Стоило Стрелецкому свернуть с трассы, характер дороги изменился. Она стала узкой, встречные машины разъедутся с трудом. Вплотную по обочинам подступают кусты в рост человека, которые могут скрывать что угодно. Камни, брошенную пришедшую в негодность сельхозтехнику. Не говоря уже о гвоздях, штырях и прочей угрозе для целостности колес.
Добавить в моё избранное
19 мин, 39 сек 5305
Под ногами оказались не только корневища, но и тропа. Он припустил по ней. Спасение было в оставленной снаружи машине.
Тишину ночи прорезал трубный рев пароходного гудка. Ответом стал знакомый лязг костей. Призраки устремились за ним.
Стрелецкий бежал, сильно припадая на больную ногу и стиснув зубы от боли. Призраки неумолимо нагоняли. Им не нужен был свет, им нужен был Стрелецкий. Они чуяли его. Он уже понял, что вся эта история с заброшенным дебаркадером является частью ловушки. Персональной ловушки для Стрелецкого. Он досадил призракам своими исследованиями, он их раздражал, он относился к ним слишком серьезно. Он посчитал их реальностью, в ответ они посчитали его за реальную угрозу и решили устранить.
Они были уже близко. В свете фонарей мелькал Глухов. На его крупном светлом лице лежали глубокие тени, но не от слабо светящих фонарей, это были следы разложения. Сам директор разбух, как и все утопленники, казался круглым, почти шарообразным. С разведенных рук свисали водоросли и тина.
Призрак девочки скакал по деревьям, ловко перелетая со ствола на ствол и цепко цепляясь за ветви. Сзади по узкой тропе, по которой даже Стрелецкому одному бежать было тесно, как ни в чем не бывало, ехала «восьмерка» и гнусавый сварливый голос кричал:
— Анюта, дочка, будь осторожна, родная, не ушибись!
Ему вторил истеричный смех. Это был ад.
Они почти настигли его. Тогда он, полуобернувшись, швырнул в них веточкой тысячелистника. Острые листы его вспыхнули огнем, который дико отразился в абсолютно непроницаемых глазах призраков. Глухов и Аня с визгом, более животным, нежели человеческим, прыснули в стороны.
Стрелецкий выскочил на центральную аллею, ведущую к воротам. До них оставалось шагов 30, на последнем дыхании он преодолел их. В последний момент вспомнил про собак, но в вольере было тихо как в склепе. Он вспомнил, что с собаками в отместку за их чутье всего чужеродного призраки расправляются в первую очередь.
На ходу достал брелок сигнализации и жал даже после того, как двери открылись. Буквально рухнул в машину и сразу заблокировал двери.
Машина вздрогнула. К окнам прилипли страшные оскаленные морды. Нет, не к стеклам. Стекла были обработаны специальным составом из настоя майорана. Хорошо не было дождя. Впрочем, стекла имели специфическую маркировку из защитных рун.
Так что призраки ползали в сантиметре от корпуса машины, не имея возможности прикоснуться. Надо было трогаться, пока они что-нибудь не придумали.
Когда Стрелецкий завел машину, прямо по курсу стояла девочка с куклой в руке.
— Ты ведь заберешь меня с собой? — жалостно спросила она.
Он дал полный газ.
— Не было у нас никакого заброшенного дебаркадера! — заявил Валера.
Стрелецкий верил милиционеру. Дебаркадера действительно не было. Волны залива тяжело плескали на пустой берег.
Он вернулся на следующий же день и не обнаружил никаких следов старого дебаркадера. От предложенного Валерой разговора с новым директором он отказался. Что говорить о человеке, которого он никогда не видел, если даже Валера его не мог припомнить.
— Мы точно с вами не встречались? — уточнил Стрелецкий.
— Точно, — заверил тот.
После этих слов Стрелецкий заторопился обратно.
Он ехал по узкой дороге, бугрящейся асфальтовыми нарывами, и вспоминал ухмылку милиционера, когда он сказал, что они не встречались. В этот момент он как бы невзначай отвернулся, а сам подглядывал за реакцией собеседника в отражении в окне одного из домиков.
А собак они так и не воскресили, подумал Стрелецкий.
Тишину ночи прорезал трубный рев пароходного гудка. Ответом стал знакомый лязг костей. Призраки устремились за ним.
Стрелецкий бежал, сильно припадая на больную ногу и стиснув зубы от боли. Призраки неумолимо нагоняли. Им не нужен был свет, им нужен был Стрелецкий. Они чуяли его. Он уже понял, что вся эта история с заброшенным дебаркадером является частью ловушки. Персональной ловушки для Стрелецкого. Он досадил призракам своими исследованиями, он их раздражал, он относился к ним слишком серьезно. Он посчитал их реальностью, в ответ они посчитали его за реальную угрозу и решили устранить.
Они были уже близко. В свете фонарей мелькал Глухов. На его крупном светлом лице лежали глубокие тени, но не от слабо светящих фонарей, это были следы разложения. Сам директор разбух, как и все утопленники, казался круглым, почти шарообразным. С разведенных рук свисали водоросли и тина.
Призрак девочки скакал по деревьям, ловко перелетая со ствола на ствол и цепко цепляясь за ветви. Сзади по узкой тропе, по которой даже Стрелецкому одному бежать было тесно, как ни в чем не бывало, ехала «восьмерка» и гнусавый сварливый голос кричал:
— Анюта, дочка, будь осторожна, родная, не ушибись!
Ему вторил истеричный смех. Это был ад.
Они почти настигли его. Тогда он, полуобернувшись, швырнул в них веточкой тысячелистника. Острые листы его вспыхнули огнем, который дико отразился в абсолютно непроницаемых глазах призраков. Глухов и Аня с визгом, более животным, нежели человеческим, прыснули в стороны.
Стрелецкий выскочил на центральную аллею, ведущую к воротам. До них оставалось шагов 30, на последнем дыхании он преодолел их. В последний момент вспомнил про собак, но в вольере было тихо как в склепе. Он вспомнил, что с собаками в отместку за их чутье всего чужеродного призраки расправляются в первую очередь.
На ходу достал брелок сигнализации и жал даже после того, как двери открылись. Буквально рухнул в машину и сразу заблокировал двери.
Машина вздрогнула. К окнам прилипли страшные оскаленные морды. Нет, не к стеклам. Стекла были обработаны специальным составом из настоя майорана. Хорошо не было дождя. Впрочем, стекла имели специфическую маркировку из защитных рун.
Так что призраки ползали в сантиметре от корпуса машины, не имея возможности прикоснуться. Надо было трогаться, пока они что-нибудь не придумали.
Когда Стрелецкий завел машину, прямо по курсу стояла девочка с куклой в руке.
— Ты ведь заберешь меня с собой? — жалостно спросила она.
Он дал полный газ.
— Не было у нас никакого заброшенного дебаркадера! — заявил Валера.
Стрелецкий верил милиционеру. Дебаркадера действительно не было. Волны залива тяжело плескали на пустой берег.
Он вернулся на следующий же день и не обнаружил никаких следов старого дебаркадера. От предложенного Валерой разговора с новым директором он отказался. Что говорить о человеке, которого он никогда не видел, если даже Валера его не мог припомнить.
— Мы точно с вами не встречались? — уточнил Стрелецкий.
— Точно, — заверил тот.
После этих слов Стрелецкий заторопился обратно.
Он ехал по узкой дороге, бугрящейся асфальтовыми нарывами, и вспоминал ухмылку милиционера, когда он сказал, что они не встречались. В этот момент он как бы невзначай отвернулся, а сам подглядывал за реакцией собеседника в отражении в окне одного из домиков.
А собак они так и не воскресили, подумал Стрелецкий.
Страница 6 из 6
