Жил у реки старый мурия с женой. Вырубили они кусок леса и на новом поле посеяли рис. Только рис дал побеги, краб Какрамал Куар повадился что ни день выходить из реки и рис поедать. Отчаялся старик и спрашивает жену, что ему теперь делать. Она ему велела смастерить из бамбука ловушку. Сделал он такую ловушку и поставил ее на том месте, где вода с поля в реку сбегала. Раз видит: попался в ловушку краб. Только он поднял топор — его пристукнуть, краб ему говорит...
3 мин, 23 сек 8464
— Батюшка, не убивай. Лучше возьми меня жить к себе в дом.
Старик взял ловушку вместе с крабом, повесил ее на топорище, топор на плечо положил и пошел домой. Старуха в ту пору рис обдирала. Старик позвал ее поглядеть, кого он поймал. Она, как увидела краба, камнем на него замахнулась — убить. А краб ей говорит:
— Матушка, не убивай. Лучше возьми меня жить к себе в дом.
Вот старуха и пустила его жить в уголке на веранде. Прошло восемь дней, и раджа позвал крестьян на бегар — урожай ему собирать. Старуха говорит:
— Вся молодежь из деревни па работу идет, а мы кого пошлем от нашего дома?
Краб говорит:
— Я за тебя пойду, матушка.
— Куда тебе, сынок? Там тебя насмерть затопчут.
А краб не послушался. Привязал к клешне серп и пошел в поле. Увидели его сельчане, кричат:
— Иди прочь отсюда, а то мы тебя прикончим. Что бы тебе пойти на поле к дочке нашего раджи?
Краб и пошел на поле дочери раджи. Там он сбросил свою крабью шкурку и обернулся пареньком лет двенадцати, красоты неописанной. Работал он очень прилежно и убрал чуть не все поле.
В полдень настало время обедать. Жены и матери понесли работникам в поле поесть. Дочка раджи тоже пришла, большой горшок каши на голове принесла — тем, кто на ее поле работал. Народ смеется, кричит ей:
— У тебя на поле работает краб. Не забудь его накормить.
Девушка пошла к своему полю. Паренек, как увидел ее, сразу влез в крабыо шкуру и побежал на десяти лапках. Присела девушка и стала пробовать его накормить. Кладет кашицу в щель — думает, там рот у него, — а каша на землю вся валится. Стала она тогда класть рис понемножку ему на клешни — вот он и принялся есть. Кончил, и девушка ушла.
Как справился народ со всей работой, раджа позвал работников пировать — свининой их угостил и вином. Краб пришел вместе со стариком и старухой и сел с самого края. Дали ему малость свинины — под клешни положили — и вина налили в чашку из листьев. Краб так напился, что старухе пришлось завязать его в уголок сари. Так в узелке и домой принесла.
Прошло несколько дней, и дочка раджи затосковала. Ничего в рот не берет и все сидит себе в углу, лицом к стенке. Раджа пришел посмотреть, что с ней такое, а она ему говорит:
— Почему ты не выдаешь меня замуж? Надоело мне дурой торчать у тебя во дворце.
Раджа созвал самых богатых и самых красивых царевичей со всех концов света. Приехали и из Мандлы, и из Канкера, и из страны Орья, только никто из женихов девушке не понравился. Наконец позвали своих, деревенских. Краб тоже пришел вместе с другими и сел поодаль от остальных. Девушка всех обошла с гирляндой в руках и надела ее не на кого-нибудь, а на краба. Все над нею смеются, а она внимания не обращает и сделала так три раза подряд. Раджа говорит:
— Не смейтесь над ней, такая уж наша судьба. Пусть это краб, но он, видно, и вправду будет мне зятем.
Устроил он свадьбу и поженил дочку и краба. Как кончилась свадьба, краб, счастливый и гордый, ушел, и жена пошла с ним.
В полночь краб сбрасывал свою шкуру и превращался в прекрасного юношу. Недалеко от его дома у раджи была конюшня. Он шел туда, брал лошадей и принимался скакать вокруг деревни, пока совсем их не загоняет. Вот раджа раз и пришел на конюшню — разузнать, в чем тут дело. Конюх ему говорит:
— Я их кормлю — лучше некуда, а они все с тела спадают. Ночью раджа притаился за стенкой и стал ждать. Видит:
краб сбросил шкуру, сделался юношей и пошел скакать на конях вокруг деревни. Позвал раджа дочь и велел ей ближайшей же ночью сжечь крабью шкурку. С вечера она притворилась, будто очень устала. А как юноша вышел, взяла и сожгла его шкурку. Он приходит, а шкурки нет, и стало ему очень стыдно, что он не одет. Он завернулся с головой в одеяло и так заснул. Наутро он не захотел с кровати вставать — стыдился показаться жене без своей шкуры. Но она сдернула с него одеяло, подала ему царские одежды, и, когда раджа увидел, что его зять — сам настоящий царевич, он отдал ему половину своего царства.
Старик взял ловушку вместе с крабом, повесил ее на топорище, топор на плечо положил и пошел домой. Старуха в ту пору рис обдирала. Старик позвал ее поглядеть, кого он поймал. Она, как увидела краба, камнем на него замахнулась — убить. А краб ей говорит:
— Матушка, не убивай. Лучше возьми меня жить к себе в дом.
Вот старуха и пустила его жить в уголке на веранде. Прошло восемь дней, и раджа позвал крестьян на бегар — урожай ему собирать. Старуха говорит:
— Вся молодежь из деревни па работу идет, а мы кого пошлем от нашего дома?
Краб говорит:
— Я за тебя пойду, матушка.
— Куда тебе, сынок? Там тебя насмерть затопчут.
А краб не послушался. Привязал к клешне серп и пошел в поле. Увидели его сельчане, кричат:
— Иди прочь отсюда, а то мы тебя прикончим. Что бы тебе пойти на поле к дочке нашего раджи?
Краб и пошел на поле дочери раджи. Там он сбросил свою крабью шкурку и обернулся пареньком лет двенадцати, красоты неописанной. Работал он очень прилежно и убрал чуть не все поле.
В полдень настало время обедать. Жены и матери понесли работникам в поле поесть. Дочка раджи тоже пришла, большой горшок каши на голове принесла — тем, кто на ее поле работал. Народ смеется, кричит ей:
— У тебя на поле работает краб. Не забудь его накормить.
Девушка пошла к своему полю. Паренек, как увидел ее, сразу влез в крабыо шкуру и побежал на десяти лапках. Присела девушка и стала пробовать его накормить. Кладет кашицу в щель — думает, там рот у него, — а каша на землю вся валится. Стала она тогда класть рис понемножку ему на клешни — вот он и принялся есть. Кончил, и девушка ушла.
Как справился народ со всей работой, раджа позвал работников пировать — свининой их угостил и вином. Краб пришел вместе со стариком и старухой и сел с самого края. Дали ему малость свинины — под клешни положили — и вина налили в чашку из листьев. Краб так напился, что старухе пришлось завязать его в уголок сари. Так в узелке и домой принесла.
Прошло несколько дней, и дочка раджи затосковала. Ничего в рот не берет и все сидит себе в углу, лицом к стенке. Раджа пришел посмотреть, что с ней такое, а она ему говорит:
— Почему ты не выдаешь меня замуж? Надоело мне дурой торчать у тебя во дворце.
Раджа созвал самых богатых и самых красивых царевичей со всех концов света. Приехали и из Мандлы, и из Канкера, и из страны Орья, только никто из женихов девушке не понравился. Наконец позвали своих, деревенских. Краб тоже пришел вместе с другими и сел поодаль от остальных. Девушка всех обошла с гирляндой в руках и надела ее не на кого-нибудь, а на краба. Все над нею смеются, а она внимания не обращает и сделала так три раза подряд. Раджа говорит:
— Не смейтесь над ней, такая уж наша судьба. Пусть это краб, но он, видно, и вправду будет мне зятем.
Устроил он свадьбу и поженил дочку и краба. Как кончилась свадьба, краб, счастливый и гордый, ушел, и жена пошла с ним.
В полночь краб сбрасывал свою шкуру и превращался в прекрасного юношу. Недалеко от его дома у раджи была конюшня. Он шел туда, брал лошадей и принимался скакать вокруг деревни, пока совсем их не загоняет. Вот раджа раз и пришел на конюшню — разузнать, в чем тут дело. Конюх ему говорит:
— Я их кормлю — лучше некуда, а они все с тела спадают. Ночью раджа притаился за стенкой и стал ждать. Видит:
краб сбросил шкуру, сделался юношей и пошел скакать на конях вокруг деревни. Позвал раджа дочь и велел ей ближайшей же ночью сжечь крабью шкурку. С вечера она притворилась, будто очень устала. А как юноша вышел, взяла и сожгла его шкурку. Он приходит, а шкурки нет, и стало ему очень стыдно, что он не одет. Он завернулся с головой в одеяло и так заснул. Наутро он не захотел с кровати вставать — стыдился показаться жене без своей шкуры. Но она сдернула с него одеяло, подала ему царские одежды, и, когда раджа увидел, что его зять — сам настоящий царевич, он отдал ему половину своего царства.