Что это? Сон? Явь? Или бред? Если это сон, то лучше бы его не видеть, потому что в настоящих, страшных, жутких кошмарах мало чего есть приятного для человека, если же это явь, то лучше бы не просыпаться, окунаться в такую реальность…
Добавить в моё избранное
22 мин, 43 сек 10505
А Лена поначалу даже не поняла, что случилось, звала дочь, потом стала тихонько теребить безжизненное тельце. Не найдя пульса, заплакала, заревела навзрыд, поняв, что никогда не увидит дочь живой.
Среди разгрома, царившего дома, нашла на столе записку. Заметалась, поняв, что что-то произошло. Нашла его в детской. Еще теплого.
Соседка покинула свою квартиру ночью, перешедшей формально в утро, бежала, опаздывая, на работу. Внимание ее было пробуждено тошнотворным запахом, сильно пьяным, душным, удушающим сознание и щелочкой, маленьким отверстием в двери, из которой то самое зловоние поступало в мир.
Не то что любопытство, ее влек ужас и предчувствие чего-то страшного.
За дверью боль. За дверью смерть. За дверью уничтожение.
Лена посреди комнаты баюкает синюю, распухшую, выделяющую часть зловония, Катюшку — поет колыбельную. Гладит спутавшиеся, поблескивающие жиром, волосы, поправляет задравшуюся вверх юбчонку.
— Сейчас, милая, придет папа, и мы сядем ужинать. Ты что будешь, родная? Ты суп не хочешь? Но надо, он нужен, чтобы ты выросла большой, высокой, красивой, умной.
— Баю, бай, спи моя крошка, спи! Папа! Ты не поцелуешь наше солнышко на ночь?
Среди разгрома, царившего дома, нашла на столе записку. Заметалась, поняв, что что-то произошло. Нашла его в детской. Еще теплого.
Соседка покинула свою квартиру ночью, перешедшей формально в утро, бежала, опаздывая, на работу. Внимание ее было пробуждено тошнотворным запахом, сильно пьяным, душным, удушающим сознание и щелочкой, маленьким отверстием в двери, из которой то самое зловоние поступало в мир.
Не то что любопытство, ее влек ужас и предчувствие чего-то страшного.
За дверью боль. За дверью смерть. За дверью уничтожение.
Лена посреди комнаты баюкает синюю, распухшую, выделяющую часть зловония, Катюшку — поет колыбельную. Гладит спутавшиеся, поблескивающие жиром, волосы, поправляет задравшуюся вверх юбчонку.
— Сейчас, милая, придет папа, и мы сядем ужинать. Ты что будешь, родная? Ты суп не хочешь? Но надо, он нужен, чтобы ты выросла большой, высокой, красивой, умной.
— Баю, бай, спи моя крошка, спи! Папа! Ты не поцелуешь наше солнышко на ночь?
Страница 7 из 7
