направились в отель «Премьер Инн Бирмингем», где в буфете мы взяли по круассану с шоколадом и апельсиновый сок и отправились спать.

Наутро мне позвонил антерпренер и мы договорились встретиться в парке Эджбастон. Мы с Лилит покинули номер и, несмотря на то, что она ворчала, будто ей некуда пойти, я оставил ее, не выделив денег. Она может заработать их, играя на улице на своем инструменте вещи Паганини или, если у нее есть вкус, что вряд ли было правдой, не только хрестоматийных исполнителей, а, к примеру, Джованни Баттиста Джакомелли, прозванного «Джамбаттистом-скрипачом» — одного из первых известных истории профессиональных итальянских скрипачей. По мне, так классической музыкой нельзя заработать больших денег, но на бутерброд и банку пива всегда хватит.

Я встретился с антерпренером, который назвал себя как Джим Поттер, мы сели в «Бентли» и рванули в местный университет, который любезно предоставил помещение для нашего шабаша.

Меня встретили, как и подобает, оккультными знаками, а когда я взошел на кафедру, уже облаченный в церемониальные белые одежды, наградили бурными аплодисментами, и я начал речь.

— Все прославленные оккультисты стремились высвободить дух из бренных оков плоти, не насилуя тело и не прибегая к его умерщвлению, что само по себе было бы бессмысленным, потому как дух после смерти человека отходит в астральный мир, где существует по другим законам, законам тонких материй, и материи эти для астрального мира все равно, что плоть для нашего вещного мира. Но на Земле все имеет внутреннюю, незримую связь с чем-то еще, и происходит эта связь от дуализма, Добра и Зла. Поэтому мы, подобно предшественникам, вызываем Дьявола, Хозяина нашего, дабы высвободить наш Дух, и торжество духа во плоти и есть Анархия.

Я нес херню два часа и был снова вознагражден аплодисментами. Больше мне в стенах этого заведения нечего было делать, поэтому мы с Поттером переоделись, и сев в машину, рванули на вокзал. Я решил, что искать Лилит не стоит — девочка была самостоятельной и сможет заработать денег на дорогу домой, если, конечно, она опять не нажрется и не займется психогеографическими исследованиями. Но в этом тоже не будет ничего страшного — кто-нибудь ее трахнет и посадит на поезд — хотя бы из чувства благодарности, ведь я научил ее всем атрибутам сексуальной магии.

Мы сели в поезд на Ноттингем и вскоре уже были в этом городке. В поезде мы основательно надрались виски со льдом марки «Сто волынщиков», поэтому я не помню, как оказался у какой-то местной достопримечательности, прочитал лекцию и отправился в отель.

— Господи, меня выгонят из агентства! — нудил Поттер.

— Скажи, что я приставил тебе нож к горлу и заставил нализаться, — предложил я.

— Наверное, так я и сделаю, — убито пробормотал Джим и опять отправился блевать в сортир.

В дверь постучали. Я поморщился от вспышки головной боли и открыл.

На пороге стояла какая-то девица, в которой я смутно узнал дочь влиятельной семьи, которая присутствовала на лекции в Бирмингеме.

— Вы — Клайв Мюррей? — полу утвердительно произнесла слушательница.

— К вашим услугам, — буркнул я.

— О, какая удача, что я встретилась тут с вами! Я хотела навестить тетушку, но она внезапно умерла, поэтому я поехала в эту гостиницу, и краем уха услышала, что вы вписались в номер. Вы не представляете, как меня поразила ваша лекция! Я открыла для себя новые горизонты, у меня открылись глаза на сущность бытия!

В мои планы не входило выслушивать словоизлияния поклонниц, но имидж сатаниста обязывал вести себя вежливо с потенциальной паствой, поэтому я спросил:

— Как тебя звать, дитя мое?

— Мэри Энн, — прозвенела девушка.

Видимо, родители этой особы перечитали детской английской литературы.

— К тому же я — анархистка, и ваша концепция сатанизма органично переплетается с моей идеологией!

— Анархизм — это не идеология, — проскрипел я.

— Также я слышала, что вы большой поклонник и последователь Алистера Кроули, — начала Мэри Энн.