Была зима. Пожилые люди собирались в ода, беседовали, говорили о каждодневных заботах, обсуждали свое житье-бытье. А внуки Гюльназ, рассевшись вокруг курси, просили бабушку рассказывать сказки…
Добавить в моё избранное
13 мин, 37 сек 15089
Встань передо мной на колени, я должна благословить тебя, чтобы исполнилось твое заветное желание.
Слова старухи очень удивили Аревахат. Она всмотрелась в ее лицо и увидела, что та не похожа ни на одну из знакомых ей женщин. Вся ее одежда так сверкала, будто была соткана из золота. Ее глаза сияли, светились подобно лучам солнца. Она говорила так нежно, голос ее был так ласков и сладок, что Аревахат казалось, будто с нею говорит родная мать.
Как только старуха сказала: «Встань передо мной на колени». колени Аревахат согнулись, и она склонилась, желая поцеловать ноги Матери Солнца, но та подняла голову Аревахат и, возложив на нее руки, стала благословлять ее:
Пусть под ногами твоими розы цветут, Путь устилают фиалки пуха нежней… Сбудутся грезы девичьи, страхи пройдут, брачный венец засверкает в шелке кудрей.
Свежей улыбкой, как розой, радуешь глаз, жемчугом слез осыпаешь бедных людей… Бог оградит тебя, дочка, в благостный час от скорпионов и гадов, хищных зверей.
Пусть твоя хижина станет царским дворцом, пусть самоцветами вспыхнет мрамор колонн, золотом стены заблещут, пол — серебром, своды алмазами брызнут… Сбудется сон!
Много других добрых слов говорила девушке Мaть Солнца, увещевала и предостерегала ее, предсказывала будущее. Затем она сказала: «Встань, красивая Аревахат, я тебя полюбила, я тебя благословила, я помолилась за тебя, чтобы больше не было у тебя бед, чтобы ни один волос не упал с твоей головы». Мать Солнца поцеловала Аревахат и сказала: «Этим поцелуем, я к твоей красоте прибавила и свою». А потом дала ей маленький узелок. В нем было платье. Но какое платье! Все расшитое драгоценными камнями и такое легкое, такое тонкое, что казалось, будто соткано оно не из хлопка или шелка, а из лучей солнца.
И еще она сказала: «Этот узелок храни за пазухой до дня твоей свадьбы, наденешь его только в тот день. Я ухожу, мой сын ждет меня». Сказав это, она исчезла, и солнце зашло.
Все это так удивило Аревахат, что она не знала, спит она или бодрствует, во сне все это видит или наяву. Она засунула руку за пазуху, нащупала узелок и сказала сама себе: «Значит, это не сон», — и так обрадовалась, что вся ее грусть развеялась, лицо просияло, голод прошел.
Она встала и, ласково поглаживая корову и овцу, рассказала им о своей радости и погнала их обратно Домой.
Шла она, шла и вдруг увидела нескольких вооруженных до зубов всадников. Сердце Аревахат почуяло, что это плохие люди. Почувствовала это и собака, она стала беспокойной, словно хотела предупредить Аревахат об опасности. Девушка поняла, что убежать от этих людей не удастся, сразу же измазала лицо грязью, чтобы они не видели ее красоты и не обратили на нее внимания. Настигнув ее и увидев, что она очень некрасива, они сказали друг другу на своем языке: «Нам безразлично, красива она или уродлива, все равно попадет в пасть вишапу».
Теперь вы поняли, что это были за люди. Они сказали: «Девушка, не пытайся убежать от нас, садись на коня, мы должны увезти тебя».
Аревахат была ошеломлена. Она сказала себе: «Что я могу сделать? Пусть увозят меня, ведь хуже, чем дома, нигде быть не может, хоть избавлюсь от мачехи». Она поцеловала своих коров и овец, попрощалась с ними и села на коня. Бедные животные как будто понимали, что происходит, мычали и блеяли вслед за Аревахат, а собака не покинула ее, скуля и повизгивая, побежала вслед за нею.
Всадники доехали до скалы и спешились. Они ввели Аревахат в пещеру. И что же она увидела? Здесь было более тридцати-сорока девушек из окрестных деревень. Несчастные боялись громко плакать, они всхлипывали и, подавив рыдания, проливали такие потоки слез, что сердце разрывалось при виде их.
Аревахат стала их утешать: «Не бойтесь, нас поведут на продажу, а мы убежим обратно домой». Но многие знали, что их должны отдать на съедение вишапу, слух о котором разнесся повсюду.
Когда стемнело, их вывели из пещеры и погнали через горы, ущелья к царю — отцу змееныша.
В этом месте бабушка Гюльназ сказала: «Дети, я устала, мне хочется спать, остальное расскажу завтра вечером». Но дети кинулись к ней: «Так нельзя, ты должна досказать, чтобы мы узнали, чем все это кончилось». Бабушка Гюльназ вынуждена была продолжить рассказ.
Девушки добрались до города, где собрались и стар и млад, чтобы посмотреть на них. И что они видят! Все девушки — армянки, одна красивее другой. Самой некрасивой среди них казалась Аревахат, потому что она измазала лицо грязью и сажей. Царь приказал поместить их в удобных домах, хорошо кормить и в день, по одной бросать змею. Первой выбрали Аревахат, мол, она самая уродливая.
«Пойдем, — сказали Аревахат, — мы должны выдать тебя замуж, твой жених — сын царя, ты станешь царицей».
Так обманув ее, повели Аревахат к жилищу змея, просторному помещению в царском дворце, окруженному садами и прекрасными бассейнами.
Слова старухи очень удивили Аревахат. Она всмотрелась в ее лицо и увидела, что та не похожа ни на одну из знакомых ей женщин. Вся ее одежда так сверкала, будто была соткана из золота. Ее глаза сияли, светились подобно лучам солнца. Она говорила так нежно, голос ее был так ласков и сладок, что Аревахат казалось, будто с нею говорит родная мать.
Как только старуха сказала: «Встань передо мной на колени». колени Аревахат согнулись, и она склонилась, желая поцеловать ноги Матери Солнца, но та подняла голову Аревахат и, возложив на нее руки, стала благословлять ее:
Пусть под ногами твоими розы цветут, Путь устилают фиалки пуха нежней… Сбудутся грезы девичьи, страхи пройдут, брачный венец засверкает в шелке кудрей.
Свежей улыбкой, как розой, радуешь глаз, жемчугом слез осыпаешь бедных людей… Бог оградит тебя, дочка, в благостный час от скорпионов и гадов, хищных зверей.
Пусть твоя хижина станет царским дворцом, пусть самоцветами вспыхнет мрамор колонн, золотом стены заблещут, пол — серебром, своды алмазами брызнут… Сбудется сон!
Много других добрых слов говорила девушке Мaть Солнца, увещевала и предостерегала ее, предсказывала будущее. Затем она сказала: «Встань, красивая Аревахат, я тебя полюбила, я тебя благословила, я помолилась за тебя, чтобы больше не было у тебя бед, чтобы ни один волос не упал с твоей головы». Мать Солнца поцеловала Аревахат и сказала: «Этим поцелуем, я к твоей красоте прибавила и свою». А потом дала ей маленький узелок. В нем было платье. Но какое платье! Все расшитое драгоценными камнями и такое легкое, такое тонкое, что казалось, будто соткано оно не из хлопка или шелка, а из лучей солнца.
И еще она сказала: «Этот узелок храни за пазухой до дня твоей свадьбы, наденешь его только в тот день. Я ухожу, мой сын ждет меня». Сказав это, она исчезла, и солнце зашло.
Все это так удивило Аревахат, что она не знала, спит она или бодрствует, во сне все это видит или наяву. Она засунула руку за пазуху, нащупала узелок и сказала сама себе: «Значит, это не сон», — и так обрадовалась, что вся ее грусть развеялась, лицо просияло, голод прошел.
Она встала и, ласково поглаживая корову и овцу, рассказала им о своей радости и погнала их обратно Домой.
Шла она, шла и вдруг увидела нескольких вооруженных до зубов всадников. Сердце Аревахат почуяло, что это плохие люди. Почувствовала это и собака, она стала беспокойной, словно хотела предупредить Аревахат об опасности. Девушка поняла, что убежать от этих людей не удастся, сразу же измазала лицо грязью, чтобы они не видели ее красоты и не обратили на нее внимания. Настигнув ее и увидев, что она очень некрасива, они сказали друг другу на своем языке: «Нам безразлично, красива она или уродлива, все равно попадет в пасть вишапу».
Теперь вы поняли, что это были за люди. Они сказали: «Девушка, не пытайся убежать от нас, садись на коня, мы должны увезти тебя».
Аревахат была ошеломлена. Она сказала себе: «Что я могу сделать? Пусть увозят меня, ведь хуже, чем дома, нигде быть не может, хоть избавлюсь от мачехи». Она поцеловала своих коров и овец, попрощалась с ними и села на коня. Бедные животные как будто понимали, что происходит, мычали и блеяли вслед за Аревахат, а собака не покинула ее, скуля и повизгивая, побежала вслед за нею.
Всадники доехали до скалы и спешились. Они ввели Аревахат в пещеру. И что же она увидела? Здесь было более тридцати-сорока девушек из окрестных деревень. Несчастные боялись громко плакать, они всхлипывали и, подавив рыдания, проливали такие потоки слез, что сердце разрывалось при виде их.
Аревахат стала их утешать: «Не бойтесь, нас поведут на продажу, а мы убежим обратно домой». Но многие знали, что их должны отдать на съедение вишапу, слух о котором разнесся повсюду.
Когда стемнело, их вывели из пещеры и погнали через горы, ущелья к царю — отцу змееныша.
В этом месте бабушка Гюльназ сказала: «Дети, я устала, мне хочется спать, остальное расскажу завтра вечером». Но дети кинулись к ней: «Так нельзя, ты должна досказать, чтобы мы узнали, чем все это кончилось». Бабушка Гюльназ вынуждена была продолжить рассказ.
Девушки добрались до города, где собрались и стар и млад, чтобы посмотреть на них. И что они видят! Все девушки — армянки, одна красивее другой. Самой некрасивой среди них казалась Аревахат, потому что она измазала лицо грязью и сажей. Царь приказал поместить их в удобных домах, хорошо кормить и в день, по одной бросать змею. Первой выбрали Аревахат, мол, она самая уродливая.
«Пойдем, — сказали Аревахат, — мы должны выдать тебя замуж, твой жених — сын царя, ты станешь царицей».
Так обманув ее, повели Аревахат к жилищу змея, просторному помещению в царском дворце, окруженному садами и прекрасными бассейнами.
Страница 3 из 4
