— Ну и как тебе тут? — спросил я дочку, когда мы вошли в наше новое, пока еще лишь предполагаемое жилье.
Добавить в моё избранное
25 мин, 44 сек 3063
Темно. Поискал на ближайшей стене выключатель, — не может же он тут без света обходиться, — нашел, зажег свет и… тут же, в углу увидел нашейный платок Алисы. Она в последние дни постоянно носила его. То ли мода такая у местных девчонок, то ли еще что. Возможно, уже убегая от этого маньяка, она обронила его, а может он сам недоглядел, затаскивая мою девочку в свое логово. Сомнений не осталось, — Соколов, похоже, оказался именно тем, кто измывался над моей дочерью. Я продолжил поиски.
Обыскав практически пустой подвал, я уже было решил вылезать, но тут меня привлекла небольшая куча опилок, посреди подвала.
Зачем тут опилки? — подумал я, разворошил кучу ногой и радостно усмехнулся. Под насыпанными опилками я увидел еще один люк уже в полу подвала. В металлических проушинах был вставлен замок, к моему счастью не запертый. Открыв его, я поднял крышку люка. Темно. Где-то наверняка есть еще выключатель. Я огляделся и действительно, на одной из стен подвала увидел несколько выключателей. Перепробовав все, я наконец увидел, что внизу зажегся свет. Я вновь спустился по лестнице и оказался в помещении, примерно четыре на пять метров, высотой чуть больше двух метров. Видно хозяин ни один месяц копал это убежище. А для каких целей понятно стало сразу по обстановке. В одном углу стояла металлическая кровать с кожаными ремнями закрепленными по углам, возле кровати вделанное в стену металлическое кольцо с цепью, на конце которой, опять же металлический ошейник, закрывающийся на замок. У другой стены странная деревянная конструкция также с ремнями для рук и ног. Представив, что можно вытворять с человеком, поместив его в этот агрегат, я едва сдержал бешенство. Бедная моя девочка! Что же ты сволочь с ней здесь вытворял! А может и не только с ней?! У стены небольшой стол с десятком странных, явно самодельных инструментов. Инструментов для пыток. В дальнем углу ведро закрытое крышкой, очевидно туалет.
Осмотрев комнату, точнее сказать камеру пыток, я тихо прошептал: Убью суку! Медленно, медленно!
Тут меня вновь обдало холодной волной и в голове прозвучал далекий, любимый голос:
— Сууука! Не отдавай его полиции, папа! Я хочу увидеть, как он сдохнет! Медленно! Я буду с тобой, пока он не сдохнет. И я уже придумала, что мы с ним сделаем… Тут в моей голове пронеслись страшные образы отмщения и я полностью разделил мнения дочки. А может это я сам придумал, что я сделаю с этим извергом. Теперь это было уже не важно. Я принял решение. Мы с дочкой приняли решение.
Я со всей тщательностью убрал следы своего пребывания и покинул дом маньяка. Вернувшись домой, я, точнее мы с дочкой, так как я чувствовал ее присутствие в своей голове, стали разрабатывать план нашей мести.
Сейчас, когда все осталось в прошлом, я даже сказать точно не могу, была ли на самом деле моя дочь пособницей в том, что я сотворил в дальнейшем с ее мучителем. Может голос дочери просто мне мерещился, и я от горя медленно сходил с ума? Какая теперь разница?! Хотя… это ведь она указала на Соколова в первый раз, в моем кабинете, и в его доме верно указала, где искать вход в его личную камеру пыток. Значит все было на самом деле и какая-то энергетическая сущность Алисы действительно находилась тогда где-то рядом.
Следующие несколько недель я готовился к воплощению моего, — или нашего с Алисой? — плана мести. Алиса, судя по всему, не хотела, чтобы для ее мучителя все закончилось быстро. Нет! Она придумывала все новые и новые наказания для своего мучителя и делилась ими в моих снах. А может это я сам сходил с ума? Не знаю. Я и сейчас, когда уже все закончилось, этого не понимаю.
В конечном итоге, мы решили прибегнуть к хирургии. Медленно и с максимальными мучениями, отрезать этому душегубу все, что возможно. Что бы в результате из него получился живой обрубок, без рук, без ног, без половых органов, — на последнем упорно настаивала Алиса и я был полностью с ней согласен. Лишь один вопрос меня беспокоил, — выдержит ли долго такую экзекуцию наш новоявленный маньяк.
Хирургию в институте я практически не изучал, — так, основные понятия, и для осуществления нашего плана, мне пришлось съездить в городскую библиотеку и взять все, что удалось найти по хирургии, а точнее, по ампутации конечностей. С утра я принимал больных, потом поднимался к себе и штудировал учебники. Ну а для начала, надо было найти подходящее для наших целей помещение, куда никто не будет совать свой нос и раздобыть где-то хирургические инструменты, лекарства, анестетики, бинты и прочее. От анестезии мы решили отказаться сразу, но немного поразмыслив, решили все же на всякий случай приобрести и обезболивающие препараты. Мы не хотели, чтобы наш клиент умер в первые же часы от болевого шока. Пришлось обзванивать своих бывших друзей по институту, договариваться, искать другие обходные пути, чтобы достать что-то, чего не было в свободной продаже.
Обыскав практически пустой подвал, я уже было решил вылезать, но тут меня привлекла небольшая куча опилок, посреди подвала.
Зачем тут опилки? — подумал я, разворошил кучу ногой и радостно усмехнулся. Под насыпанными опилками я увидел еще один люк уже в полу подвала. В металлических проушинах был вставлен замок, к моему счастью не запертый. Открыв его, я поднял крышку люка. Темно. Где-то наверняка есть еще выключатель. Я огляделся и действительно, на одной из стен подвала увидел несколько выключателей. Перепробовав все, я наконец увидел, что внизу зажегся свет. Я вновь спустился по лестнице и оказался в помещении, примерно четыре на пять метров, высотой чуть больше двух метров. Видно хозяин ни один месяц копал это убежище. А для каких целей понятно стало сразу по обстановке. В одном углу стояла металлическая кровать с кожаными ремнями закрепленными по углам, возле кровати вделанное в стену металлическое кольцо с цепью, на конце которой, опять же металлический ошейник, закрывающийся на замок. У другой стены странная деревянная конструкция также с ремнями для рук и ног. Представив, что можно вытворять с человеком, поместив его в этот агрегат, я едва сдержал бешенство. Бедная моя девочка! Что же ты сволочь с ней здесь вытворял! А может и не только с ней?! У стены небольшой стол с десятком странных, явно самодельных инструментов. Инструментов для пыток. В дальнем углу ведро закрытое крышкой, очевидно туалет.
Осмотрев комнату, точнее сказать камеру пыток, я тихо прошептал: Убью суку! Медленно, медленно!
Тут меня вновь обдало холодной волной и в голове прозвучал далекий, любимый голос:
— Сууука! Не отдавай его полиции, папа! Я хочу увидеть, как он сдохнет! Медленно! Я буду с тобой, пока он не сдохнет. И я уже придумала, что мы с ним сделаем… Тут в моей голове пронеслись страшные образы отмщения и я полностью разделил мнения дочки. А может это я сам придумал, что я сделаю с этим извергом. Теперь это было уже не важно. Я принял решение. Мы с дочкой приняли решение.
Я со всей тщательностью убрал следы своего пребывания и покинул дом маньяка. Вернувшись домой, я, точнее мы с дочкой, так как я чувствовал ее присутствие в своей голове, стали разрабатывать план нашей мести.
Сейчас, когда все осталось в прошлом, я даже сказать точно не могу, была ли на самом деле моя дочь пособницей в том, что я сотворил в дальнейшем с ее мучителем. Может голос дочери просто мне мерещился, и я от горя медленно сходил с ума? Какая теперь разница?! Хотя… это ведь она указала на Соколова в первый раз, в моем кабинете, и в его доме верно указала, где искать вход в его личную камеру пыток. Значит все было на самом деле и какая-то энергетическая сущность Алисы действительно находилась тогда где-то рядом.
Следующие несколько недель я готовился к воплощению моего, — или нашего с Алисой? — плана мести. Алиса, судя по всему, не хотела, чтобы для ее мучителя все закончилось быстро. Нет! Она придумывала все новые и новые наказания для своего мучителя и делилась ими в моих снах. А может это я сам сходил с ума? Не знаю. Я и сейчас, когда уже все закончилось, этого не понимаю.
В конечном итоге, мы решили прибегнуть к хирургии. Медленно и с максимальными мучениями, отрезать этому душегубу все, что возможно. Что бы в результате из него получился живой обрубок, без рук, без ног, без половых органов, — на последнем упорно настаивала Алиса и я был полностью с ней согласен. Лишь один вопрос меня беспокоил, — выдержит ли долго такую экзекуцию наш новоявленный маньяк.
Хирургию в институте я практически не изучал, — так, основные понятия, и для осуществления нашего плана, мне пришлось съездить в городскую библиотеку и взять все, что удалось найти по хирургии, а точнее, по ампутации конечностей. С утра я принимал больных, потом поднимался к себе и штудировал учебники. Ну а для начала, надо было найти подходящее для наших целей помещение, куда никто не будет совать свой нос и раздобыть где-то хирургические инструменты, лекарства, анестетики, бинты и прочее. От анестезии мы решили отказаться сразу, но немного поразмыслив, решили все же на всякий случай приобрести и обезболивающие препараты. Мы не хотели, чтобы наш клиент умер в первые же часы от болевого шока. Пришлось обзванивать своих бывших друзей по институту, договариваться, искать другие обходные пути, чтобы достать что-то, чего не было в свободной продаже.
Страница 4 из 7
