В давние-давние времена жил падишах. У него долго не было детей. Но вот жена его родила мальчика и тут же умерла. Падишах так горевал по ней, что не захотел видеть сына, который был причиною ее смерти. Он отдал мальчика на воспитание кормилице, строго приказал оберегать его, никому не показывать и даже не выносить на дневной свет.
Добавить в моё избранное
16 мин, 34 сек 11582
Зятья не узнали его и заинтересовались:
— Кто этот пышно одетый красавец, с лошадью в дорогой сбруе? Музаффар не встретил по дороге ни зверя, ни птицы. Так он доехал до самой высокой горы. Поднял Музаффар голову, посмотрел вверх и увидел на горе старца.
— Эй, молодец, что тебе здесь нужно? — спросил старец.
— Я приехал охотиться, — ответил Музаффар.
— Тогда поднимайся сюда! — сказал старец.
Музаффар пришпорил коня и в один миг был на вершине горы. Поздоровался он со старцем, низко поклонился ему и рассказал о своей неудачной охоте.
— А вот поохоться на этих ланей, — сказал старец, приветливо улыбаясь Музаффару.
Ловко и быстро Музаффар убил четырех ланей и стал сдирать с них шкуры.
— Мясо горькое, желудки вкусные, — сказал многозначительно старец.
В это время к горе подъехали падишахские зятья. Они пытались подняться на гору, но не могли.
— Закройте глаза! — крикнул им старец.
И в один миг зятья были подняты наверх. Они поклонились старцу и тоже пожаловались на неудачную охоту. Старец промолчал. Видя убитых ланей, зятья стали просить неизвестного молодца продать им хотя бы одну тушу.
— Берите мясо всех четырех, — сказал Музаффар, — а мне оставьте только желудки, ножки и головы.
Обрадованные зятья забрали мясо, распрощались и быстро уехали.
Положив желудки, ножки и головы ланей в хурджин, Музаффар перекинул его через седло, поблагодарил старца, вскочил на коня и быстро обогнал падишахских зятьев. Глядя ему вслед, зятья ломали себе головы догадками о неизвестном молодце, завидовали его коню, богатой сбруе и красивой, дорогой одежде.
Музаффар поскакал туда, где оставил падишахскую клячу, переложил на нее хурджин, переоделся, простился со своим верным другом-конем и поехал домой. В хурджине была дыра, и через нее сыпалось содержимое ланьих желудков. Когда Музаффар въехал в город, уличные зеваки кричали ему вслед:
— Падишахский зять везет с охоты навоз!
Дома Музаффар попросил жену сварить суп из желудков, ног и голов ланей. На дно миски он положил навоз из желудка лани, сверху накрошил лепешек и потом наполнил миску до краев супом. Ножки и головы ланей он велел жене положить отдельно на большие лепешки и все это понести отцу.
Падишахские зятья сварили из мяса ланей жирный, хорошо посоленный суп и с поклоном принесли падишаху. Хвастаясь охотой, они и не подумали признаться, что купили мясо у охотника.
Ласково встретил любимых зятьев падишах. Но когда он попробовал суп у старшего зятя, угощенье показалось ему горьким. Попробовал падишах блюдо другого зятя — и этот суп тоже был невкусный и горький. Падишаха даже затошнило от такого угощенья, и он велел выбросить кушанья куда-нибудь подальше: так горька была эта пища лжи.
С блюдом в руках вошла к отцу Малика Дуньё и просила попробовать своего хлеба-соли. Падишах сказал:
— Уважаемые мои зятья принесли мне такую горькую еду, что есть нельзя! Чем же хорошим можете угостить меня вы? Забирай свою еду и уходи.
Но умный вазир сказал падишаху:
— О господин, нельзя отказываться от еды, уважай угощенье всякого! Возьми ложку, попробуй, а тогда уж отсылай обратно.
Падишах никогда не возражал своему умному вазиру. Он взял и попробовал суп Малики Дуньё — пищу правды. Съел одну ложку супа падишах, взял вторую, третью — так ему понравилось кушанье. И все ел, ел падишах, пока не увидел на дне блюда навоз.
Падишах сразу перестал есть и воскликнул:
— Дочь моя, суп твой пришелся мне по вкусу, но как же мог попасть в него навоз?
— Дорогой отец, — сказала Малика Дуньё, — ведь мы живем вместе со скотом, в доме у нас везде навоз, вот он и попал в блюдо.
Стыдно стало падишаху, и он велел дать плешивому зятю дом получше, но уж конечно не такой богатый, как у двух других зятьев.
По соседству с городом Корф был город Тородж-падишаха, который когда-то сватался к Малике Дуньё и получил отказ.
Дошли до Тородж-падишаха слухи, что Малику Дуньё выдали замуж за плешивого садовника. Оскорбленный и обиженный, падишах собрал войско — так много войска, как снега зимой, — и пошел войной на город Корф. Падишах Корфа был уже стар, он сказал своим любимым зятьям:
— Эй, молодежь, идите, защищайте своих жен, матерей и родину!
Зятья сначала испугались и отказались воевать. Но весь народ города Корф поднялся на Тороджа — стыдно им стало прятаться. Музаффар же, узнав о нападении врага, сказал жене:
— Беги скорей к отцу, проси дать мне коня, меч и лук со стрелами — я пойду воевать!
Малика Дуньё пошла к отцу и передала просьбу мужа. Но падишах засмеялся и сказал:
— Иди скажи своему мужу, пусть он найдет себе укромное местечко поудобнее и спит. Куда ему воевать!
Малика Дуньё передала мужу ответ отца.
— Кто этот пышно одетый красавец, с лошадью в дорогой сбруе? Музаффар не встретил по дороге ни зверя, ни птицы. Так он доехал до самой высокой горы. Поднял Музаффар голову, посмотрел вверх и увидел на горе старца.
— Эй, молодец, что тебе здесь нужно? — спросил старец.
— Я приехал охотиться, — ответил Музаффар.
— Тогда поднимайся сюда! — сказал старец.
Музаффар пришпорил коня и в один миг был на вершине горы. Поздоровался он со старцем, низко поклонился ему и рассказал о своей неудачной охоте.
— А вот поохоться на этих ланей, — сказал старец, приветливо улыбаясь Музаффару.
Ловко и быстро Музаффар убил четырех ланей и стал сдирать с них шкуры.
— Мясо горькое, желудки вкусные, — сказал многозначительно старец.
В это время к горе подъехали падишахские зятья. Они пытались подняться на гору, но не могли.
— Закройте глаза! — крикнул им старец.
И в один миг зятья были подняты наверх. Они поклонились старцу и тоже пожаловались на неудачную охоту. Старец промолчал. Видя убитых ланей, зятья стали просить неизвестного молодца продать им хотя бы одну тушу.
— Берите мясо всех четырех, — сказал Музаффар, — а мне оставьте только желудки, ножки и головы.
Обрадованные зятья забрали мясо, распрощались и быстро уехали.
Положив желудки, ножки и головы ланей в хурджин, Музаффар перекинул его через седло, поблагодарил старца, вскочил на коня и быстро обогнал падишахских зятьев. Глядя ему вслед, зятья ломали себе головы догадками о неизвестном молодце, завидовали его коню, богатой сбруе и красивой, дорогой одежде.
Музаффар поскакал туда, где оставил падишахскую клячу, переложил на нее хурджин, переоделся, простился со своим верным другом-конем и поехал домой. В хурджине была дыра, и через нее сыпалось содержимое ланьих желудков. Когда Музаффар въехал в город, уличные зеваки кричали ему вслед:
— Падишахский зять везет с охоты навоз!
Дома Музаффар попросил жену сварить суп из желудков, ног и голов ланей. На дно миски он положил навоз из желудка лани, сверху накрошил лепешек и потом наполнил миску до краев супом. Ножки и головы ланей он велел жене положить отдельно на большие лепешки и все это понести отцу.
Падишахские зятья сварили из мяса ланей жирный, хорошо посоленный суп и с поклоном принесли падишаху. Хвастаясь охотой, они и не подумали признаться, что купили мясо у охотника.
Ласково встретил любимых зятьев падишах. Но когда он попробовал суп у старшего зятя, угощенье показалось ему горьким. Попробовал падишах блюдо другого зятя — и этот суп тоже был невкусный и горький. Падишаха даже затошнило от такого угощенья, и он велел выбросить кушанья куда-нибудь подальше: так горька была эта пища лжи.
С блюдом в руках вошла к отцу Малика Дуньё и просила попробовать своего хлеба-соли. Падишах сказал:
— Уважаемые мои зятья принесли мне такую горькую еду, что есть нельзя! Чем же хорошим можете угостить меня вы? Забирай свою еду и уходи.
Но умный вазир сказал падишаху:
— О господин, нельзя отказываться от еды, уважай угощенье всякого! Возьми ложку, попробуй, а тогда уж отсылай обратно.
Падишах никогда не возражал своему умному вазиру. Он взял и попробовал суп Малики Дуньё — пищу правды. Съел одну ложку супа падишах, взял вторую, третью — так ему понравилось кушанье. И все ел, ел падишах, пока не увидел на дне блюда навоз.
Падишах сразу перестал есть и воскликнул:
— Дочь моя, суп твой пришелся мне по вкусу, но как же мог попасть в него навоз?
— Дорогой отец, — сказала Малика Дуньё, — ведь мы живем вместе со скотом, в доме у нас везде навоз, вот он и попал в блюдо.
Стыдно стало падишаху, и он велел дать плешивому зятю дом получше, но уж конечно не такой богатый, как у двух других зятьев.
По соседству с городом Корф был город Тородж-падишаха, который когда-то сватался к Малике Дуньё и получил отказ.
Дошли до Тородж-падишаха слухи, что Малику Дуньё выдали замуж за плешивого садовника. Оскорбленный и обиженный, падишах собрал войско — так много войска, как снега зимой, — и пошел войной на город Корф. Падишах Корфа был уже стар, он сказал своим любимым зятьям:
— Эй, молодежь, идите, защищайте своих жен, матерей и родину!
Зятья сначала испугались и отказались воевать. Но весь народ города Корф поднялся на Тороджа — стыдно им стало прятаться. Музаффар же, узнав о нападении врага, сказал жене:
— Беги скорей к отцу, проси дать мне коня, меч и лук со стрелами — я пойду воевать!
Малика Дуньё пошла к отцу и передала просьбу мужа. Но падишах засмеялся и сказал:
— Иди скажи своему мужу, пусть он найдет себе укромное местечко поудобнее и спит. Куда ему воевать!
Малика Дуньё передала мужу ответ отца.
Страница 4 из 5
