Тетушка Миридит, царство ей Небесное, на прошлое Рождество сделала мне умопомрачительный подарок — прекрасный жемчуг. Ожерелье из трех низок, плотно прилегающих друг к другу. За весь год я надела его дважды — на свой юбилей, и вот, на похороны этой самой тетушки. И угораздило же ее умереть зимой! Да еще такой лютой: земля промерзла так, что могилу заваливали огромными мерзлыми валунами.
Добавить в моё избранное
20 мин, 0 сек 3823
Ему наняли толстую негритянку в няни. Она была очень мягкая и добрая. На ночь рассказывала Артуру африканские сказки. А когда я приезжала на короткие каникулы, брат встречал меня настороженно, будто ждал какого-то подвоха, но очень быстро его сомнения рассеивались, и все каникулы мы оставались друзьями. Когда Артуру исполнилось шесть лет, его тоже отдали в закрытую школу. Потом каждый из нас закончил колледж, мы все реже встречались, но дружба и теплые отношения сохранились. Вот и сейчас я увидела, что Артур смотрит на дом тем же тяжелым взглядом, что и я.
— Интересно, зачем она придумала это Рождество в старом особняке?
— Ты не знаешь? — удивился Артур.
— Дом полон призраков.
— Да ну тебя, — я засмеялась, — скажешь тоже.
— Вот увидишь!
— Артур, Артурчик, мальчик мой! — раздалось сзади.
Мы оглянулись. Толстая и рыхлая черная старуха бежала, глубоко утопая в снегу и широко расставив руки.
— Няня! — Артур бросился ей навстречу, обнял и закружил.
Меня даже кольнула ревность — мне он так не радовался. Но я быстро погасила в себе это чувство: я-то хоть иногда встречаюсь с братом, мы живем в одном городе. А старая негритянка была изгнана из дома в тот день, когда Артура увезли в школу.
Я снова оглянулась на мрачную двухэтажную громаду. Тетка состарилась, стары были слуги, уход за домом уже не тот. Где-то облупилась штукатурка, где-то отвисли ставни, справа, над окном тетушкиной спальни свешивался с крыши кусок мха. Штора за окном зашевелилась, в какой-то момент я увидела тонкую руку в жемчужном браслете, в окно выглянула тетушка! Я вскрикнула и упала в обморок. Пришла в себя на диване в гостиной. Горничная Элена, тощая старуха с костлявыми руками, в длинном черном платье с белыми воротничком, манжетами и маленьким фартучком, недовольно бурча себе под нос, натирала мне виски нашатырным спиртом.
— Нет, нет, не надо, со мной все в порядке, — заявила я, пытаясь сесть, но голова закружилась и я снова упала в подушки.
— Спасибо за помощь, Элена.
— Да ладно вам, мадам Алиса, «спасибо»! Это моя обязанность. Сейчас я принесу чай, полежите еще.
Я прикрыла глаза и тут же возникла картинка — окно, колышущаяся штора, тонкая рука в жемчужном браслете, лицо! Заскрипели половицы, подскочила. В комнату зашел Артур!
— Что это с тобой, сестрица?
— Нервы расшалились.
Мне показался странным тон вопроса. Показалось, брат насмехается надо мной.
— Алиса, ты не против, если старая няня останется у нас на это время?
— Я буду рада, Артур. Честное слово!
— Понимаешь, она узнала, что я здесь, и решила заглянуть, поздороваться, посмотреть на меня. А там начался снегопад. Ну, куда отправлять старуху?
— Конечно, о чем ты? Сколько лет вы не виделись? Больше десяти?
— Я каждый год на каникулах ходил к ней. Ну, не сразу, правда, лет так с десяти. Тетка уже не особенно следила за мной, отпускала в город. Она догадывалась, что я бываю у няни, потому что каждый раз, когда я возвращался, кричала: «Переоденься, от тебя негром пахнет!» Однажды я сначала переоделся, а потом спустился в гостиную, знаешь, что тетушка заявила?«Не помогло, все равно пахнет». Не знаю, почему она ее так невзлюбила, кажется с первого дня.
— Да, бывает, что люди не подходят друг другу.
— Боюсь, тут что-то глубже. Пойду, устрою няню. Думаю, будет хорошо, если она займет комнату между нашими спальнями. Не хочу отправлять ее к прислуге.
— Да, конечно, мне все равно.
Мы решили кушать вместе. Все — и мы с братом, и слуги за одним столом. Меня все время что-то тревожило, волновало. После обеда поднялась в свою спальню. Чемодан Элена уже разобрала, все успела отгладить и повесить в шкаф. На туалетном столике расставила мою косметику, украшения. Здесь же стоял кожаный маленький чемоданчик. Открыла его — жемчуг. Браслет, кольцо и серьги. Снова в памяти всплыло лицо в окне. Вспомнила, что в ушах блестел жемчуг, на руке сверкал браслет. Я села перед зеркалом, долго разглядывала себя. Говорят, мы с тетушкой были очень похожи, естественно, она же родная сестра моей матери. Я решила к ужину надеть весь комплект. Застежка на браслете долго не поддавалась, наконец, защелкнулась, вдела серьги, потом достала ожерелье. Оно всегда завораживало меня, я разглядывала матово блестящие жемчужины, сравнивала с жемчугом в браслете, подносила к серьгам. Очнулась от звонка к ужину. Стол был накрыт в парадной столовой. Да, сегодня ночь перед Рождеством, сегодня надо загадывать желания, они обязательно сбудутся. А снег за окном все валил и валил. Все сели за стол. Обязанности официанта взяла на себя Фрида, кухарка и повариха. Она ловко наполнила тарелки вкусно пахнущим луковым супом, поставила перед каждым гренки. Но начать ужин не смогли: раздался стук в двери. Садовник Михась пошел открывать.
— Интересно, зачем она придумала это Рождество в старом особняке?
— Ты не знаешь? — удивился Артур.
— Дом полон призраков.
— Да ну тебя, — я засмеялась, — скажешь тоже.
— Вот увидишь!
— Артур, Артурчик, мальчик мой! — раздалось сзади.
Мы оглянулись. Толстая и рыхлая черная старуха бежала, глубоко утопая в снегу и широко расставив руки.
— Няня! — Артур бросился ей навстречу, обнял и закружил.
Меня даже кольнула ревность — мне он так не радовался. Но я быстро погасила в себе это чувство: я-то хоть иногда встречаюсь с братом, мы живем в одном городе. А старая негритянка была изгнана из дома в тот день, когда Артура увезли в школу.
Я снова оглянулась на мрачную двухэтажную громаду. Тетка состарилась, стары были слуги, уход за домом уже не тот. Где-то облупилась штукатурка, где-то отвисли ставни, справа, над окном тетушкиной спальни свешивался с крыши кусок мха. Штора за окном зашевелилась, в какой-то момент я увидела тонкую руку в жемчужном браслете, в окно выглянула тетушка! Я вскрикнула и упала в обморок. Пришла в себя на диване в гостиной. Горничная Элена, тощая старуха с костлявыми руками, в длинном черном платье с белыми воротничком, манжетами и маленьким фартучком, недовольно бурча себе под нос, натирала мне виски нашатырным спиртом.
— Нет, нет, не надо, со мной все в порядке, — заявила я, пытаясь сесть, но голова закружилась и я снова упала в подушки.
— Спасибо за помощь, Элена.
— Да ладно вам, мадам Алиса, «спасибо»! Это моя обязанность. Сейчас я принесу чай, полежите еще.
Я прикрыла глаза и тут же возникла картинка — окно, колышущаяся штора, тонкая рука в жемчужном браслете, лицо! Заскрипели половицы, подскочила. В комнату зашел Артур!
— Что это с тобой, сестрица?
— Нервы расшалились.
Мне показался странным тон вопроса. Показалось, брат насмехается надо мной.
— Алиса, ты не против, если старая няня останется у нас на это время?
— Я буду рада, Артур. Честное слово!
— Понимаешь, она узнала, что я здесь, и решила заглянуть, поздороваться, посмотреть на меня. А там начался снегопад. Ну, куда отправлять старуху?
— Конечно, о чем ты? Сколько лет вы не виделись? Больше десяти?
— Я каждый год на каникулах ходил к ней. Ну, не сразу, правда, лет так с десяти. Тетка уже не особенно следила за мной, отпускала в город. Она догадывалась, что я бываю у няни, потому что каждый раз, когда я возвращался, кричала: «Переоденься, от тебя негром пахнет!» Однажды я сначала переоделся, а потом спустился в гостиную, знаешь, что тетушка заявила?«Не помогло, все равно пахнет». Не знаю, почему она ее так невзлюбила, кажется с первого дня.
— Да, бывает, что люди не подходят друг другу.
— Боюсь, тут что-то глубже. Пойду, устрою няню. Думаю, будет хорошо, если она займет комнату между нашими спальнями. Не хочу отправлять ее к прислуге.
— Да, конечно, мне все равно.
Мы решили кушать вместе. Все — и мы с братом, и слуги за одним столом. Меня все время что-то тревожило, волновало. После обеда поднялась в свою спальню. Чемодан Элена уже разобрала, все успела отгладить и повесить в шкаф. На туалетном столике расставила мою косметику, украшения. Здесь же стоял кожаный маленький чемоданчик. Открыла его — жемчуг. Браслет, кольцо и серьги. Снова в памяти всплыло лицо в окне. Вспомнила, что в ушах блестел жемчуг, на руке сверкал браслет. Я села перед зеркалом, долго разглядывала себя. Говорят, мы с тетушкой были очень похожи, естественно, она же родная сестра моей матери. Я решила к ужину надеть весь комплект. Застежка на браслете долго не поддавалась, наконец, защелкнулась, вдела серьги, потом достала ожерелье. Оно всегда завораживало меня, я разглядывала матово блестящие жемчужины, сравнивала с жемчугом в браслете, подносила к серьгам. Очнулась от звонка к ужину. Стол был накрыт в парадной столовой. Да, сегодня ночь перед Рождеством, сегодня надо загадывать желания, они обязательно сбудутся. А снег за окном все валил и валил. Все сели за стол. Обязанности официанта взяла на себя Фрида, кухарка и повариха. Она ловко наполнила тарелки вкусно пахнущим луковым супом, поставила перед каждым гренки. Но начать ужин не смогли: раздался стук в двери. Садовник Михась пошел открывать.
Страница 2 из 6
