ОНО пришло вновь. Саша понял это, услышав звук, означавший, что дверь в прихожей пытаются открыть. Совсем не так открывал дверь папка. Слепо тыкать в замочную скважину своими неуклюжими руками могло лишь одно существо.
Добавить в моё избранное
21 мин, 1 сек 6108
Саша слушал и кивал этому тихому Голосу, который стал являться чаще. Он успокаивал мальчика, пока ОНО носилось по квартире.
Шорох в коридоре заставил мальчика вздрогнуть и спрятаться под одеялом, оставив небольшую щелочку со стороны стены — полностью накрывшись, было трудно дышать.
Если Саша накрывался полностью, то воздуха хватало на несколько минут, но потом становилось душно. Приходилось вдыхать воздух все глубже и глубже, тек пот — от страха и нехватки кислорода. Когда становилось совсем невмоготу, приходилось выбирать — либо задыхаться под плотным куском материи, мучительно, захлебываясь собственными выделениями кожи, и дрожать, либо все равно дрожать, и, возможно, дрожать сильнее, но дышать, дышать, дышать… Щелочка — это тот выход, который позволял и дышать и, одновременно, прислушиваться. Сегодня это было особенно важно.
Олег пришел домой пьяный. Не просто пьяный, а ПЬЯНЫЙ. Вдрызг. Налакался так, что еле смог доползти до дома. Таксист брезгливо помог выгрузиться и уехал. Мучительно долго пришлось подниматься по лестнице. С трудом открылась входная дверь. А потом Олег отключился. Как выключатель. ЩЕЛК — и вот уже темнота. А потом еще раз — ЩЕЛК, и ты стоишь в коридоре, дверь оказывается закрытой, вещи из шкафа в коридоре обнаруживаешь лежащими на полу, а в руках сапожная щетка, которой ты причесываешь свои непослушные грязные волосы — думается оттого, что упал в грязь по дороге домой.
Олег, упираясь в стену, почувствовал, что его мутит. Черт. Какую же гадость пили сегодня? Он помотал головой. В голове стоял туман. Редкие мысли вспыхивали светлячками. Изредка рядом, а в большинстве вдали. Так далеко, что трудно дойти, а не то что бы достать рукой. И опять щелкнул выключатель — ЩЕЛК. И пришла темнота.
ЩЕЛК — Олег обнаружил себя лежащим на полу.
Олег попытался подняться. Встав на колени и упираясь одной рукой о стену, а второй отталкиваясь от пола, он смог приподняться, но тут же завалился на спину, больно ударившись головой о дверной проем. Он закрыл глаза. Нет, это не было очередной отключкой. Просто Олег устал. В горле першило и хотелось пить. Похмелье? — почему так скоро. А который час? — тут же спросил он себя. Ты знаешь — который час? Мысли похоже стали появляться легче. Не легко, но уже легче, чем раньше, не застревая в вязком тумане алкогольных паров.
Олег открыл глаза и еще раз попытался встать. Он использовал все свои силы на то, чтобы подняться. Руками, вцепившись в косяки, и спиной прижимаясь к двери он встал на ноги и постарался удержаться. Мерзкий половик выскользнул из под ботинок. Олег во второй раз крепко приложился головой. Вот дрянь — Олег выругался мысленно, а потом произнес вслух: Вот дрянь… Сука… Твою… Э-э-эх.
— он махнул рукой, словно показывая, как отвратительна бывает жизнь, а к человеку несчастному жизнь относиться не то, что бы хуже, а предвзято.
А потом появилась мысль. Отчетливая и злая. Чувство, вызвавшее ее перекрутило тело и заставило прижать руки к животу.
Мутит.
Надо успеть до ванной комнаты. Эта мысль бор машиной загудела в голове, вгрызаясь в мозг, выворачивая на изнанку внутренности, вызывая все новые и новые спазмы в желудке. Олег в очередной раз попытался подняться.
На этот раз мерзкая старушка Жизнь ему старалась не мешать. Она позволила ему подняться и даже помогла перенести основной центр тяжести в то место, где он (центр тяжести) и должен был находиться. Возможно, Жизнь решила больше не вызывать в свой адрес поток ругани; может, ей просто захотелось помочь, в кои то веки, или быть может ей просто надоело наблюдать и она оставила человека одного.
Гадина.
Олег произнес это просто так. В последнее время ругань стала неотъемлемой частью его жизни. Просто… Жизнь заставила.
Медленно перебирая ногами и опираясь о стену, Олег двинулся к ванной.
Саша прикрыл голову полностью. Тень ОНО упала в детскую. Важно теперь не привлекать внимание.
Прошло.
Щелчок переключателя, и затем скрипнула дверь в ванную. Саша распознал этот звук. В туалет дверь скрипела чуть тише и тоньше, как мышка. Саша не разу не слышал, как пищит мышь. Лишь читал о том (а может ему читали — он не помнил, лишь образ книги — то, что она была, это без сомнения-въелся в память как пыль в обшивку старой мебель), что они пищат. Тонко и слабо. Возможно, эти крохотные комочки шерсти производят совсем не такой звук, как дверь в туалет, но Саша об этом не знал. Мальчик просто хотел, чтобы дверь пищала. Тогда с ней можно было бы поиграть. У ванной комнаты звук был сильнее и басистей. Возможно, так трубят слоны в Африке. Или так кричит невиданный зверь. Нет, скорее слоны. Так безопасней. Кто знает, на кого похож этот новый зверь. Может быть он еще страшнее того чудовища, которое зашло в ванную комнату.
Голос ласково произнес:
Все хорошо. Скоро ОНО успокоиться и можно будет начинать. Ты готов?
Шорох в коридоре заставил мальчика вздрогнуть и спрятаться под одеялом, оставив небольшую щелочку со стороны стены — полностью накрывшись, было трудно дышать.
Если Саша накрывался полностью, то воздуха хватало на несколько минут, но потом становилось душно. Приходилось вдыхать воздух все глубже и глубже, тек пот — от страха и нехватки кислорода. Когда становилось совсем невмоготу, приходилось выбирать — либо задыхаться под плотным куском материи, мучительно, захлебываясь собственными выделениями кожи, и дрожать, либо все равно дрожать, и, возможно, дрожать сильнее, но дышать, дышать, дышать… Щелочка — это тот выход, который позволял и дышать и, одновременно, прислушиваться. Сегодня это было особенно важно.
Олег пришел домой пьяный. Не просто пьяный, а ПЬЯНЫЙ. Вдрызг. Налакался так, что еле смог доползти до дома. Таксист брезгливо помог выгрузиться и уехал. Мучительно долго пришлось подниматься по лестнице. С трудом открылась входная дверь. А потом Олег отключился. Как выключатель. ЩЕЛК — и вот уже темнота. А потом еще раз — ЩЕЛК, и ты стоишь в коридоре, дверь оказывается закрытой, вещи из шкафа в коридоре обнаруживаешь лежащими на полу, а в руках сапожная щетка, которой ты причесываешь свои непослушные грязные волосы — думается оттого, что упал в грязь по дороге домой.
Олег, упираясь в стену, почувствовал, что его мутит. Черт. Какую же гадость пили сегодня? Он помотал головой. В голове стоял туман. Редкие мысли вспыхивали светлячками. Изредка рядом, а в большинстве вдали. Так далеко, что трудно дойти, а не то что бы достать рукой. И опять щелкнул выключатель — ЩЕЛК. И пришла темнота.
ЩЕЛК — Олег обнаружил себя лежащим на полу.
Олег попытался подняться. Встав на колени и упираясь одной рукой о стену, а второй отталкиваясь от пола, он смог приподняться, но тут же завалился на спину, больно ударившись головой о дверной проем. Он закрыл глаза. Нет, это не было очередной отключкой. Просто Олег устал. В горле першило и хотелось пить. Похмелье? — почему так скоро. А который час? — тут же спросил он себя. Ты знаешь — который час? Мысли похоже стали появляться легче. Не легко, но уже легче, чем раньше, не застревая в вязком тумане алкогольных паров.
Олег открыл глаза и еще раз попытался встать. Он использовал все свои силы на то, чтобы подняться. Руками, вцепившись в косяки, и спиной прижимаясь к двери он встал на ноги и постарался удержаться. Мерзкий половик выскользнул из под ботинок. Олег во второй раз крепко приложился головой. Вот дрянь — Олег выругался мысленно, а потом произнес вслух: Вот дрянь… Сука… Твою… Э-э-эх.
— он махнул рукой, словно показывая, как отвратительна бывает жизнь, а к человеку несчастному жизнь относиться не то, что бы хуже, а предвзято.
А потом появилась мысль. Отчетливая и злая. Чувство, вызвавшее ее перекрутило тело и заставило прижать руки к животу.
Мутит.
Надо успеть до ванной комнаты. Эта мысль бор машиной загудела в голове, вгрызаясь в мозг, выворачивая на изнанку внутренности, вызывая все новые и новые спазмы в желудке. Олег в очередной раз попытался подняться.
На этот раз мерзкая старушка Жизнь ему старалась не мешать. Она позволила ему подняться и даже помогла перенести основной центр тяжести в то место, где он (центр тяжести) и должен был находиться. Возможно, Жизнь решила больше не вызывать в свой адрес поток ругани; может, ей просто захотелось помочь, в кои то веки, или быть может ей просто надоело наблюдать и она оставила человека одного.
Гадина.
Олег произнес это просто так. В последнее время ругань стала неотъемлемой частью его жизни. Просто… Жизнь заставила.
Медленно перебирая ногами и опираясь о стену, Олег двинулся к ванной.
Саша прикрыл голову полностью. Тень ОНО упала в детскую. Важно теперь не привлекать внимание.
Прошло.
Щелчок переключателя, и затем скрипнула дверь в ванную. Саша распознал этот звук. В туалет дверь скрипела чуть тише и тоньше, как мышка. Саша не разу не слышал, как пищит мышь. Лишь читал о том (а может ему читали — он не помнил, лишь образ книги — то, что она была, это без сомнения-въелся в память как пыль в обшивку старой мебель), что они пищат. Тонко и слабо. Возможно, эти крохотные комочки шерсти производят совсем не такой звук, как дверь в туалет, но Саша об этом не знал. Мальчик просто хотел, чтобы дверь пищала. Тогда с ней можно было бы поиграть. У ванной комнаты звук был сильнее и басистей. Возможно, так трубят слоны в Африке. Или так кричит невиданный зверь. Нет, скорее слоны. Так безопасней. Кто знает, на кого похож этот новый зверь. Может быть он еще страшнее того чудовища, которое зашло в ванную комнату.
Голос ласково произнес:
Все хорошо. Скоро ОНО успокоиться и можно будет начинать. Ты готов?
Страница 2 из 6
