Подарок

— подумал он.»

— Какие ещё козыри у тебя в рукаве? Этого я не знаю«. Предложил подождать ещё немного. Сказал, что нет смысла торопиться.»

— Мудрое решение! — одобрила Ника.

— Нам точно некуда спешить.

В ночном небе оглушительно треснул орех, молния — неясная и короткая — подсветила облака изнутри. Через минуту пошел дождь, как и предсказывал Коди.

Ника сказала, что это замечательно:

— Теперь забудь обо всём, Коди Штрембайер. Веди машину плавно и уверенно, представь, будто ты сам бежишь по дороге.

— В глазах девушки появилось что-то новое, неожиданное. «Безумие?» — предположил Коди.

Она сказала, что в первом же повороте универсал слетит с дороги: «Эта развалина не для гонок по мокрой трассе. Скоро мы достанем мерзавцев».

Коди почувствовал, как вспотели его ладони, и как затекла оцепеневшая спина.

«Сколько бы я получил за убийство копа? — пришла странная мысль.»

— Пять лет? Десять? Я мог бы рассчитывать на смягчающие обстоятельства«.»

Всё получилось, как и предсказывала Ника. Водитель универсала недостаточно сбросил перед поворотом, задние колёса стало заносить — водитель ударил по тормозам, — и через долю секунды машину развернуло поперёк дороги. Водитель резко выкрутил руль, и это стало последней, роковой ошибкой — универсал нырнул в канаву, несколько раз перевернулся и выкатился на кукурузное поле.

Из водительской двери выполз человек, поднялся и, прихрамывая, побежал прочь.

— Добей того, кто в машине! — Ника сунула в руки Коди кольт, сама побежала по полю.

Во второй раз за день (точнее за ночь) Коди впал в ступор. Он смотрел на маленькую — ствол не длиннее трёх дюймов, — но чертовски смертоносную игрушку, переводил взгляд на две фигурки, бегущие по полю. Это казалось фильмом. Театральной, мать твою, постановкой, режиссёр которой решил выбраться на плэнэр. И всё это понарошку.

Задняя фигурка вскинула палку, и эта палка ругнулась огнём. Передняя, убегающая, фигурка вскрикнула, и схватилась за руку, но не прекратила попыток спастись.

Ника бежала быстрее. Второй раз она стреляла почти в упор. Коди прекрасно разглядел фонтан, что вырвался из груди убегающего мужчины. «Неудачное место, — философски подумал Коди, — и неудачное время. Тебе просто не повезло, парень». Коди побрёл к перевёрнутому универсалу.

К стеклу (и это удивительно! все стёкла в машине разбились, а это осталось целым!) прижималась женская щека. Из маленького аккуратного пореза выступила капелька крови. Коди поднял пистолет и прицелился в эту капельку.

Он стоял так бесконечно долго — целую вечность, — пока не понял, что не может выстрелить. Просто не в состоянии.

Подошла Ника. Она всё поняла с одного взгляда. Подняла дробовик и приставила ствол к груди Коди.

— Или ты, или она.

Всего четыре коротких слова и никакой надежды на спасение. Ни малейшей.

Коди выстрелил. Промахнулся — разлетелись осколки стекла, — потом выстрелил ещё раз и ещё. Давил на курок, покуда не кончились патроны. Голова женщины превратилась в месиво.

— Ты молодец, — похвалила Ника.

— Хороший мальчик.

Потом они притащили тело мужчины, положили рядом с машиной — будто он выпал во время аварии, — и подожгли универсал.

У ручья долго отмывали руки. Ника сказала ему переодеться, Коди снял рубашку и выкинул. Нашел в кузовном ящике старый свитер, натянул прямо на голое тело. Грубая шерсть кололась.

— Куда теперь?

Она махнула рукой на восток.

— Миль тридцать по десятой трассе. Там дом моего отца.

— Она тронула его за плечо.

— Давай поторопимся.

— Давай.

Коди совсем не запомнил дорогу. Он поворачивал, где говорила Ника, где нужно разгонялся, где она предупреждала, сбрасывал скорость. И всю дорогу думал: «Господи, как круто всё обернулось… я только хотел потрахаться… а стал серийным убийцей»… Будто услышав его мысли, Ника сказала (вернее, повторила эту фразу), что нет поводов для беспокойства. Свинец расплавится и вытечет из черепа полицейского, дробь после пожара и вовсе станет не видна, а дамочка (она так и сказала, «дамочка»):

— Все решат, что её угрохал ревнивый муж. Я оставила пистолет в его кармане. Быть может, и копа спишут на него.

Коди вспомнил надпись на универсале: «Мы мчимся за удивительными приключениями!» Это точно, подумал, приключение получилось незабываемым.

Пикап поставили в сарае. Ника вынесла из дома отцовскую рубашку, протянула Коди. Сказала, что не может представить родителям такого затрёпанного друга.

— Мы ведь друзья?

— Друзья, — вяло согласился Коди. «Что, если она потребует секса?» — от этой мысли по спине пробежали мурашки, в паху всё сжалось, будто кто-то схватил за яйца ледяной рукой.

Мать приготовила жаркое из кролика, радостно щебетала и бросала на Коди оценивающие взгляды.