Стали в нашем городе пропадать люди. Стали пропадать давно, вот только заметили это не сразу. Дело в том, что пропажи происходили по ночам…
Добавить в моё избранное
21 мин, 12 сек 8275
И естественно, что первыми стали исчезать всякие там хулиганы, воришки, да остальные жулики всех мастей, которым тёмная ночь была, что светлый день. Ну, вот скажите, стал бы кто из вас беспокоиться о том, что в городе стало гораздо спокойнее, что не раздается ночью за окном неожиданное и пронзительное «помогите», не звучит тревожный полицейский свисток, и не топочут ноги в стремительном беге. Нет, конечно! Все были довольны и считали, что жуликов и хулиганов переловила городская полиция. Кого можно перевоспитала, а того, кто из неисправимых, упрятала за железные решётки. Ворчали одни лишь дворники, дескать, прибавилось им работы. Стали они по утрам то тут, то там находить большие кучи пепла. Пробовали они жаловаться на пепел в городскую управу. Да там что! «Вам за это деньги и платят. Убирайте!» Ну, дворники и трудились.
А вот когда поздними вечерами стали пропадать вагоновожатые, возвращающиеся с работы домой, да стали исчезать подзагулявшие горожане! Вот тогда-то и оказалось, что дело нечисто. Вот тогда-то и поползли по городу слухи об огромной, горбатой чёрной кошке, исчадии ада с огненными глазами, что выходит глухой ночью на охоту за заблудшими душами испепеляя, их грешные тела пламенным взором.
Нет, конечно, большинство городского населения не верило в эти досужие домыслы, но Никто уже не ходил в кинотеатр на последний сеанс. Как же! Возвращаться-то приходилось поздним вечером. Опустели дискотеки, обезлюдели кафе и рестораны.
В городской управе также не верили в эти немыслимые россказни о горбатом исчадии ада, но для спокойствия горожан делали всё, что могли. С раннего вечера до позднего утра горели уличные фонари. На ночных улицах появились усиленные полицейские патрули, вооруженные автоматами. Однако, это не вернуло городским жителям прежней беспечности. И только солнце опускалось за горизонт, все горожане прятались по домам, и город словно вымирал. Изредка в той или иной его части раздавался веселый смех бесшабашных студентов, но и беспечные студенческие компании не решались гулять допоздна.
Вот в одной из таких компаний и познакомился Петя Сизов, первокурсник ПТУ?26, будущий машинист шагающего экскаватора, С Машей Красновой и Ириной Белонос, студентками Энергетического техникума. Их компании встретились в кафе-мороженое «дельфин». Холодное лакомство щедро вздабривалось зажигательными танцами и веселыми студенческими песнями под гитару. Работники кафе были не против. Ребята были единственными их посетителями.
Пети сразу бросилась в глаза симпатичная брюнетка с вишнёвыми, чуть припухленькими, губами. Оттеснённая своими подружками, она сидела в уголке, неторопливо поглощала крем-брюле и благодушно щурилась на веселящихся студентов. Петя долго наблюдал за симпатичной студенткой, а потом решился пригласить ее на танец. Однако, когда он подошел к их компании, на губах той заиграла такая ироническая улыбка, что Петя смутился и, неожиданно для себя, взял да и пригласил одну из ее подружек — толстенькую, конопатую веселушку. Это была Ирина. Позже, когда стихли последние звуки знойной ламбады, она и познакомила стеснительного студента со своей ироничной подружкой, которую и звали Машей.
В конце вечеринки выяснилось, что подружки не из общежития и, что живут совершено в противоположном конце города: Маша чуть ближе, а Ирина немного дальше. Естественно, Петя был джентльменом, он вызвался проводить девчонок. Ирина была довольна и не скрывала своей радости, а вот Маша лишь загадочно пожала плечами… Часть пути проделали на трамвае, затем шли по пустынным улицам. На душе у юноши было неспокойно. Чтобы не выказать своего смятения, он стал пугать девушек рассказами про черную кошку.
— Петя! Страшно! Не надо! — дергала его за локоть Ирина. Маша же молча слушала его рассказы, и на её вишнёвых губках играла всё та же ироничная улыбка. И эта улыбка раззадоривала бесшабашного студента все больше и больше. Он продолжал дурачиться.
— Черная кошка! — Вдруг восклицал он страшным шепотом и останавливался, как вкопанный.
— Петя! Перестань нас пугать! — Вскрикивала Ирина тоненьким голоском и с наигранным испугом прижималась пышной грудью к его плечу.
— Ах, нет! Это по-моему кот и лапки у него в белых носочках, — смягчался юноша и указывал в какую-нибудь подворотню.
— Ну, у тебя и зрение! — улыбалась Маша: — я-то и кота самого не вижу.
— Зрение у меня, как у совы! Я и мышку увижу, если надо будет, — продолжал балагурить молодой человек, а сам внимательно следил за улицей, подмечая далекие спасительные патрули и опасные тёмные подворотни.
У девятиэтажной свечки, что каланчой возвышалась среди панельных пятиэтажек, Маша вдруг придержала их разошедшегося провожатого за локоть и паническим шёпотом воскликнула:
— Ну, вот и пришли!
— Где? — Испугался Петя, с ужасом замечая на углу дома тёмную горбатую фигуру с двумя разгорающимися ярко-красными огоньками хищных глаз.
А вот когда поздними вечерами стали пропадать вагоновожатые, возвращающиеся с работы домой, да стали исчезать подзагулявшие горожане! Вот тогда-то и оказалось, что дело нечисто. Вот тогда-то и поползли по городу слухи об огромной, горбатой чёрной кошке, исчадии ада с огненными глазами, что выходит глухой ночью на охоту за заблудшими душами испепеляя, их грешные тела пламенным взором.
Нет, конечно, большинство городского населения не верило в эти досужие домыслы, но Никто уже не ходил в кинотеатр на последний сеанс. Как же! Возвращаться-то приходилось поздним вечером. Опустели дискотеки, обезлюдели кафе и рестораны.
В городской управе также не верили в эти немыслимые россказни о горбатом исчадии ада, но для спокойствия горожан делали всё, что могли. С раннего вечера до позднего утра горели уличные фонари. На ночных улицах появились усиленные полицейские патрули, вооруженные автоматами. Однако, это не вернуло городским жителям прежней беспечности. И только солнце опускалось за горизонт, все горожане прятались по домам, и город словно вымирал. Изредка в той или иной его части раздавался веселый смех бесшабашных студентов, но и беспечные студенческие компании не решались гулять допоздна.
Вот в одной из таких компаний и познакомился Петя Сизов, первокурсник ПТУ?26, будущий машинист шагающего экскаватора, С Машей Красновой и Ириной Белонос, студентками Энергетического техникума. Их компании встретились в кафе-мороженое «дельфин». Холодное лакомство щедро вздабривалось зажигательными танцами и веселыми студенческими песнями под гитару. Работники кафе были не против. Ребята были единственными их посетителями.
Пети сразу бросилась в глаза симпатичная брюнетка с вишнёвыми, чуть припухленькими, губами. Оттеснённая своими подружками, она сидела в уголке, неторопливо поглощала крем-брюле и благодушно щурилась на веселящихся студентов. Петя долго наблюдал за симпатичной студенткой, а потом решился пригласить ее на танец. Однако, когда он подошел к их компании, на губах той заиграла такая ироническая улыбка, что Петя смутился и, неожиданно для себя, взял да и пригласил одну из ее подружек — толстенькую, конопатую веселушку. Это была Ирина. Позже, когда стихли последние звуки знойной ламбады, она и познакомила стеснительного студента со своей ироничной подружкой, которую и звали Машей.
В конце вечеринки выяснилось, что подружки не из общежития и, что живут совершено в противоположном конце города: Маша чуть ближе, а Ирина немного дальше. Естественно, Петя был джентльменом, он вызвался проводить девчонок. Ирина была довольна и не скрывала своей радости, а вот Маша лишь загадочно пожала плечами… Часть пути проделали на трамвае, затем шли по пустынным улицам. На душе у юноши было неспокойно. Чтобы не выказать своего смятения, он стал пугать девушек рассказами про черную кошку.
— Петя! Страшно! Не надо! — дергала его за локоть Ирина. Маша же молча слушала его рассказы, и на её вишнёвых губках играла всё та же ироничная улыбка. И эта улыбка раззадоривала бесшабашного студента все больше и больше. Он продолжал дурачиться.
— Черная кошка! — Вдруг восклицал он страшным шепотом и останавливался, как вкопанный.
— Петя! Перестань нас пугать! — Вскрикивала Ирина тоненьким голоском и с наигранным испугом прижималась пышной грудью к его плечу.
— Ах, нет! Это по-моему кот и лапки у него в белых носочках, — смягчался юноша и указывал в какую-нибудь подворотню.
— Ну, у тебя и зрение! — улыбалась Маша: — я-то и кота самого не вижу.
— Зрение у меня, как у совы! Я и мышку увижу, если надо будет, — продолжал балагурить молодой человек, а сам внимательно следил за улицей, подмечая далекие спасительные патрули и опасные тёмные подворотни.
У девятиэтажной свечки, что каланчой возвышалась среди панельных пятиэтажек, Маша вдруг придержала их разошедшегося провожатого за локоть и паническим шёпотом воскликнула:
— Ну, вот и пришли!
— Где? — Испугался Петя, с ужасом замечая на углу дома тёмную горбатую фигуру с двумя разгорающимися ярко-красными огоньками хищных глаз.
Страница 1 из 7
