Если ты чувствуешь себя одиноким, если думаешь, что не нужен никому на этом свете, вспомни, что мертвые любят тебя. Те, кто любил тебя раньше, подарят свою любовь и сейчас. Она вечна и уже ничто не способно ее ни изменить, ни отнять…
Добавить в моё избранное
20 мин, 38 сек 2668
Тени сгущались, приближались и вот уже нас окружили неясные фигуры, скрытые туманной мглой.
«Бродяга, судьбу проклиная, — каркающий голос Максимыча приглушался вековыми кленами и традиционными вязами, разлетаясь по уголками кладбища и пропадая там.»
«Оставил жену молодую и малых оставил детей»… — тут голос старика прервался всхлипом, затем Максимыч загремел пуще прежнего:«Ах, здравствуй, ах здравствуй, родная»… катилось по дорожкам и мы не смели прерывать эту выматывающую душу исповедь.
В ответ из всех скрытых мраком и землей могил послышалось усилившееся пение, или скорее стон-молитва, подхваченная ветром. «Отец твой давно уж в могиле»… выл Максимыч, ему эхом вторили скрытые под землей обитатели.
Задавался ли я вопросом, откуда взялись эти звуки? Конечно, как сделал бы это на моем месте любой современный человек. Моя привычка к долгим размышлениям проявилась даже в тот момент, при нетрадиционных обстоятельствах. Но что делать? Такова моя философская натура.
Я стал думать об оккультизме, вампирах и прочих загадочных явлениях. Впрочем, через некоторое время я принял происходящее как данность, так как предавать анализу то, что не поддается оному — дело неблагодарное. Оккультизм еще долго будет портить жизнь ученым, и наоборот. Но оттого он не становится забытым людьми. Ведь каждое новое поколение, хочет того или нет, является правопреемником традиций.
Только постепенно наука начинает объяснять все те таинственные явления, которые давали многим поколениям основу для легенд.
Возьмем вампиров, к примеру. Что такое кровь? Это животворящий источник, несущий силы. Неужели вы думаете, что вампир пьет кровь оттого, что банально хочет есть? Конечно, нет.
Я вспомнил объяснения профессора о структурированной воде, когда молекулы кислорода и водорода выстраиваются в разнообразном порядке, подобно балеринам в кордебалете, повинуясь невидимому дирижеру. Структура элементов жизненно необходима и постоянно меняется: некоторая несет тлен, другая же процветание. Человек сам и его кровь состоит в основном из воды. Именно структура живой воды, легче всего получаемая через кровь, так нужна вампиру.
Я сделал вывод, что сами вампиры, к своему сожалению, потеряли связь со вселенной, посылающей нам жизненные токи, а без них невозможно существование. Всасывая кровь, упыри получают эту несущую жизнь энергию.
«Пойдем же, пойдем, мой сыночек, Пойдем же в курень наш родной», — страдал Максимыч, его слова ломали что-то в моей душе, но пока я не знал, как помочь и защитить всех нас от грядущего варварства. А вокруг сгущались скрытые дымкой тени, в которых угадывалось то, что должно быть скрыто от глаз навеки. Неуловимый запах сожженной листвы, холода и сырости будил тоску.
Казалось бы, от такой ужасной картины и ночного концерта у каждого нормального человека съехала бы крыша, как сейчас выражаются, но что-то печальное и вечное в этом пении, в этом мраке и клочьях тумана делало обстановку возвышенной и патетической. К тому же, привычка рассуждать успокаивает нервы, а это в тот момент было очень кстати.
Мои размышления переключились на наш случай, наблюдаемый в тот момент: настоящие служители оккультных дел используют свои заклинания и варева всего лишь, чтобы вызвать особый эмоциональный настрой. Именно он и обеспечивает связь с потусторонним миром, вызывая видения и давая ответы на поставленные вопросы. Какие именно они делаются пасы руками, бьют ли в шаманский барабан или нет, какие слова при этом произносятся — не имеет значения, у каждой ведьмы или ведуна они свои особенные и никогда не повторяются.
Главное — в душе. Видимо, душа Максимыча была неразрывно связана с этими местами и частично проросла в могилы. Сейчас его душевные страдания проникли сквозь влажный песок и глину, разбудили мертвых и призвали их на помощь тому, кто заботился о них многие годы.
«Жена там по мужу скучает, И плачут детишки гурьбой». Песня Максимыча окончилась и осталось только жалобное и торжественное звучание голосов мертвых, взывающих к нам, к живым.
Не могу сказать, что мне не было страшно. Скорее, меня объял морок, я чувствовал себя подобно тому, как когда между явью и сном видятся удивительные картины, фантастические и одновременно пугающие своей реалистичностью.
Вы представляете себе разложившееся тело? Не так, как его показывают в голливудских фильмах, когда восставшие мертвецы идут вихляющей походкой на несгибаемых ногах, бессмысленно тараща в пустоту голову, свесив ее набок, что-то нечленораздельно мыча и протягивая к тебе руки. Глупо, ах, как глупо представляют нам ушедших от нас. И не только внешне.
Нет, вообразите другую картинку. Ту, что предстала нашим глазам, возьмем для начала одеяния: в некоторых из них можно было распознать с любовью выбранные нарядные костюмы и платья, тщательно отобранные усопшими еще при жизни, выглаженные и хранящиеся глубоко в шкафу «на смерть».
«Бродяга, судьбу проклиная, — каркающий голос Максимыча приглушался вековыми кленами и традиционными вязами, разлетаясь по уголками кладбища и пропадая там.»
«Оставил жену молодую и малых оставил детей»… — тут голос старика прервался всхлипом, затем Максимыч загремел пуще прежнего:«Ах, здравствуй, ах здравствуй, родная»… катилось по дорожкам и мы не смели прерывать эту выматывающую душу исповедь.
В ответ из всех скрытых мраком и землей могил послышалось усилившееся пение, или скорее стон-молитва, подхваченная ветром. «Отец твой давно уж в могиле»… выл Максимыч, ему эхом вторили скрытые под землей обитатели.
Задавался ли я вопросом, откуда взялись эти звуки? Конечно, как сделал бы это на моем месте любой современный человек. Моя привычка к долгим размышлениям проявилась даже в тот момент, при нетрадиционных обстоятельствах. Но что делать? Такова моя философская натура.
Я стал думать об оккультизме, вампирах и прочих загадочных явлениях. Впрочем, через некоторое время я принял происходящее как данность, так как предавать анализу то, что не поддается оному — дело неблагодарное. Оккультизм еще долго будет портить жизнь ученым, и наоборот. Но оттого он не становится забытым людьми. Ведь каждое новое поколение, хочет того или нет, является правопреемником традиций.
Только постепенно наука начинает объяснять все те таинственные явления, которые давали многим поколениям основу для легенд.
Возьмем вампиров, к примеру. Что такое кровь? Это животворящий источник, несущий силы. Неужели вы думаете, что вампир пьет кровь оттого, что банально хочет есть? Конечно, нет.
Я вспомнил объяснения профессора о структурированной воде, когда молекулы кислорода и водорода выстраиваются в разнообразном порядке, подобно балеринам в кордебалете, повинуясь невидимому дирижеру. Структура элементов жизненно необходима и постоянно меняется: некоторая несет тлен, другая же процветание. Человек сам и его кровь состоит в основном из воды. Именно структура живой воды, легче всего получаемая через кровь, так нужна вампиру.
Я сделал вывод, что сами вампиры, к своему сожалению, потеряли связь со вселенной, посылающей нам жизненные токи, а без них невозможно существование. Всасывая кровь, упыри получают эту несущую жизнь энергию.
«Пойдем же, пойдем, мой сыночек, Пойдем же в курень наш родной», — страдал Максимыч, его слова ломали что-то в моей душе, но пока я не знал, как помочь и защитить всех нас от грядущего варварства. А вокруг сгущались скрытые дымкой тени, в которых угадывалось то, что должно быть скрыто от глаз навеки. Неуловимый запах сожженной листвы, холода и сырости будил тоску.
Казалось бы, от такой ужасной картины и ночного концерта у каждого нормального человека съехала бы крыша, как сейчас выражаются, но что-то печальное и вечное в этом пении, в этом мраке и клочьях тумана делало обстановку возвышенной и патетической. К тому же, привычка рассуждать успокаивает нервы, а это в тот момент было очень кстати.
Мои размышления переключились на наш случай, наблюдаемый в тот момент: настоящие служители оккультных дел используют свои заклинания и варева всего лишь, чтобы вызвать особый эмоциональный настрой. Именно он и обеспечивает связь с потусторонним миром, вызывая видения и давая ответы на поставленные вопросы. Какие именно они делаются пасы руками, бьют ли в шаманский барабан или нет, какие слова при этом произносятся — не имеет значения, у каждой ведьмы или ведуна они свои особенные и никогда не повторяются.
Главное — в душе. Видимо, душа Максимыча была неразрывно связана с этими местами и частично проросла в могилы. Сейчас его душевные страдания проникли сквозь влажный песок и глину, разбудили мертвых и призвали их на помощь тому, кто заботился о них многие годы.
«Жена там по мужу скучает, И плачут детишки гурьбой». Песня Максимыча окончилась и осталось только жалобное и торжественное звучание голосов мертвых, взывающих к нам, к живым.
Не могу сказать, что мне не было страшно. Скорее, меня объял морок, я чувствовал себя подобно тому, как когда между явью и сном видятся удивительные картины, фантастические и одновременно пугающие своей реалистичностью.
Вы представляете себе разложившееся тело? Не так, как его показывают в голливудских фильмах, когда восставшие мертвецы идут вихляющей походкой на несгибаемых ногах, бессмысленно тараща в пустоту голову, свесив ее набок, что-то нечленораздельно мыча и протягивая к тебе руки. Глупо, ах, как глупо представляют нам ушедших от нас. И не только внешне.
Нет, вообразите другую картинку. Ту, что предстала нашим глазам, возьмем для начала одеяния: в некоторых из них можно было распознать с любовью выбранные нарядные костюмы и платья, тщательно отобранные усопшими еще при жизни, выглаженные и хранящиеся глубоко в шкафу «на смерть».
Страница 3 из 6
