Страх, раздирающий душу, убивающий надежней, чем пуля или нож, вот что по-жгучему любопытно Дедеру. Он ищет этого зверя везде. Ищет и находит, потому что нет ни одного живого существа, в ком бы не сидел страх…
Добавить в моё избранное
22 мин, 47 сек 2850
И раз он нашел ее даже здесь, у сверх осторожного маньяка, то неизвестно, что будет дальше. Этого нельзя допустить. Нужно объединяться с этим безумцем с сигарой в зубах. Он хоть и маньяк, но все же мил и забавен. Право, как ребенок. Сосредоточенно снимает плащ с убитого шестерки, протягивает ей, потупив взгляд:
— Ты… Это… Держи, оденься. Нам пора уходить, но не в таком же виде? Меня, кстати… Дедером зовут… Я сам… себя… так зову… И надеюсь… ты тоже… Постоянно нельзя быть в напряжении. Она только сейчас заметила, что почти обнажена. Замерзла. Крупная дрожь бьет почти обнаженное тело.
— Должен тебе признаться, — он ловко напялил ей фетровую шляпу убитого, — тебе она идет… Похоже ты действительно известная личность в этом городишке. Так что временно превратиться в невидимку не помешает. Может ещё штаны его примеришь? А я себе шляпу амбала заберу.
Бороться с собой бесполезно. Дедер всегда это ощущал подсознательно, а сейчас убедился сполна. Он влюбился в эту вздорную девчонку без всяких оснований и надежды на взаимность. Выбирая себе роковую женщину в королевы, будь хотя бы осмотрительней и не делай глупостей. Теперь это правило не его.
— Со временем подберу более приличные, — говорит она, без всякого стеснения напялив на себя необъятные брюки, перепачканные кровью, обвязывая их ремнем от дядьки-пузана, — мы не мародеры мертвецкие шмотки брать, но у нас нет другого выхода. Верно?
Своим видом показывая как хороша даже в этой дурацкой и нелепой одежде, указательным пальчиком как револьвером она придерживает поля сползающей на глаза шляпы.
Страхом больше не пахнет. Он забыл его запах и вкус. Теперь пахнет настоящей свободой и свежестью нового пути.
— Борьба продолжается? — ляпнул Дедер невпопад вопросом на вопрос, — хочешь, пойдем грохнем кого-нибудь?
— Твоя идея была, — она лукаво прищурилась из под шляпы, которая буквально накрыла её голову по самые глаза, — запомни это. Мне нужно прикончить одного неприятного типца. Ты со мной?
Пpиpода никогда не дремлет, она зовет в путь и этот путь покрыт множеством трупов, через которые им предстоит перешагнуть.
Но время не ждет. Люди дона Люцио уже начали за ними охоту, а значит надо убираться отсюда как можно скорее.
— Напарник, поехали! — крикнул ей из открытого окна автомобиля. Да что она там возится?
— Эй! Помоги мне!
Все-таки сумасшедшая девчонка!
Дедер уже вдавил сцепление в пол. За отъезжающей машиной полыхало Адово пламя.
От того места они не оставили и следа.
Времени на то, чтобы сделать это красиво у них совсем не было. Канистра с керосином, Зиппо Дедера и полыхай оно все ясным пламенем.
Снисходит чувство усталости, и уже сквозь пелену полусна она слышит его хриплое:
— К тебе поедем?
— Туда, где ты меня нашел, — она сдвигает шляпу на глаза, чтобы Дедер не увидел, насколько она слаба и как устала.
Благодать… Он не может отказать себе в удовольствии разглядывать ее: такую беззащитную, но в то же время яростную, скрывающую за мешковатой, безразмерной одеждой сильное гибкое тело.
Они уже на месте. Стоят в соседнем проулке, но он так и не решается ее разбудить.
— Ты долго еще собираешься меня разглядывать? — говорит она из под накинутой на лицо шляпы.
Черт! Черт. Черт. Черт. Черт бы тебя побрал, маленькая бесовка.
— Приехали. Вылезай, — недовольно бросает он. Вылезая из машины, хлопает дверцей громче обычного.
— Эй, Дедер, а по-любезней? — она впервые называет его по имени, — знаешь первое правило хорошего охотника? Соединиться с окружающей средой, превращаясь в непуганую дичь, — приближается к нему, незаметно запуская руку в карман его плаща.
— Как поэтично, детка, — кривится он, с трудом подавляя соблазн прижать ее к себе.
— Раствоpяешься в ней, осознавая свое превосходство над всеми, — под тенью шляпы мелькает коварная улыбка, а в руке блестит его приобретенный трофей, — на, держи, ворона.
В бар «Близорукий Джо» они прошли серыми тенями. Посетителей в такой час на удивление не было, что заставило Дедера напрячься и потянуться к новоприобретенной стальной игрушке. Под ногами устало заскрипели старые доски. В нос же ударило смрадом мочи, плесени и… страха… Да, ему хорошо знаком этот тонкий, почти неуловимый дух.
Облезлая дверь скрывает от них очевидное: они опоздали. Заляпанные кровью грязные занавески, и тело какого-то жирдяя распятое на стойке бара. Он уже не выглядел жирдяем, разорвананая рубашка, аккуратный надрез на животе и свисающие кишки до пола. По ним бодро ползает невесть откуда прилетевшая зеленая муха.
— И опоздали… — девушка разочарованно опустилась на банкетку рядом с умирающим, запуская руку в его грязно-русые волосы. Дедер настороженно посмотрел на нее, пытаясь предугадать дальнейшие действия. Возможно ли это?
— Ты… Это… Держи, оденься. Нам пора уходить, но не в таком же виде? Меня, кстати… Дедером зовут… Я сам… себя… так зову… И надеюсь… ты тоже… Постоянно нельзя быть в напряжении. Она только сейчас заметила, что почти обнажена. Замерзла. Крупная дрожь бьет почти обнаженное тело.
— Должен тебе признаться, — он ловко напялил ей фетровую шляпу убитого, — тебе она идет… Похоже ты действительно известная личность в этом городишке. Так что временно превратиться в невидимку не помешает. Может ещё штаны его примеришь? А я себе шляпу амбала заберу.
Бороться с собой бесполезно. Дедер всегда это ощущал подсознательно, а сейчас убедился сполна. Он влюбился в эту вздорную девчонку без всяких оснований и надежды на взаимность. Выбирая себе роковую женщину в королевы, будь хотя бы осмотрительней и не делай глупостей. Теперь это правило не его.
— Со временем подберу более приличные, — говорит она, без всякого стеснения напялив на себя необъятные брюки, перепачканные кровью, обвязывая их ремнем от дядьки-пузана, — мы не мародеры мертвецкие шмотки брать, но у нас нет другого выхода. Верно?
Своим видом показывая как хороша даже в этой дурацкой и нелепой одежде, указательным пальчиком как револьвером она придерживает поля сползающей на глаза шляпы.
Страхом больше не пахнет. Он забыл его запах и вкус. Теперь пахнет настоящей свободой и свежестью нового пути.
— Борьба продолжается? — ляпнул Дедер невпопад вопросом на вопрос, — хочешь, пойдем грохнем кого-нибудь?
— Твоя идея была, — она лукаво прищурилась из под шляпы, которая буквально накрыла её голову по самые глаза, — запомни это. Мне нужно прикончить одного неприятного типца. Ты со мной?
Пpиpода никогда не дремлет, она зовет в путь и этот путь покрыт множеством трупов, через которые им предстоит перешагнуть.
Но время не ждет. Люди дона Люцио уже начали за ними охоту, а значит надо убираться отсюда как можно скорее.
— Напарник, поехали! — крикнул ей из открытого окна автомобиля. Да что она там возится?
— Эй! Помоги мне!
Все-таки сумасшедшая девчонка!
Дедер уже вдавил сцепление в пол. За отъезжающей машиной полыхало Адово пламя.
От того места они не оставили и следа.
Времени на то, чтобы сделать это красиво у них совсем не было. Канистра с керосином, Зиппо Дедера и полыхай оно все ясным пламенем.
Снисходит чувство усталости, и уже сквозь пелену полусна она слышит его хриплое:
— К тебе поедем?
— Туда, где ты меня нашел, — она сдвигает шляпу на глаза, чтобы Дедер не увидел, насколько она слаба и как устала.
Благодать… Он не может отказать себе в удовольствии разглядывать ее: такую беззащитную, но в то же время яростную, скрывающую за мешковатой, безразмерной одеждой сильное гибкое тело.
Они уже на месте. Стоят в соседнем проулке, но он так и не решается ее разбудить.
— Ты долго еще собираешься меня разглядывать? — говорит она из под накинутой на лицо шляпы.
Черт! Черт. Черт. Черт. Черт бы тебя побрал, маленькая бесовка.
— Приехали. Вылезай, — недовольно бросает он. Вылезая из машины, хлопает дверцей громче обычного.
— Эй, Дедер, а по-любезней? — она впервые называет его по имени, — знаешь первое правило хорошего охотника? Соединиться с окружающей средой, превращаясь в непуганую дичь, — приближается к нему, незаметно запуская руку в карман его плаща.
— Как поэтично, детка, — кривится он, с трудом подавляя соблазн прижать ее к себе.
— Раствоpяешься в ней, осознавая свое превосходство над всеми, — под тенью шляпы мелькает коварная улыбка, а в руке блестит его приобретенный трофей, — на, держи, ворона.
В бар «Близорукий Джо» они прошли серыми тенями. Посетителей в такой час на удивление не было, что заставило Дедера напрячься и потянуться к новоприобретенной стальной игрушке. Под ногами устало заскрипели старые доски. В нос же ударило смрадом мочи, плесени и… страха… Да, ему хорошо знаком этот тонкий, почти неуловимый дух.
Облезлая дверь скрывает от них очевидное: они опоздали. Заляпанные кровью грязные занавески, и тело какого-то жирдяя распятое на стойке бара. Он уже не выглядел жирдяем, разорвананая рубашка, аккуратный надрез на животе и свисающие кишки до пола. По ним бодро ползает невесть откуда прилетевшая зеленая муха.
— И опоздали… — девушка разочарованно опустилась на банкетку рядом с умирающим, запуская руку в его грязно-русые волосы. Дедер настороженно посмотрел на нее, пытаясь предугадать дальнейшие действия. Возможно ли это?
Страница 6 из 7
