Стали в нашем городе пропадать люди. Стали пропадать давно, вот только заметили это не сразу. Дело в том, что пропажи происходили по ночам…
Добавить в моё избранное
21 мин, 12 сек 8280
— Пришли! — рассмеялась девушка: — Вот мой дом!
Огоньки погасли, горбатая тень расплылась и превратилась куст сирени. Петя облегченно вздохнул.
Немного постояли под цветущим кустом, вдыхая его нежный аромат.
— Ну, пока… — Неуверенно, даже как-то вопросительно, произнес юноша.
Маша молчала. Она задумчиво смотрела на них с Ириной и улыбалась. И неизвестно сколько Петя еще бы стоял и смотрел заворожено, как она улыбается, если бы не Ирина.
— Давай, Машка! А то нас черная кошка обязательно встретит, — поторопила она свою подружку.
Маша вскинула на нее широко распахнутые глаза. Она словно очнулась от своих мыслей, и улыбка медленно погасла на её лице.
— По-ка-а! — задумчиво протянула она и скользнула в подъезд. Петя и Ирина остались одни. Когда они отходили от дома девушка оглянулась.
— Машка уже дома, — сказала она.
— Свет в квартире зажгла.
Петя обернулся тоже.
— во-о-он, — указала Ирина на святящееся окно на втором этаже.
— Ага, — протянул Петя пристально рассматривая окно с каким-то цветком на подоконнике, облупившийся балкон и колеблющийся тюль в проеме балконной двери… Дальше начинался частный сектор: деревянные дома-домишки, обширные огороды, да дощатые заборы. Где-то здесь и жила Ирина со своими родителями. Уличных фонарей здесь было мало, поэтому по темным «деревенским» закоулкам шагали быстро, и без всяких там россказней о черной кошке.
У заветной калитки Ирина замялась. Ей хотелось романтики. Еще бы! Вечер стоял теплый. Воздух был напоен ароматом цветов. В крови еще плескалось расплавленное солнце латиноамериканских ритмов. Родной дом — вот он, а черная кошка с ее страхами осталась где-то там далеко. Но Петя не замечал настроения девушки. Ему еще предстоял обратный путь. Да и перед глазами все еще стояла Маша со своей загадочной улыбкой.
— Пойду я, — засобирался сразу же он: — а то на последний трамвай опоздаю.
— Петь, ну давай постоим. Ты посмотри только какие звезды, — произнесла Ирина грудным голосом и теснее подвинулась к непонятливому ухажеру.
— Ира! Какие звезды! До последнего трамвая осталось пятнадцать минут, — возразил молодой человек: — приходите завтра с Машкой в «дельфин». Я буду вас ждать.
— С Машкой, В «дельфин», — обиженно пробурчала девушка и совсем не впопад добавила: — остерегайтесь Гримпинских трясин, Сэр — Чего? — в удивлении переспросил Петя.
— Назад не забывай оглядываться. Вот чего, — произнесла зло Ирина и юркнула за калитку.
Тень девушки разлапистым пауком пробежала по серебристой от лунного света стене и растворилась в ночной черноте. Но в дом она не пошла, а затаилась где-то во дворе. Петя немного потоптался, не решаясь уходить. Ему казалось, что он видит девушку, которая сидит на корточках на углу дома.
— Ира! — Тихо позвал он, но обидевшаяся девушка не отозвалась Даже не пошевелилась. Зато в глубине двора, услышав чужака, глухо рыкнул Полкан. Загремела тяжелая цепь, проснувшийся четвероногий сторож вылез из будки.
присмотревшись повнимательнее к затаившейся, как ему показалось, девушке, Петя наконец-то рассмотрел, что вовсе это не Ирина, а полубочка под сточную воду.
— В самом-то деле, — раздраженно подумал он.
— До дому я ее проводил!
Юноша развернулся и двинулся уходить. Сзади зашуршал гравий. Он оглянулся. У Ирининого забора маячила тень.
— Ира! — окрикнул ее Петя. Ответом ему был надсадный лай Полкана. Тень же тотчас слилась с оградой.
— Что за игры! — удивился он. Полкан продолжал метаться на цепи. В окнах Ирининого дома замелькали тени.
— Приходите завтра в «дельфин»! — крикнул Петя и решительно зашагал прочь.
Через некоторое время ему показалось, что он свернул не в тот переулок. Юноша в неуверенности остановился, вертя головой в разные стороны. Позади (словно) под чьей-то крадущейся подошвой скрипнула щебенка. От неожиданности он вздрогнул. И хотя, на улице было безветренно, волосы у него на голове зашевелились, словно потревоженные легким дуновением ветерка. Он медленно обернулся, но никого, на сколько позволял ночной сумрак, видно не было.
В неверном лунном свете все казалось нечетким и обманчивым. Ночные тени, припорошенные лунным серебром, ужасными монстрами, алчущими человеческой плоти, клубились в темноте. И где-то там, за безмолвно шевелящимися тенями, притаился некто, который зачем-то за ним крался.
— А ведь крался! — лихорадочно думал Петя: — Ведь сейчас его и не видно, и не слышно! С чего бы?
Одно было хорошо. Он заметил на перекрестке одинокий фонарь, в шапке вьющихся вокруг него мошек и с жалким блином желтого света на земле. Этот фонарь, похожий на старый репродуктор, и узнал Петя. Нет, с дороги он не сбился. Мимо него они проходили без всяких сомнений. Он облегченно вздохнул и зашагал дальше, напряженно прислушиваясь: не раздастся ли сзади шорох шагов.
Огоньки погасли, горбатая тень расплылась и превратилась куст сирени. Петя облегченно вздохнул.
Немного постояли под цветущим кустом, вдыхая его нежный аромат.
— Ну, пока… — Неуверенно, даже как-то вопросительно, произнес юноша.
Маша молчала. Она задумчиво смотрела на них с Ириной и улыбалась. И неизвестно сколько Петя еще бы стоял и смотрел заворожено, как она улыбается, если бы не Ирина.
— Давай, Машка! А то нас черная кошка обязательно встретит, — поторопила она свою подружку.
Маша вскинула на нее широко распахнутые глаза. Она словно очнулась от своих мыслей, и улыбка медленно погасла на её лице.
— По-ка-а! — задумчиво протянула она и скользнула в подъезд. Петя и Ирина остались одни. Когда они отходили от дома девушка оглянулась.
— Машка уже дома, — сказала она.
— Свет в квартире зажгла.
Петя обернулся тоже.
— во-о-он, — указала Ирина на святящееся окно на втором этаже.
— Ага, — протянул Петя пристально рассматривая окно с каким-то цветком на подоконнике, облупившийся балкон и колеблющийся тюль в проеме балконной двери… Дальше начинался частный сектор: деревянные дома-домишки, обширные огороды, да дощатые заборы. Где-то здесь и жила Ирина со своими родителями. Уличных фонарей здесь было мало, поэтому по темным «деревенским» закоулкам шагали быстро, и без всяких там россказней о черной кошке.
У заветной калитки Ирина замялась. Ей хотелось романтики. Еще бы! Вечер стоял теплый. Воздух был напоен ароматом цветов. В крови еще плескалось расплавленное солнце латиноамериканских ритмов. Родной дом — вот он, а черная кошка с ее страхами осталась где-то там далеко. Но Петя не замечал настроения девушки. Ему еще предстоял обратный путь. Да и перед глазами все еще стояла Маша со своей загадочной улыбкой.
— Пойду я, — засобирался сразу же он: — а то на последний трамвай опоздаю.
— Петь, ну давай постоим. Ты посмотри только какие звезды, — произнесла Ирина грудным голосом и теснее подвинулась к непонятливому ухажеру.
— Ира! Какие звезды! До последнего трамвая осталось пятнадцать минут, — возразил молодой человек: — приходите завтра с Машкой в «дельфин». Я буду вас ждать.
— С Машкой, В «дельфин», — обиженно пробурчала девушка и совсем не впопад добавила: — остерегайтесь Гримпинских трясин, Сэр — Чего? — в удивлении переспросил Петя.
— Назад не забывай оглядываться. Вот чего, — произнесла зло Ирина и юркнула за калитку.
Тень девушки разлапистым пауком пробежала по серебристой от лунного света стене и растворилась в ночной черноте. Но в дом она не пошла, а затаилась где-то во дворе. Петя немного потоптался, не решаясь уходить. Ему казалось, что он видит девушку, которая сидит на корточках на углу дома.
— Ира! — Тихо позвал он, но обидевшаяся девушка не отозвалась Даже не пошевелилась. Зато в глубине двора, услышав чужака, глухо рыкнул Полкан. Загремела тяжелая цепь, проснувшийся четвероногий сторож вылез из будки.
присмотревшись повнимательнее к затаившейся, как ему показалось, девушке, Петя наконец-то рассмотрел, что вовсе это не Ирина, а полубочка под сточную воду.
— В самом-то деле, — раздраженно подумал он.
— До дому я ее проводил!
Юноша развернулся и двинулся уходить. Сзади зашуршал гравий. Он оглянулся. У Ирининого забора маячила тень.
— Ира! — окрикнул ее Петя. Ответом ему был надсадный лай Полкана. Тень же тотчас слилась с оградой.
— Что за игры! — удивился он. Полкан продолжал метаться на цепи. В окнах Ирининого дома замелькали тени.
— Приходите завтра в «дельфин»! — крикнул Петя и решительно зашагал прочь.
Через некоторое время ему показалось, что он свернул не в тот переулок. Юноша в неуверенности остановился, вертя головой в разные стороны. Позади (словно) под чьей-то крадущейся подошвой скрипнула щебенка. От неожиданности он вздрогнул. И хотя, на улице было безветренно, волосы у него на голове зашевелились, словно потревоженные легким дуновением ветерка. Он медленно обернулся, но никого, на сколько позволял ночной сумрак, видно не было.
В неверном лунном свете все казалось нечетким и обманчивым. Ночные тени, припорошенные лунным серебром, ужасными монстрами, алчущими человеческой плоти, клубились в темноте. И где-то там, за безмолвно шевелящимися тенями, притаился некто, который зачем-то за ним крался.
— А ведь крался! — лихорадочно думал Петя: — Ведь сейчас его и не видно, и не слышно! С чего бы?
Одно было хорошо. Он заметил на перекрестке одинокий фонарь, в шапке вьющихся вокруг него мошек и с жалким блином желтого света на земле. Этот фонарь, похожий на старый репродуктор, и узнал Петя. Нет, с дороги он не сбился. Мимо него они проходили без всяких сомнений. Он облегченно вздохнул и зашагал дальше, напряженно прислушиваясь: не раздастся ли сзади шорох шагов.
Страница 2 из 7
