Черные грозовые тучи нависали над ее головой, словно гигантские птицы, но Вероника не замечала их. Что тучи? Они прольются на землю серебряным дождем слез, и небо вновь будет чистым и голубым. Куда сильнее беспокоил Веронику тот беспросветный мрак, что поселился в ее душе. Мрак, тяжелый как камень, глубокий, как Марианская впадина, непреодолимый, как глубины космоса.
Добавить в моё избранное
23 мин, 48 сек 5259
«Так выглядят маньяки и главы сатанинских сект, — подумала Вероника.»
— Но и те, и другие ходят по земле, а не летают. Они не умеют летать«.»
И вдруг она поняла. Перед ней была сама Смерть. Именно так ее изображают на карикатурах и в комиксах. Только эта Смерть была не из комикса. Она была настоящей.
«Но где ее коса?» — подумала Вероника, и как по мановению волшебной палочки в руках Смерти появился огромный золотой серп. Страха Вероника по-прежнему не испытывала.«Сейчас я умру, — с безразличием поняла она, и облегченно вздохнула.»
— Я умру«.»
Тем временем Смерть уже вплотную приблизилась к ней. Она нависла над Вероникой, и ее костяные пальцы откинули тяжелый капюшон. Под ним, как и предполагала Вероника, оказался белоснежный, гладкий как бильярдный шар, череп, Мертвая человеческая голова. Два ряда белых и чуть кривоватых зубов, сквозь щели которых сочилась густая, нереальная тьма. Провал носа, а за ним — то же самое. И, наконец, глазные впадины. Они были пусты, но за этой пустотой, за этим мраком скрывалась такая бездна отчаяния, что Вероника невольно отшатнулась. Эти глаза взирали на мир миллионы и миллионы лет, и на протяжении всех этих бесконечных лет, день за днем, принимая в себя последний взгляд каждого, когда-либо покинувшего этот мир существа, провожая его последний вздох. И теперь эти глаза смотрели на нее. Вероника вновь погрузилась во тьму.
Когда она вновь пришла в себя, за окном уже светило Солнце. Его лучи пробивались сквозь легкую штору и приятно щекотали лицо. Вероника открыла глаза и осмотрелась по сторонам. Она лежала на широкой кровати возле самого окна, в абсолютно незнакомой ей комнате. Стены и потолок здесь были выкрашены в небесно-голубой цвет.
«Довольно мило, хотя и безвкусно», — оценила про себя Вероника.
Рядом с кроватью, на жестком стуле сидел Сергей. Его глаза были прикрыты, и, казалось, что он спит. Вероника села на край кровати.
— Вы убили меня, — сказала она.
Сергей открыл глаза.
— Нет, — ответил он.
— Это сделали не мы. Ты уже была мертва, просто не знала об этом.
— О чем ты говоришь? — не поняла Вероника.
— На тебе уже лежала тень смерти. Это было неизбежно. Ты все равно бы умерла.
— Я не понимаю… — Со временем ты все поймешь. Ты научишься.
— Чему?
— Быть такой как сейчас. Неживой. И еще ты научишься убивать.
Сергей замолчал. Вероника с интересом разглядывала его, гадая, что же еще он может сказать. Все события, произошедшие с ней за последние сутки больше не вызывали у нее никаких эмоций. Ни сожаления, ни страха, ни печали, ничего. Разве что любопытство? Она знала, что умерла, но почему тогда она может ходить и разговаривать? Зачем ее убили? И кого придется убивать ей? Она жаждала получить ответы на все эти вопросы.
Наконец Сергей заговорил снова.
— Знаешь, Ника, — начал он, — так получилось, что ты умерла. Но ты умерла задолго до нашей встречи. Тебя убил Игорь.
— Как? — снова не поняла Вероника.
— Он наложил на тебя отметину смерти. Ты должна была умереть прямо там, в ванной, и ты умерла, хотя и не узнала об этом. Ты вырвалась из его рук, но в тот момент, когда лезвие бритвы коснулось твоего горла, твоя судьба была предрешена. Нить твоей жизни оборвалась, и, несмотря на то, что ты убежала, ты уже была обречена. Ты должна была умереть. Если не от руки психопата, то от чего-то другого. От удара автомобиля, например.
Вероника отчетливо вспомнила, как Сергей выдернул ее из под колес пронесшегося мимо «мерседеса» и кивнула.
— Вы меня убили, потому что я была обречена? — спросила она.
— Это был знак, — ответил Сергей, помолчав.
— Ты убегала от смерти, а это дано не каждому. Тебе повезло.
— Повезло в чем? В том, что я стала зомби?
— Ты не зомби. Если уж на то пошло, ты даже не мертвая. Ты просто неживая, а это большая разница. Прости, но ты стала Проводником Смерти, а то, что произошло с тобой ночью, называется Поцелуем Смерти.
— Я не понимаю, — прошептала Вероника.
— В чем разница между мертвым и неживым? Объясни мне.
— Все очень просто, Ника, — усмехнулся Сергей, — Мертвые не ходят и не думают, а живые, они и есть живые. Они не умерли. Знаешь, я тоже вначале не мог понять, кто я. Когда машина отца ударилась об дерево, я почувствовал, что умер, но потом вдруг смог ходить, говорить, думать. Это странное ощущение. Ты привыкнешь, как привык и я. Но пойми одно, Ника, ты не тот человек, кем была раньше. Ты будешь ходить в институт, встречаться с парнями, пить пиво, но ты изменилась. Ты переродилась. Ты больше не человек. Ты, как и я, как и все, кого ты видела сегодня ночью — Проводник смерти. Ты одна из нас. Смерть приблизила тебя, приняла в свою свиту.
— Что? — Вероника была поражена.
— Смерть всеобъемлюща, она пожирает все.
— Но и те, и другие ходят по земле, а не летают. Они не умеют летать«.»
И вдруг она поняла. Перед ней была сама Смерть. Именно так ее изображают на карикатурах и в комиксах. Только эта Смерть была не из комикса. Она была настоящей.
«Но где ее коса?» — подумала Вероника, и как по мановению волшебной палочки в руках Смерти появился огромный золотой серп. Страха Вероника по-прежнему не испытывала.«Сейчас я умру, — с безразличием поняла она, и облегченно вздохнула.»
— Я умру«.»
Тем временем Смерть уже вплотную приблизилась к ней. Она нависла над Вероникой, и ее костяные пальцы откинули тяжелый капюшон. Под ним, как и предполагала Вероника, оказался белоснежный, гладкий как бильярдный шар, череп, Мертвая человеческая голова. Два ряда белых и чуть кривоватых зубов, сквозь щели которых сочилась густая, нереальная тьма. Провал носа, а за ним — то же самое. И, наконец, глазные впадины. Они были пусты, но за этой пустотой, за этим мраком скрывалась такая бездна отчаяния, что Вероника невольно отшатнулась. Эти глаза взирали на мир миллионы и миллионы лет, и на протяжении всех этих бесконечных лет, день за днем, принимая в себя последний взгляд каждого, когда-либо покинувшего этот мир существа, провожая его последний вздох. И теперь эти глаза смотрели на нее. Вероника вновь погрузилась во тьму.
Когда она вновь пришла в себя, за окном уже светило Солнце. Его лучи пробивались сквозь легкую штору и приятно щекотали лицо. Вероника открыла глаза и осмотрелась по сторонам. Она лежала на широкой кровати возле самого окна, в абсолютно незнакомой ей комнате. Стены и потолок здесь были выкрашены в небесно-голубой цвет.
«Довольно мило, хотя и безвкусно», — оценила про себя Вероника.
Рядом с кроватью, на жестком стуле сидел Сергей. Его глаза были прикрыты, и, казалось, что он спит. Вероника села на край кровати.
— Вы убили меня, — сказала она.
Сергей открыл глаза.
— Нет, — ответил он.
— Это сделали не мы. Ты уже была мертва, просто не знала об этом.
— О чем ты говоришь? — не поняла Вероника.
— На тебе уже лежала тень смерти. Это было неизбежно. Ты все равно бы умерла.
— Я не понимаю… — Со временем ты все поймешь. Ты научишься.
— Чему?
— Быть такой как сейчас. Неживой. И еще ты научишься убивать.
Сергей замолчал. Вероника с интересом разглядывала его, гадая, что же еще он может сказать. Все события, произошедшие с ней за последние сутки больше не вызывали у нее никаких эмоций. Ни сожаления, ни страха, ни печали, ничего. Разве что любопытство? Она знала, что умерла, но почему тогда она может ходить и разговаривать? Зачем ее убили? И кого придется убивать ей? Она жаждала получить ответы на все эти вопросы.
Наконец Сергей заговорил снова.
— Знаешь, Ника, — начал он, — так получилось, что ты умерла. Но ты умерла задолго до нашей встречи. Тебя убил Игорь.
— Как? — снова не поняла Вероника.
— Он наложил на тебя отметину смерти. Ты должна была умереть прямо там, в ванной, и ты умерла, хотя и не узнала об этом. Ты вырвалась из его рук, но в тот момент, когда лезвие бритвы коснулось твоего горла, твоя судьба была предрешена. Нить твоей жизни оборвалась, и, несмотря на то, что ты убежала, ты уже была обречена. Ты должна была умереть. Если не от руки психопата, то от чего-то другого. От удара автомобиля, например.
Вероника отчетливо вспомнила, как Сергей выдернул ее из под колес пронесшегося мимо «мерседеса» и кивнула.
— Вы меня убили, потому что я была обречена? — спросила она.
— Это был знак, — ответил Сергей, помолчав.
— Ты убегала от смерти, а это дано не каждому. Тебе повезло.
— Повезло в чем? В том, что я стала зомби?
— Ты не зомби. Если уж на то пошло, ты даже не мертвая. Ты просто неживая, а это большая разница. Прости, но ты стала Проводником Смерти, а то, что произошло с тобой ночью, называется Поцелуем Смерти.
— Я не понимаю, — прошептала Вероника.
— В чем разница между мертвым и неживым? Объясни мне.
— Все очень просто, Ника, — усмехнулся Сергей, — Мертвые не ходят и не думают, а живые, они и есть живые. Они не умерли. Знаешь, я тоже вначале не мог понять, кто я. Когда машина отца ударилась об дерево, я почувствовал, что умер, но потом вдруг смог ходить, говорить, думать. Это странное ощущение. Ты привыкнешь, как привык и я. Но пойми одно, Ника, ты не тот человек, кем была раньше. Ты будешь ходить в институт, встречаться с парнями, пить пиво, но ты изменилась. Ты переродилась. Ты больше не человек. Ты, как и я, как и все, кого ты видела сегодня ночью — Проводник смерти. Ты одна из нас. Смерть приблизила тебя, приняла в свою свиту.
— Что? — Вероника была поражена.
— Смерть всеобъемлюща, она пожирает все.
Страница 6 из 7
