Острова смерти

Светлые, почти белые волосы, свободно ниспадали на плечи, тонкую талию перехватывал кожаный ремень с пряжкой в виде головы странного зверя — не то волка, не то дракона. Лицо женщины, идеальное, словно творение гениального скульптора, несло в себе отпечаток чего-то неуловимо чуждого — нечеловечески красивые черты, ничем не напоминали славянские или финские лица, отличалось они и от скандинавских черт. Чувствовалось в этом лике дыхание давно минувших эпох, отголосок от невообразимо древнего народа, сгинувшего задолго до того, как появились самые старые из современных племен. В загадочных светло-серых глазах, читался опыт и мудрость, более подобающих не человеку, а вечно юной демонице, стоящей по ту сторону человеческих понятий добра и зла.

Огромные глаза остановились на мне и тонкие губы, выглядевшие неприятно алыми на бледном лице, раздвинулись в зловещей улыбке. Ближайший ко мне человек обернулся и я почувствовал как кровь стынет у меня в жилах: под черным капюшоном скалился голый череп. Один за другим спутники беловолосой ведьмы поворачивались, оказываясь ходячими мертвецами, разлагавшимися на ходу. Могильные черви извивались в провалившихся глазницах и носах. Однако были тут и другие лица, страшно обезображенные, но все равно узнаваемые, несмотря на шрамы и трупные пятна: лица Миронова, других легионеров, моих карел и матросов парохода.

Завидев мой ужас, ведьма запрокинула голову и рассмеялась — и словно в ответ в небе послышался раскат грома. С криком я проснулся в холодном поту, но дьявольский смех еще звучал в моих ушах и гром все еще гремел со всех сторон. Однако тут же я сообразил, что сон кончился — из-за стен каюты слышалась пальба, сопровождаемая отчаянными ругательствами на русском и карельском языках. Я схватился за пистолет, но тут дверь распахнулась и на пороге появился Иван Миронов, в сопровождении двух бойцов Легиона. Все трое держали меня под прицелом своих маузеров, еще дымившихся от недавней пальбы.

— Не валяйте дурака, мистер Вудс, — сказал мне Миронов, — бросайте оружие.

— Что, черт бы тебя побрал, все это значит?!— гневно сказал я.

— Это значит, что хватит вам топтать русскую землю, — усмехнулся Иван, — ну!

Он качнул оружием и я с неохотой бросил пистолет на пол. Иван хмыкнул и жестом приказал мне выйти из каюты. На залитой кровью палубе лежало несколько трупов, а двадцать легионеров держали на прицеле карел и англичан. Еще один легионер, стоял в рубке, приставив дуло пистолета к виску бледного как смерть рулевого.

— Не увлекайтесь, товарищи! — крикнул Миронов, — пока они нам нужны живыми.

— Товарищи! — я обернулся к Миронову, — ты большевик?

— Я служу России, — процедил Миронов, — кроме красных в нашей несчастной стране теперь нет власти, способной объединить страну. Мы с ребятами еще на Соловках решили уйти к большевикам, но перед этим решили исполнить одно поручение прежнего командования. Вы зря сюда пришли, англичане, — как бы не ненавидели друг друга красные и белые, вас не любит никто.

— Что ты собираешься сделать с нами?— спросил я.

— Для начала отвезу на остров, — ответил Иван, — где сделаю тебя и остальных короче ровно на голову. Твоя чухна любезно снабдила нас оружием для сего богоугодного занятия, — он хлопнул по бедру, где висел большой топор, — так ни у кого не останется сомнений, в том, что произошло на островах. Тела же самих карелов я выброшу подальше в море … Он замолчал, но мне уже стал ясен его план. Белогвардейское командование давно хотело вбить клин между карелами и британским командованием, постоянно пугая, что карелы нас просто перережут во сне. Неудивительно, если Миронов получил соответствующие распоряжения из Архангельска — убить нас и свалить это на солдат Карельского легиона. Генерал Миллер потребует разоружить всех карел, наше командование скорей всего согласится, на что карелы ответят массовым мятежом. И вот тогда на охваченный раздорами Белый Север с юга двинется Красная армия.

Я с ненавистью посмотрел на Ивана и тот холодно усмехнулся.

— Стерегите его лучше, — сказал он, — до острова он должен дойти в целости и сохранности.

Солнце уже клонилось к закату, когда мы увидели острова Вамма — разбросанные в море клочки земли, самый крупный из которых был не больше двух миль в протяженности. Иные из островов поросли густым еловым лесом, другие, поменьше, представляли сплошь нагромождение гранитных скал, покрытых лишайниками и мхами. В проливах, меж островов, стелились струйки тумана, на воде покачивались последние льдины, еще не растаявшие после недавней зимы.

Перед тем как войти в проливы, Миронов выстроил всех пленников на палубе и приказал отделить карел от англичан и русских, не пожелавших перейти на сторону мятежников.

— Все должно быть правдоподобно, — усмехнулся он, давая знак легионерам.

— Ублюдок! — я дернулся вперед, готовый голыми руками разорвать мерзавца, но тут же получил удар прикладом.